Мир, где тебя нет

Глава седьмая. Память

(Телларион. Конец осени - начало зимы 992-го)

Дорога в Телларион заняла меньше секунды. Впервые Диана перемещалась при помощи амулета. Это было странное и страшное чувство неконтролируемого полёта, и стало понятно, отчего даже некоторые маги, например, мастер Коган, всеми правдами и неправдами избегают столь сомнительного удовольствия.

Диане казалось, что она летит на немыслимой скорости, раскручиваясь при этом, как снаряд из пращи. Ложные ощущения веса тела, верха и низа, потерянное равновесие и исчезнувшее зрение и слух - всё это разом. Она не решалась открыть глаза, убедиться, что всё это безумие осталось только в её воображении.

- Слишком рано, - ругался над ухом Трей, и Диана стала помалу ощущать удерживающие её - кажется, практически на весу - руки. Ноги по-прежнему ей не принадлежали. - Что за неугомонная девчонка, а ещё герцогиня... Сидела бы с Ниери за пяльцами... хотя нет, тебе и этого пока нельзя. Отлёживалась бы в отцовом замке да слушала чтение горничной какого-нибудь никчёмного романа - вот на ближайшие недели самое для тебя подходящее занятие. Спору нет, головой ты приложилась очень кстати, но могла бы и повременить с подвигами.

К Диане возвращалось зрение и остальные чувства. Она предпочла не тратить дыхание, изобретая ответ на тираду Трея, и дышать через нос.

Вечерело, и Телларион посверкивал, как леденец. Здесь стихийник своим завершением открывал Врата зимы, и следующий за ним месяц осени принадлежал только формально. Трей ещё поворчал для приличия и перестал изображать строгого старшего братца.

- Ого, а времени зря не теряли! - одобрительно присвистнул сын Нолана.

Диана кивнула. Говорить после перемещения по-прежнему не хотелось. В Хетани она описала Трею масштаб разрушений в защите Теллариона, и теперь оба были приятно удивлены проделанной за их отсутствие работой.

Границы новой и старой кладки так просто и не отыскать. Телларион зарастил пробоину, и о ней напоминали только сложенные на землю строительные леса. Диана вновь увидела прорванную границу, и крылатые тени, вздымавшие людей на гибельную высоту, и то, как обрушилась башня, и неподвижные тела, чуть дальше, чем теперь громоздились леса. Трей, кажется, что-то вынес из её молчания и плотнее сомкнул губы. Он больше не улыбался.

Теперь, когда они прошлись, тошнота совсем отступила. В замке их пути разошлись.

- Последую рекомендациям вашего лекаря, - сказала Диана, уходя. - Прилягу ненадолго. Не нужно провожать, дорогу я ещё не забыла.

- А я отловлю кого-нибудь, кто знает, где и чем занимается наш Магистр. Послушай, вы с ним...

- Нет, - возразила девушка. - Ничего не говори, я не стану слушать.

Трей беззвучно выругался.

- В Хетани ты предпочла бы свалиться на полдороге и заодно разбить себе ещё что-нибудь вдобавок к голове, но не принять его помощь. Он на руках бы донёс тебя до замка, если б ты позволила ему.

- Я прекрасно добралась сама, благодарю.

- Знаю я твоё "прекрасно". Имел беседу с мэтром. Дем... Его не хотели пускать в храм... по меньшей мере, пытались. Никто не верил, что там удалось бы хоть кому-то спастись. Он немало пережил тогда. Поверь, я это знаю.

Она слушала его со спокойным, даже слишком спокойным лицом.

Трей смолк, отчаявшись что-то объяснить, на что-то повлиять. Да и не был уверен, так ли нужно его вмешательство. Не сделает ли он хуже, действуя из благих побуждений... хотя, казалось, куда уж хуже. Похоже, и Высь и Бездна сговорились не подпустить этих двоих друг к другу. К тому же всё худшее в мире случилось от того, что кто-то искренне желал сделать как лучше.

- Просто знай: Дем как-то странно обмолвился насчёт событий в храме. Мне кажется, он верит, будто неким образом повлиял... на исход. На то... словом, на то, что ты выжила. Бессмыслица, как по мне. Ведь это невозможно.

- Невозможно... - эхом откликнулась девушка.

Время, которое запускали, как наручные часы. Пространство, податливое, точно пластилин. Человек, закрывший её живым щитом. Падение, такое неудачное... такое удачное.

Вновь нестерпимо разболелась голова, и Диана поспешно распрощалась с другом, теперь уже по уважительной причине.

То, что сотворил Демиан, - а она почти совершенно была уверена, что он и впрямь это сделал, - в первую очередь приводило её в ужас. Благодарность, восторг и изумление - всё это было слишком слабо, подавленные страхом проблески чувств. Отдавая долг, она обещала Демиану не оставлять его. И Магистр сделал всё, чтобы она не смогла нарушить договор.

Даже умерев.

- Ну вот и я так считаю. - Трей скованно кивнул и развернулся, направившись куда-то вглубь этажа.

Наверное, отчаялся разобраться в хитросплетении тех связей, что опутывали Магистра и хранительницу. У них с Ниери всё было однозначно и неизменно.

Диана постояла на лестнице, приложив ладонь к груди. Переждала головокружение. Что-то надвигалось, а у неё по-прежнему не было ответов, только сны, что забывались прежде пробуждения, и отголоски чувств, что путали и пугали. И уверенность, что у неё почти не осталось времени.

***

Магистр отыскался очень просто, что даже удивляло. Первый же допрошенный мальчишка-ученик с важностью доложил, где в сию минуту обретается господин Магистр, и что-де он ужасно, ужасно занят. Вот новость-то. Сын герцога отпустил вестника, и тот с достоинством удалился, но достоинства хватило ровно до поворота, где натура взяла верх, и парнишка припустил бегом. Трей, посмеиваясь, пошёл по указанному пути.

За дверью кабинета Дем был не один. Трей спиной и затылком навалился на стену напротив, пренебрёгши скамьёй, и приготовился ждать.

Четвертью часа спустя дверь плавно отворилась, выпуская из магистерского кабинета чудную компанию. Первым выплыл совсем невысокий для их племени эльф, облачённый в светло-оливковый, с золотой канвой камзол, облегающий его субтильную фигурку как перчатка. Поверх застёгнутого на пару сотен жемчужных пуговиц камзола был надет просторный кафтан цвета шафрана, и его длиннейшие рукава парили в воздухе, не поспевая за хозяином, одарившим Трея безмятежным взором почти прозрачных глаз. Прямо в затылок ему дышали двое долговязых эльфов в жемчужно-серых одеждах, с абсолютно идентичными - надменными и длинными - физиономиями.