Министерство Апокалипсиса

Пришествие Люцифера

Источник, рассказывая истории, любил отвлекаться. Историю, которую можно было рассказать за десять минут, он рассказывал часами – и почему-то это никогда не утомляло. Источник был из тех, от кого что-угодно – будь это интересная история или рассказ про утренний поход в туалет – слышалось свежо и не надоедало.

Таким же качеством был наделён его магазин. Ассортимент там никогда не менялся, но посетители всегда могли найти для себя что-то новое.

И вот, мы с тобой подобрались к завязке этой истории.

Я скажу тебе сразу, что Люцифер – фигура весьма неоднозначная, хотя, по моему рассказу, он покажется мерзавцем, каких поискать. Так-то оно так, но, видишь ли, он мог быть и хуже. Люцифер повидал некоторое дерьмо, уж поверь, и жизнь его была куда хуже, чем у меня, тебя или того же Апокалипсиса. Да и рос он весьма добрым парнем, даже после того, как Бог согнал его в Ад. После такого он мог бы запросто замкнуться в себе и обозлиться на весь мир. Его рассудок затмила увлечённость политикой и желание доказать отцу, чего он стоит.

***

Тогда Министерство Апокалипсиса просуществовало всего несколько месяцев и уже успевало наступать на пятки Аду, а Министерство Искупления только достраивалось. Компания только набирала обороты, а сотрудников было ещё не настолько много (а сейчас их утренний наплыв сравним с циркуляцией крови). Про сотрудников я сказал к тому, что лифты тогда забиты не были – а это значило, что Апокалипсис мог спокойно, одиноко ехать в просторном лифте, довозящий до этажей долгих полчаса. В тот день Апоку приходилось ехать с первого на двести семидесятый этаж – а это ещё драгоценные двадцать минут тишины. Апок любил тишину. Вечные вопросы сотрудников его утомляли. Да и сотрудников он не очень-то любил. Но Всадники были исключением. Эта покинувшая Рай троица и отвечала за самые ужасные катаклизмы, творящиеся в мире людей. Кажется, любил их Апокалипсис только потому, что основная прибыль сыпалась именно с их деяний.

Раздор, Кончина и Мор любили шутливо называть себя Всадниками Апокалипсиса, и Апоку это не нравилось, ведь тогда он воспринимал себя, как их личная лошадь. Но, если честно, название «Всадники Апокалипсиса» нравилось и мне, чего я ему никогда не говорил.

– О-о-о! – голый по пояс толстяк Мор приподнял голову с дивана, отлипнув от утренней передачи с рецептами. – Апокалипсис Антонович, а мы вас ждали! Сегодня выезд на Землю-то планируется?

– А ты думал, что нет? – сквозь сонливый зевок, спросил Апокалипсис.

Мор был странным. Он никогда не носил футболку – единственным, что прикрывало его обвисшие груди, было мясное ожерелье, – а в его волнистых сальных волосах часто можно было разглядеть кусочки колбасы. Характером он также был неприятен: лгун, мерзавец и бабник (а вот это не факт. Я не удивлюсь, если про свои любовные похождения он соврал, ведь ни одна нормальная девушка не выдержала бы его вечно воняющих волосатых подмышек). Он был убеждённым женоненавистником и тираном, и поэтому постоянно хамил Кончине. Радовало лишь то, что он частенько получал затрещины от Раздора за свои поганые слова.

– Да ладно, Антоныч, – обвязав резинкой длинные рыжие волосы, сказал Раздор. – Ты как будто не привык к тому, что Мор вечно тупит.

Раздор был лучше характером, и внешне был куда приятнее. Он был из тех, кто, будучи твёрдым и грубым снаружи, внутри был очень раним и мягок. Раздор всегда защищал Кончину от нападок Мора, хотя и сам был не прочь сделать ей замечание (справедливости ради, стоит сказать, что Кончина была очень неуклюжей). Он любил животных, в особенности ему нравились церберы.

Но, если честно, ни Раздор, ни Мор мне не были симпатичны. Оба они были теми ещё мерзавцами, Раздор лишь умел не перегибать палку и казался лучше в глазах окружающих лишь благодаря смазливой внешности. А вот Кончина была самим очарованием. Безгрешная женщина средних лет (её часто звали старухой из-за её несладкого голоса), любящая угождать и подстраиваться под окружающих. Плохо это или хорошо – думай сам, я лишь скажу, что мне её жалко.

– Ну да, – согласился с Раздором Апокалипсис, – пора бы уже привыкнуть к вам.

– В смысле, к нам? – возмутился Раздор. – Мы с Кончиной нормально работаем, это Мор нас вечно позорит!

– Душнила! – не отрываясь от телика, крикнул Мор. В ответ Раздор кинул в него измазанную в сладком креме вилку.

Столовый прибор недолго пробыл в голове толстяка, уже скоро со звоном упав на пол, а из четырёх отверстий в макушке Мора потекли тонкие струйки крови.

– Ай! – больно закричал Мор, схватившись за голову. – Садист грёбаный!

Эти двое вечно спорили, а Кончина за этим молча наблюдала – и правильно делала. Апок говорил, что никогда не видел Всадников дружными, и их споры заканчивались только тогда, когда костлявая старуха в накидке стучала косой Жнеца по полу и вся троица уходила на Землю, творить свои смертоносные разбои.

Люди ещё не умели говорить. Когда Всадники отправляли их души в МА, перед отправкой в загробный мир людям было необходимо пройти психологический осмотр – и из-за этого возникали большие проблемы, Верховным Судьям даже пришлось учить язык жестов. Когда-нибудь люди научатся говорить, у них такое будут называть «эволюцией» – они ошибаются. Эволюции не существует (как и других выдуманных в будущем терминов и наук, созданных лишь для тумана мозгов). Всё дело в забитом графике богов, у которых планы на людей расписаны поминутно.