Мир, который не обнять

Мир, который не обнять

Хомячок скучал день напролёт.

Однообразный мир и незначительные события позволяли не замечать проходящего времени. Домик, в котором он жил, стоял напротив окна другой клетки, гораздо больше его. И сквозь стекло можно было видеть огромное количество таких же клеток. Над ними возвышалось прекрасное голубое небо, отчего они казались маленькими и унылыми. А в самом небе плавали белые пушистые облака, похожие на собратьев хомячка.

Нет, он не был белым, но был несомненно пушистым.

Во внешнем скоплении клеток росла сочная зелёная трава. Даже отсюда, с высокой многоэтажной клетки, он мог видеть её. Как колыхались травинки на ветру, как они тянулись к сверкающему солнцу. Ему очень хотелось пробираться сквозь эту зелёную преграду, останавливаться и смотреть в небо, наслаждаться свободой, свежими красками и запахами. Рыть норки в земле и наблюдать за бабочками.

Пушистик шуршал в опилках. Они пахли простым деревом и не приносили ощутимого удовольствия, да ещё и запутывались в его чудной шёрстке. Но он едва ли замечал это. Там, за стеклом, бесконечно простирался мир. А хомячок каждый день грезил о том, чтобы его обнять. Он смотрел на свои короткие лапки и понимал, что его мечта несбыточна. И это не мешало наслаждаться ею. Иначе будни были бы слишком утомительны и он умер.

Один.

В маленькой клетке, в которой каждый день появлялись и еда, и вода. Периодически менялись опилки и стирались следы его проживания. Каждую неделю он начинал жить в новом домике. И от этого нет никакого стремления к жизни.

Чтобы не распухнуть, хомячок лазал по прутьям или бегает по колесу. Он бежал в никуда, ради того, чтобы просто не сойти с ума от сидения на месте.

Так же он стремился за своей мечтой.

Одиночество хомячка иногда скрашивало две вещи. Если быть точнее, приход хозяина, владельца обоих клеток. Он разговаривал с питомцем, заботился о нём, приносил разнообразные вкусности и игрушки. На прошлой неделе это были качели. Но зверёк не мог ответить. Вместо этого он прятался или убегал.

Хомячок недоуменно хмурился, когда на него смотрели. И залезал в колесо, чтобы наблюдающий за ним человек скривился от скрипа, а затем оставил его в покое. Это помогало пару раз избавиться от лишнего внимания, но потом это привело к тому, что колесо забрали. Хомячка занимала судьба его тренажёра несколько дней, а потом его всё-таки вернули. Вот только оно более не издавало странных звуков и бегать стало несколько скучно.

Иногда он просто лежал в нём и наблюдал за клеткой побольше, находящейся за тоненькими прутьями. Она мало чем отличалась от его, только вещей побольше, но оно и понятно. Пространство позволяет, так почему бы и нет. В ней тоже было своеобразное колесо, только оно стояло в углу и им никто не пользовался. Один раз, наблюдая за бегом пушистика, хозяин проникся его трудолюбием и поставил свою беговую дорожку параллельно колесу. И когда хомячок начинал бегать, чтобы спастись от тягостного ожидания в маленькой клетке, хозяин тоже начинал бегать.

«Я вполне обхожусь без внешнего мира, простирающегося за окном. Взамен мне приносят свежей травы и меняют колесо. Так почему бы людям тоже не променять мир на беговую дорожку?» — недоумевал он. — «Хотя, тогда у меня не будет свежей травы...»

Однажды, пока хомячок прятался за колесом и пялился в окно, единственный выход из его клетки приоткрылся. Заинтересовавшись, зверёк выглянул из-за укрытия. Оказалось, радушный хозяин подумал, что тут не так уж и тесно, а потому поселил к нему соседа.

Хомячку соседа не хотелось, но сказать он об этом не мог. Перестав обращать на наблюдателя драгоценное внимание, хомячок с опаской притаился. Второй комок шерсти не спешил двигаться. Он торчал из миски и, казалось, даже не дышал. Первым надоело ждать хомячку. Прошествовав к новому гостю по шуршащим опилкам, он задрал мордочку.

Сосед был странным. Его шерсть торчала в стороны сосульками, да и он был немного крупнее. Сердечко под шубкой забилось сильнее от напряжения. Его сосед был странного, зелёного цвета, как и трава за окном.

«Может этого хомячка принесли из внешнего мира», — размышлял он. — «Он жил среди зелёной травы, под просторным небом, оттого и стал таким. Нужно расспросить его о жизни за окном».

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Затем, проголодавшись и почуяв неладное, хомячок коснулся зелёной кожи, острой твёрдой и редкой шерсти. До него начало доходить, что это ни сосед вовсе, а очередная декорация, призванная доставить пушистику комфорт.

Несколько дней в попытке выяснить смысл происходящего, хомячок стал парадировать колючего друга. Как только дверь в клетку побольше раскрывалась, он садился рядом с колючкой и не шевелился. Его действия не возымели эффекта. Он даже перетащил миску ближе к миске друга и залез в неё. Хозяин только умилённо улыбался.

«Это испытание», — внезапно понял пушистик. — «Я должен обнять его. Ведь он круглый и колючий, как и весь мир. Смогу обнять его — получится обнять и весь мир. Решено. Буду тренироваться на своём новом друге. В конце концов, нужно добиваться своей мечты, а не просиживать дни в напрасном ожидании».

С этими мыслями зверёк обернулся. Но от одного взгляда на длинные иголки, он передёрнулся и спрятался в миске. В конце концов, он просто домашний хомячок.



Акира Зарксис

#26845 в Разное
#7316 в Драма

В тексте есть: мечта, любовь к миру

Отредактировано: 02.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться