Мир нефилимов. Падение чёрного крыла.

Глава 3.

Глава 3

Селарион улетал так, как уносятся видения в полусне — стремительно, без лишних звуков. Его белоснежные крылья рассекли небо, оставив за собой светящийся след, который медленно растворялся в облаках.

Инна, всё ещё лежа в полузамороженном теле, едва осознала, как он исчез.

«Ну ничего себе... Это что, и был ангел? Нормально так. Первый раз в жизни вижу ангела — и сразу красавец такой, хоть на иконы рисуй», — язвительно подумала она.

— Это не ангел, — с лёгким раздражением прозвучал внутри голос Нем’Арии. — Нефилим. Ангел — это статус, титул. А нефилимы — те, кто могут его носить.

Инна внутренне хмыкнула.

«Да хоть архидьякон сверхгалактики. Всё равно выглядит так, что у меня щёки свело. А ты говоришь, нефилим...»

— Ты ещё не осознаёшь, в каком положении находишься, — холодно добавила Нем’Ария. — Его уход означает лишь одно: тебя не заберут. И меня — тоже. Пока ты здесь, он не сможет выполнить приказ.

— То есть, ты хочешь сказать, что я, такая вся внезапно могущественная, оставила вас без главного героя небесной драмы? — усмехнулась Инна. — Звучит обнадёживающе. Я тут подумала: а что дальше? Погуляем в теле вдвоём? Или ты планируешь меня «выключить», пока сама тут королевой будешь?

Ответ Нем’Арии прозвучал с металлической чёткостью:

— По Закону, душа сосуда должна засыпать при моём вселении. Но ты не из этого мира. Ты вне Закона. И пока ты здесь — мы обе активны. Это опасно. Сосуд не предназначен для двух сознаний сразу.

— Скажи проще, — ядовито протянула Инна. — Нас ждёт шизофрения?

— Примерно так.

Инна мысленно рассмеялась, глухо и зло.

— Великолепно. Вот уж никогда не думала, что моя первая поездка за границу закончится диагнозом «Нефилимозависимая раздвоенность личности».

— Нам нужно решить это, — отрезала Нем’Ария. — Либо ты уступаешь и уходишь в сон, позволяя мне полностью управлять телом…

— Не-а, — Инна резко перебила её. — Даже не начинай. Я только что сюда попала, чуть не утонула, а ты хочешь, чтобы я тут же согласилась лечь в кому и стать мебелью для твоих экспериментов? Нет уж, уволь.

— Тогда есть только один способ, — после короткой паузы произнесла Нем’Ария. — Ритуал объединения. В храме. Это сложная церемония, но она позволит нам слиться. Две души станут одной. Память и знания сохранятся. Ни ты, ни я уже не будем прежними.

— Храм, ритуалы, слияние... Подожди-ка, — подозрительно протянула Инна. — И что, ты так просто предлагаешь это? Где подвох?

— Подвох в том, что после объединения я навсегда потеряю путь на Небеса, — честно ответила Нем’Ария. — Моя сущность будет связана с землёй. Меня больше никогда не призовут обратно. А там... меня ждёт не наказание. Меня ждёт полное развоплощение.

Инна почувствовала лёгкий холод внутри.

— Смерть?

— Полное растворение. Прах. Я перестану существовать даже в памяти.

— И ты так спокойно это предлагаешь? — Инна не верила своим внутренним «ушам».

— У меня нет выбора, — призналась Нем’Ария. — Если мы будем делить тело, его разрушит конфликт сознаний. Я могу предложить тебе только это. Мы обе останемся живы. Объединённые.

Инна замолчала на несколько долгих секунд.

Внутри было суматошно. С одной стороны — страх. С другой — любопытство.

— Ну а вдруг я захочу вернуться домой? — осторожно спросила она. — Вернуться в свой мир. К своему телу. Есть вообще хоть какой-то шанс?

Ответ Нем’Арии прозвучал сухо, даже с какой-то усталостью:

— Нет. Таких случаев не было. Никто никогда не пересекал грань между мирами с душой. Я не знаю способа, чтобы тебя вернуть. Даже Демиурги этого не умеют.

Инна закрыла глаза. Внутри стало горько.

«Вот это я влипла…»

— Значит, единственный вариант — жить здесь. В чужом теле. В чужом мире. С тобой в довесок.

— Да. Но после объединения ты не будешь «гостем». Ты станешь частью этого мира. Останешься сама собой, но сможешь жить без конфликтов.

Инна вздохнула.

— А если не объединяться?

— Тогда твой разум начнёт разрушаться. Я тоже не смогу долго удерживаться. Мы обе погибнем.

— Чудесный выбор, — Инна фыркнула. — Или шизофрения с летальным исходом, или навсегда остаться в этом странном теле в компании бывшей падшей ангельши. Великолепно.

Но в глубине души её уже подтачивала странная мысль:
В этом мире... есть что-то притягательное.

Она вспомнила Селариона. Его крылья. Его взгляд. Его голос.

Внутри Нем’Ария хмыкнула, как будто поймала её на мысли.

— Думаешь, без него будет скучно? — чуть насмешливо спросила она.

— Ну... — Инна сдалась, выдавив ухмылку. — Признайся, тебе ведь тоже этот блондинистый шкаф по вкусу, ага?

Нем’Ария не ответила, но в их общем сознании вдруг вспыхнуло лёгкое тепло — почти как смущение.

Инна прыснула от смеха.

— Вот это да. Кто бы мог подумать! Суровая падшая, а на самом деле тоже женщина.

— Мы решим это позже, — строго оборвала её Нем’Ария. — Сейчас важнее другое: ты согласна на объединение?

Инна замолчала.

Мир за окном словно притих.

Ей нечего было терять.

— Ладно, — медленно сказала она. — Только с одним условием.

— Какое?

— Если я уж влипла сюда, хочу увидеть здесь всё, что только можно. Договорились?

— Договорились.

И где-то на самой глубине, там, где души соприкасались, они обе впервые почувствовали не страх, а... странное родство.