Мир медного солнца. Книга 1. Мальчик, найденный в буре

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Время Манисвади — самая теплая пора в Дорнорте, сменилась осенними ветрами времени Сахасра. Близился месяц перелетной птицы. Люди кутались в шерстяную одежду, сменив сандалии на высокие ботинки, а то и на сапоги.

Юным драгонам тоже привезли теплую одежду, и весьма добротную. После пережитых летом невзгод и лишений утепленные штаны, обувь из мягкой кожи и подбитые мехом куртки показались настоящей роскошью. Да и характер работ у вира неожиданно изменился: они все больше выполняли поручения в качестве гонцов или даже помощников распорядителей. Конечно, ответственных заданий им не давали, но постепенно оказывали все большее доверие, вплоть до того, что Асара с Тирроном вскоре посадили переделывать какие-то чертежи.

Бурраска первое время наслаждался переменами — после изматывающего труда выполнять простые задания распорядителей казалось сущей ерундой. За прошедшие месяцы он, как и все в вире, досконально изучил портовую зону, верфь и примыкающий к ним район складов и бараков, так что находить нужных людей или здания было совсем несложно.

Единственное, что несколько отравляло жизнь — вид одетого все в ту же порванную рубаху Орна, продолжающего трудиться на верфи.

— Да не смотри на меня так, драгон! — фыркнул как-то раз парень, поймав во время обеда напряженный взгляд Бура. — Я-то сначала удивился, чего это они вас послали наравне с нами пахать, но теперь все понятно! Хитрые ваши учителя, ничего не скажешь!

— О чем это ты? Почему хитрые? — не понял Бурраска. Ему и так было неудобно разговаривать с приятелем, будучи одетым в теплую куртку и сапоги, в то время как Орн подставлял осенним ветрам почти голое тело. Причем вел себя так, будто не замечал пронизывающего холода, да и обиды никакой не выказывал.

— Да все же просто! — воскликнул Орн. — Они специально сначала заставили вас работать наравне с чернью, чтобы теперь, когда холоднее стало и опаснее, дать вам более подходящее дело. Вон вы какие довольные ходите, и не зря! Матушка говорила — все познается в сравнении, и вы рады, что не надо больше впахивать, и совсем по-другому цените новую работу.

Орн усмехнулся, явно довольный тем, что может поучать молодого драгона. Бурраска озадаченно почесал затылок — получается, все эти унижения и тяжелый труд, на который их обрекли, были заранее спланированы? И никакого личного самоуправства Севастоса не было? Может, он даже исполнял распоряжение Захара и не имел права быть с ними добрым? Хотя нет, Севастос явно получал удовольствие от ситуации — стоило виру оказаться под его властью, и всю его сдержанность как ветром сдуло. Если бы не вмешательство Катош-тэма, неизвестно еще, дожили бы все из вира до этого дня…

С этими нелегкими мыслями Бур шел по каменной пристани, по привычке обводя взглядом остовы и палубы строящихся кораблей — в обязанность помощников входило постоянное наблюдение за рабочими, чтобы никто не смел отлынивать или прохлаждаться.

Буру хотелось сделать что-нибудь приятное для Орна — на протяжении всего времени Манисвади парень помогал ему, развлекая бесконечными байками и поддерживая своим неугасающим жизнелюбием.

«Вот бы раздобыть где-нибудь теплую одежду для него, но разве со складов дадут? Если бы только Катош-тэм еще раз приехал, уверен, он смог бы помочь!»

Но тэлимгер не приезжал: его направили в соседнее княжество с краткосрочным назначением, и Бурраске оставалось только надеяться на встречу.

Взгляд мальчика остановился на двух молодых работягах, явно что-то не поделивших и споривших на повышенных тонах.

Бур растерянно оглянулся — ни распорядителей, ни их помощников рядом не оказалось. Надеяться на то, что двое молодых парней послушают его, малолетнего сопляка, явно не стоило. Но ведь он был драгоном — представителем короля-фахтара, и пройти мимо было бы для Бура проявлением малодушия.

— Эй! Эй, вы! — скорее пискнул, чем крикнул Бур, приближаясь к двум босоногим, ощетинившимся, словно бродячие псы, мужчинам. — Прекратите, иначе мне придется позвать распорядителя!

Парни, только что испепелявшие друг друга взглядами, презрительно посмотрели в его сторону.

— Ты кто, сынок кого-то из распорядителей? Не лезь не в свое дело! — насмешливо бросил один из них.

— Иди куда шел! Или думаешь, раз одел красивую форму, никто тебя не тронет? Вот утопим в море, никто и не заметит! — тут же поддержал его второй.

— Ага, знаем мы таких! Папаня попереживает, конечно, да быстренько снова мамку обрюхатит, чтобы не маялась! Что был, что не было тебя, понял? — сплюнул первый.

И оба заржали, будто и не ругались минуту назад на чем свет стоит.

Бурраска неожиданно разозлился. С одной стороны, хотелось крикнуть им, что они ничего не знают ни про него, ни про его родителей, и права так говорить у них нет! С другой — его поразила грубость и злоба на того, кто пытался просто уладить спор, еще и как можно более мирно. Вот уж правда, не люди, а скоты неблагодарные!

Бур и сам не заметил, как гримаса презрения исказила его лицо.

— Гавкаете, словно собаки беспризорные! Да вы такие и есть! А утопите меня — корпус драгона вас разыщет и на куски порвет, а фахтар только в ладоши похлопает! Недоумки, быстро возвращайтесь к работе!

По мнению Бура, вышло не очень убедительно, но почему-то парни предпочли не связываться — то ли подействовала дерзость слов, то ли упоминание корпуса драгона и короля. Один из них грязно выругался, но второй дернул его за рукав, и они пошли прочь, все еще держась немного порознь.

Бурраска сначала даже обрадовался — впервые ему подчинился кто-то старше и сильнее его. Но потом взгляд мальчика столкнулся с полными затаенной обиды глазами Орна. Оказывается, парень остановился неподалеку и стал свидетелем небольшой перепалки, возможно, даже хотел вступиться за Бура в случае необходимости.

До мальчика не сразу дошло, что слова, произнесенные им в гневе, Орн принял и на свой счет, в одночасье прочертив между собой и юным драгоном непреодолимую границу.