Мир, о котором мы мечтали

Глава 23

                  Иногда человек достигает точки невозврата, сам того не понимая и не осознавая. Есть какой-то Рубикон, преодолев который ты уже не станешь прежним, будешь мыслить по-другому, понимать вещи с другой стороны, ранее тебе чуждой. Я смотрю на свою правую руку, понимая, что моя точка невозврата была достигнута еще давно. Нет, не в день, когда началась буря, не в момент, когда мы познакомились с Ильей и Игорем. Намного раньше. С момента, когда я решила, что мне нужно стать астронавтом, чтобы войти в историю.

                    Сейчас для меня та девушка, которая мечтательно смотрит в небо, наблюдая за звездами, мечтая о другой жизни, размышляя о том, а единственные ли мы во всей Вселенной – мертва. Хоронить я ее не собираюсь: что-то теплое и радостное должно ютиться у меня в душе, пускай даже, если оно давно мертво. Надежда – это то, что мне сейчас нужно.
                   Я останавливаюсь напротив двери в комнату Юли и Паши. Чувства страха за то, что  их здесь нет, заставляет меня некоторое время просто смотреть на дверь, постоянно дыша и поджимая губы. Не хочу. Не хочу знать, умерли ли они, не хочу быть первым человек, который увидит, если вдруг это случилось.

                  Делаю глубокий вдох и голосовой командой открываю дверь. Глеб останавливает меня, давая понять, что он пойдет первым. Как только парень проходит в комнату, я иду следом за ним.
                 Помещение было пустым, можно даже сказать, мертвым. Ни одного намека на то, что здесь кто-то жил последние дней пять. Разбросанная одежда, не заправленная кровать, брошенный на пол планшет с какими-то чертежами. Я наклоняюсь, чтобы взять его.

              Плавным движением смахиваю слайды, рассматривая на них схемы и чертежи. Что-то отдаленно это напоминало систему, для передачи сигналов или данных. В правом углу было написано: «От одной до двух недель». Видимо, это дописал Паша, пытаясь разработать передатчик, который способен был бы передавать сигнал намного быстрее.

                  - Здесь их нет, - Глеб оборачивается на мой голос, опустив глаза в пол.

                  - Мне жаль.

                  - Не смей их хоронить. Пока я не увижу их тела – для меня они живы.

                  - Лиз, это бессмысленно, пойми, - Глеб подходит ко мне и кладет руку на плечо, но для меня его касания – лишь пытка.

                   - Для меня не бессмысленно. Погоди, на каком Юля была сроке?

                   - Восьмой либо девятый месяц, а что такое?

                   - Надо срочно бежать в больницу. Она будет там.

                Внутри все пекло от того, что я боюсь ошибиться. Вдруг они все-таки не там. Глеб догоняет меня, стараясь поравняться. Он что-то говорит, активно жестикулируя, но я продолжаю бежать. Достигнув первого этажа, чувствую, как в легкие начинают гореть, а дышать становится все больнее и больнее. Больницы располагалась недалеко от центра подготовки астронавтов, а значит, до нее тоже нужно быстро добраться.

                  - Стой, - Глеб хватает меня за правую руку, останавливая прямо перед самым выходом из помещения. – Мы не знаем, где может быть Игорь. Нельзя так просто выходить.

                  - Нас двое, что он нам сможет сделать? – Я тяжело дышу, стараясь перевести дыхание, но это сложно получается сделать.

                   - Я не знаю, но он перебил почти все население, неужели ты думаешь, что ему не под силу справиться с девушкой… калекой, и парнем, который нормально не ел уже около двух недель?

                    - Он убил все население за счет хитрости и…
                 В голове проскочили моменты моей жизни до комы. Врачи предупреждали, что возможна потеря памяти, но мне на тот момент показалось, что это бред.  Но теперь, в голове проскакивают отрывки разговор с Ильей и Игорем о том, что второй работает в сфере технического обслуживания. Что Игорь может перемещаться быстро между зданиями и имеет доступ практически ко всем помещениям. Если не ко всем.
                - Что бы мы сейчас с тобой не делали, Игорь будет на шаг впереди, не удивлюсь, если он сейчас где-то рядом с нами и следит, - мороз пробежался по коже, а слезы сами наворачивались на глаза, от понимания того, что мы все-таки беззащитны.