Милый соперник

Глава 23. Вайолет

Когда я толкнула дверь ледового катка, по спине пробежала дрожь. Утро выдалось на редкость морозным, а толстый слой свежевыпавшего снега словно был знаком свыше: может, мне стоило остаться дома? Может, не стоит узнавать правду о шраме Рида?

Я несколько раз подумывала написать ему, что не смогу сегодня прийти. В любом случае, мне скоро нужно было на работу. Но любопытство победило тревогу — и вот я здесь, морально готовлюсь к тому, что Рид собирался мне рассказать.

Я приехала немного раньше — выехала заранее, чтобы без проблем добраться по заснеженным дорогам. Не знала, здесь ли уже Рид и где именно мы должны встретиться, но предположила, что он, скорее всего, у льда.

Каток был почти пуст. Лишь несколько человек бродили неподалёку, но стоило мне подойти ближе к арене, как раздались пронзительные детские вскрики и звук лезвий, скользящих по гладкому льду. На катке кружила группа малышек, таких крошечных, что я удивилась — как они вообще стоят на ногах, не то что катаются? Большинство держалось за специальные тренажёры, помогавшие сохранять равновесие.

— Смотри на меня, Риди! — воскликнула одна из девочек, проезжая мимо без опоры. — Я сама катаюсь!

— Отлично, Амели, — с улыбкой похвалил её Рид, подкатив к ней.

У меня отвисла челюсть. Рид учил девочек кататься? Это ли он хотел мне показать? И почему, по его словам, я могла подумать о нём хуже из-за этого?

Я продолжала наблюдать, как он помогает малышкам, подсказывает, поддерживает, хвалит. Его движения были мягкими, слова — тёплыми и искренними. Это был совсем другой Рид, не тот, которого боялись окружающие, не тот «Дьявол», что выходил на лёд по выходным. Я пришла сюда, готовясь услышать что-то неприятное, но глядя, как он с лёгкостью поднимает девочку на руки и закруживает её в воздухе, едва могла о чём-то думать.

Когда урок подошёл к концу, Рид собрал группу, попрощался с девочками, а две из них обняли его за ноги. Он смущённо потрепал их по головам.

— Увидимся на следующей неделе, — сказал он.

Я снова не могла поверить в увиденное. Как так получилось, что никто не знает, что грозный Рид Дарлинг обучает маленьких девочек кататься на коньках?

Он ещё не заметил меня. Но когда повернулся от прощального жеста и увидел, что я наблюдаю за ним, его щёки чуть порозовели. Тем не менее, лицо оставалось невозмутимым, когда он направился ко мне по льду.

— Это ты хотел, чтобы я увидела? — спросила я.

— Эм, нет. — Он почесал затылок и бросил взгляд в сторону удаляющихся девочек. — Ты рано пришла.

— То есть, это не то, зачем ты меня позвал?

— Посмотреть, как я веду урок для начинающих фигуристок? Нет, совсем не за этим.

— Фигурное катание? — переспросила я, поднимая бровь.

Щёки Рида порозовели ещё сильнее.

— Почему ты ведёшь уроки фигурного катания?

— Долгая история, — пробурчал он.

Я скрестила руки на груди, давая понять, что жду продолжения. Раз уж вытащил меня в воскресенье с утра пораньше — будь добр, рассказывай всё.

— Встретимся у моей сумки, — сказал он и кивнул в сторону выхода со льда. Не дождавшись ответа, Рид развернулся и уехал, оставив меня с тяжёлым вздохом следовать за ним.

Когда я подошла, он уже доставал из сумки пару коньков.

— У тебя такой же размер ноги, как у моей сестры, — сказал он и протянул мне коньки.

— И откуда тебе это известно?

— Мы как-то вместе ходили в боулинг. Не потому что я помешан на женских ногах.

— Отличная идея для слуха, — усмехнулась я. — Может, мне стоит запустить его самой?

— Даже не думай.

Я рассмеялась, но тут же нахмурилась, глядя на коньки:

— Ты же не хочешь, чтобы я их надела?

— Ты никогда не каталась?

— Никогда, — призналась я.

— Ну, значит, тебе повезло — я хороший учитель. — Он протянул коньки ближе.

Я не взяла их.

— Может, лучше просто объяснишь, зачем притащил меня сюда?

— Договоримся так, — ответил Рид. — Один круг по катку — и я всё расскажу.

Он смотрел мне в глаза с таким упорством, что я поняла: не отстанет.

— Хорошо, ладно, — согласилась я и взяла коньки. Один круг. Что может пойти не так?

Ответ пришёл через две секунды. Стоило мне ступить на лёд, как коньки предательски заскользили. Я попыталась оттолкнуться от борта, но моментально потеряла равновесие. Полетела назад, не успев даже ахнуть, но, вместо того чтобы впечататься в лёд, оказалась в крепких руках Рида.

— Надо было дождаться учителя, прежде чем вылетать на лёд, — рассмеялся он.

Сердце бешено колотилось — сначала от страха, а потом от того, как он меня держал.

— Не думала, что будет так сложно, — выдохнула я. — У тебя это выглядит гораздо проще.

— Наверное, потому что я научился кататься раньше, чем ходить.

— Ну, я… — начала я, но снова поскользнулась. Рид успел вовремя — снова подхватил за талию.

— Начинаю думать, что твоя история того не стоит, — пробормотала я, когда он вновь удержал меня на ногах.

Он усмехнулся:

— Ты справляешься, я уверен.

— Вряд ли, — буркнула я.

Мы продолжили двигаться по кругу, и всё это время он не отпускал меня. Я изо всех сил старалась не смотреть на его лицо, особенно на улыбку. Каждый раз, как бросала взгляд в его сторону — тут же едва не падала.

Рид был невероятно терпелив: подбадривал, поддерживал, учил. Я, в свою очередь, оказалась ужасной ученицей, чуть ли не унося нас обоих с собой на лёд. Единственным плюсом было то, что он всё это время держал меня за руки. Это мне определённо нравилось.

Когда мы наконец завершили круг, и я снова вцепилась в бортик, Рид заговорил:

— История моего шрама… довольно неловкая. Я не люблю о ней рассказывать. И если ты когда-нибудь проболтаешься — не знаю, смогу ли простить.

Он говорил быстро, и в голосе чувствовалась неуверенность. Нервничал?

— Всё настолько плохо? — осторожно спросила я.

— Очень, — выдохнул он. — Но, ладно, лучше уж сразу выложу всё, как есть.