Милый мой волшебник

Глава четырнадцатая. Немного об ожившей кукле

В подвальчике горели лампы, шумел в печи огонь, багровые отсветы которого дрожали на лицах кукол, на разложенных одеждах, будто сшитых для сказочных карликов. Обстановка казалась напряжённой и зловещей. Лишь сосредоточенная выдержка и воля могли этому противостоять.

В тот же вечер, в лихорадочном возбуждении размахивая руками, рассказывая Корнелию о своём проекте, Нестор под конец сказал:

- Работа изысканная и тяжелая одновременно. Очень тяжелая! Вообще на изготовление куклы уходят две – три недели. Мы не можем себе этого позволить. Нам нужно вложиться в несколько дней. Попробуем поставить рекорд! Попробуем!

Корнелий, сидя в скрипучем кресле, отвечал с сомнением:

- Нам ничего другого не остается... Ты думаешь успеем?

- Всё зависит от сложности заказа. От заказа всё зависит...Но...

Нестор обвел рукой пространство, с которого в тысячи глаз глядели куклы, добавил:

- Но, к счастью, у меня уже есть достаточное количество готового материала, отдельно заранее припасенные детали.

Работа закипела по ясному звону храмового колокола, медленно вплывшего в открытую форточку.

Когда в один из дней из этого материала стала вырисовываться фигура, Корнелий, глянувший новорождённой кукле в лицо, присвистнул:

- Да, настало такое время, когда при помощи новых материалов и технологий достигается пугающее сходство!

Нестор, любуясь своим созданием, говорил:

- У каждого кукольного мастера бывает своя первая настоящая кукла, если так можно выразиться - свой Адам, после которого очень сложно бывает остановиться. Очень сложно остановиться бывает...

- Увлекаешься, затягивает?

- Само собой! Сотворение кукольного мира притягательно, всякий раз рождается соблазн создать новую. Куклы начинают рождаться сами собой, сначала в твоем воображении, затем — прямо под пальцами. Готовые, они отделяются от тебя, начинают жить самостоятельно. Так говорят все кукольные мастера. Обычно еще добавляют: «Их нужно отпускать». Отпускать их нужно!

Когда кукла наконец обрела глаза и трудоемкий процесс был завершен, Нестор, отбросив в сторону тряпку, вытирая усталой рукой блестевшую от пота шарообразную голову, сказал Корнелию:

- Ну, теперь дело за тобой. Как ты будешь оживлять ее?

Корнелий стоял над куклой, разглядывал ее, наморщив лоб.

- Я уже думал над этим. За основу я взял старые традиционные приемы плюс собственные догадки. Интуицию, так сказать... Дело в том, что любой предмет обладает своей энергетикой, которую можно «вытянуть» и направить в нужное русло. Магические практики доказывают это. Ладно, дождемся ночи. Надо будет приготовить пурпурные свечи.

Нестор кивнул:

- Уже куплены... Куплены... Кстати, чем объясняется такой выбор цвета?

- Яркий пурпурный цвет - нужный настрой во время магических действий. Эти свечи раскрывают скрытые возможности, защищают от магических воздействий со стороны. Они ещё и очищают от сильного негатива, дают возможность для развития интуиции, для решительных и мудрых действий, - объяснил серьёзный Корнелий.

Велев Жорфе произвести уборку, Нестор устало повалился в кресло у огня.

Когда в комнате стемнело, и бледная луна нависла на небе, простирая в окно свои лучи, Корнелий, весь собранный, сосредоточенный, подготовленный морально и физически, промолвил:

- Итак, вот что нужно проделать: дать кукле имя!

- Но у нее уже есть имя, - возразил Нестор. – Имя-то есть... Лилит. Или Лилиана...

- Почему?

- Это не удивительно, - быстро заговорил Нестор. - Ведь мы создаем демоническое существо. В ранних христианских апокрифах Лилит считалась первой женой Адама, позже – женой ангела смерти Самаэля и матерью демонов... Я читал это в книге «Зоар» ... В книге читал про это...

Корнелий строго и серьезно посмотрел в глаза Нестору:

- Но мы ей дадим другое имя – магическое. Путь она будет Гекатой - древнегреческой богиней лунного света, преисподней и всего таинственного.

Нестор от удивления раскрыл рот, как будто что-то припоминая.

- Геката... Кажется, она из первого поколения титанов. Но Зевс, после свержения титанов, оставил ей власть.

- Да, есть такая версия. Но по другой – греки заимствовали Гекату у фракийцев –этих северных варваров... – сказал Корнелий.

- Все это интересно, но что мы должны делать дальше?

В комнате воцарилась полная тишина, даже Жорфе, испуганный непонятной, гнетущей мистической атмосферой, скрылся в своей каморке.

Корнелий велел зажечь семнадцать пурпурных свечей, и, пока Нестор возился с этим, выглянул в окно. Улица была темна и безлюдна.

Когда сине-алыми язычками запылали свечи, Корнелий сказал:

- Вот что... Попробуем воздействовать на ее органы чувств. У тебя есть фарфоровая чаша?