Мир Марийзы: Равновесие

Глава 20

Мы вышли на склон горы возле смешанного леса. В этом месте мы с Медром и Ведой рисовали, пели, учились танцевать. Не верится, что столько лет прошло: Топтышка — теперь здоровенный дядька с медвежьей башкой, а сестрёнка — жена и гиперопекающая мать.

Олень дыхнул на нас с Мари, и наши тела окутало секундным сиянием.

— Я поставил на время защиту, чтобы оборотни не почуяли ваш запах. Теперь только в ваших руках, Страж Равновесия, помочь себе. Я исполнил свой долг, — он склонился и хотел уже уйти, но я спросила:

— Как вы узнали, что нам понадобится помощь?

— Правитель Зорс нашёл меня и попросил за вас. Он знал, что на лагерь нападут, — и исчез.

— Что говорил этот рогатый? Призрака я понимала, хотя он явно не на русском говорил, — я не стала ей объяснять, что он ни на каком языке не говорил: просто посох расшифровывал информацию для нас.

— Тс‑с‑с… — прикрыла ей рот. — С этой минуты мы не разговариваем и крадёмся как мыши. У оборотней чуткий слух, поняла? — Она кивнула. — Мари, ты теперь наши уши и нюх, а ещё скорость. Почувствуй своего внутреннего дракона, призови на помощь, выпусти наружу.

Сначала она скептически к этому отнеслась, не верила, что её дракон частично проснулся. Но после небольшой медитации она удивлённо расширила глаза. Затем вновь зажмурилась — и через некоторое время красноволосая смотрела на мир драконьими узкими зрачками.

Уже должно было светать, однако почему‑то Светило не спешило освещать эти злачные, проклятые земли. В Аберзе царил полумрак, а ещё — небольшой холодный туман, и это среди зимы.

— Осторожно подойди к обрыву и поищи глазами озеро, — шептала я едва слышно себе под нос.

Кивнув, она так и сделала: постояв на склоне пару минут в полусогнутом положении, направилась обратно.

— Там нет никакого озера, разве что чёрная лужа, которая воняет так мерзко и сильно, что аж сюда долетает амбре.

Лужа? Я почесала голову. Выбора нет — надо идти. Закинув сумки на плечи, я запрыгнула Мари на спину, а та с ветерком, но довольно тихо начала спуск.

Тот Аберз, каким я его знала, исчез навсегда. Теперь на месте некогда живописного, зелёного и цветущего каньона простираются лишь пустота и запустение. Исчезли удивительные леса, зелёные луга, величественный водопад; пропали круглые маленькие дома, среди которых стоял домик моего друга Медра.

Закрыв глаза, я погрузилась в воспоминания о тех чувствах, что охватывали меня при первом знакомстве с этими землями. Казалось, будто здесь царят мир и покой. Я была очарована красотой необычных домов с яркими орнаментами, опьяняющими запахами экзотических цветов и душистых ягод, которые покрывали каждый уголок местности.

А сейчас…

Я посмотрела вниз — на голую, промёрзшую землю, где местами торчали разбитые безжизненные камни. Тропинки больше не сияли разноцветными красками, как прежде, не приветствовали гостей. Не осталось ни магии, ни домов.

Горечь! Вот что терзает моё сердце — а ещё жгучая жалость к потерянным существам, которые когда‑то веселились и танцевали вместе со мной и ведьмочкой. Теперь они прокляты, застряли в полуобороте.

Я скорбела о погибших в боях, о тех, чьи души уже не вернуть. Тоска по Альдорсу и Волдеру рвала душу на части…

Альфа Объединитель был мудрым вожаком и заботливым отцом. Но даже он не смог спасти свою землю и братьев от хаоса и разрухи.

Внезапно Мари что‑то почуяла. Пригнувшись, она поспешила укрыть нас в небольшой куполообразной «пещерке» — бывшей части крыши дома.

К нам надвигалась толпа оборотней с головами волков, медведей, змей, лис и даже гиен. Двигались они быстро — в сторону Источника, — но остановились недалеко от нас. Тот, что шёл впереди (судя по всему, главный — гиена), поднял голову вверх; чёрный нос зашевелился.

— У нас гости, — мерзостно оскалился он окровавленной мордой.

Казалось, гиена недавно питалась и явно не утруждала себя ожиданием, пока мясо приготовится.

Я заволновалась: неужели почуял?

С неба спикировал огромный чёрный дракон и приземлился на соседние развалины — те затрещали и рухнули под тяжестью его туши. Если бы там находились мы, остались бы только рожки да ножки — точнее, яичница.

Глаза ящера заволокла тьма; от него несло гнилью, дымом и кровью.

— Приказ, — безэмоционально пророкотал чешуйчатый на драконьем. — Через несколько часов готовьтесь к бою. Порталы откроются, и мы пойдём на Марус. А пока — никого не подпускать к Источнику.

— Понял, — склонила морду старая гиена. — Мы поймали предателя: он снюхался с Зорсом, выпил оборотное зелье и притворился той тварью.

— Приведите! — рыкнул он.

Зорс, значит… Получается, он решил их запутать: отправил подставных и к эльфам, и к оборотням. Враги, не зная наверняка, куда иду я, разослали своих приспешников во все три стороны. И раз в Аберзе поймали нашего, они подумают, что я направляюсь не к Озеру Преображения. Хотя оборотни остаются начеку.

Мой умнейший маг спланировал чёткий план. Лесной Дух незаметно открыл портал — он не чувствуется никем: они иные. И вот мы здесь. Глаз врага пока направлен в другую сторону.