Мир, подаренный тобой

Глава 2

День тянулся медленно и тоскливо. В ожидании вечера Изабель де Монморанси, герцогиня де Дамвиль, в девичестве дама де Бриссак, не заметила, как задремала, утомлённая скукой. И как на замок Фретеваль, одно из многочисленных владений её мужа, опустились сумерки.

Изабель лежала на широком ложе, заложив нагие руки с золотыми браслетами за голову, с разметавшимися на шёлковых подушках золотистыми волосами. Спальные покои слабо озарялись серебряным светильником в виде лилии, фитиль которого был пропитан аравийскими маслами: Изабель окружали уют и напоённый восточными ароматами покой, а за стенами замка упругими струями звенел дождь. Этот нудный монотонный звон заглушал даже шум фонтана, которым был украшен замковый двор. В Фретевале, желая укрыться от мужа и его слуг, досаждавших ей в Париже своим чрезмерным вниманием, Изабель иногда назначала свидания своим любовникам.

Где-то вдалеке, на другом берегу Луары, глухо перекатываясь, загрохотал гром. Пробудившись от зыбкого сна, Изабель лениво протянула руку к прикроватному столику: там мерцали золотом два кубка и кувшин, наполненный бордо из замка Марго (Château Margaux) — одним из лучших вин Французского королевства. Наполнив кубок вином, Изабель поднесла его к губам, но потом поставила на место: напиток был предназначен для двоих, а тот, без кого она не решалась его выпить, всё не шёл.

Изабель вдруг — впервые за много лет — вспомнила своё первое любовное свидание. Аквитанский вечер... приятная прохлада морского бриза...сладкий дурманящий запах цветущих деревьев... Они шли по саду, близко склонившись друг к другу: дочь графа и сын кузнеца, с которым она недавно познакомилась... В порыве нежных чувств она на мгновение опустила голову юноше на плечо — и старик-садовник увидел их. Последствия этого не заставили себя долго ждать: на следующий же день юноша был отправлен на военную службу, а Изабель вернулась в Париж, под суровый надзор отца.

Спустя полгода её выдали замуж за человека благородного происхождения; в его доме она ни в чём не знала отказа, ни в чём не испытывала недостатка. Мысль о том, что её будут и впредь окружать то великолепие и изысканная роскошь, к которым она привыкла с младенчества, даже не приходила ей в голову — она и представить не могла, что можно жить иначе. Муж потакал любым её капризам, однако, она всё острее чувствовала себя разочарованной и обманутой: в его любви к ней не было пламени той яростной страсти, в которой она так нуждалась. И однажды поддавшись губительному соблазну, она без колебаний рассталась с супружеским целомудрием и с головой окунулась в омут сладких грехов.

Вот и сегодня она с самого утра сгорала от нетерпения в предвкушении предстоящего свидания. Представив, что её ждёт этой ночью, Изабель томно улыбнулась.

Когда за дверью спальных покоев раздались шаги, она грациозно изогнулась на ложе под красным бархатным балдахином — и так и застыла в этой соблазнительной позе. Каково же было её разочарование, когда вместо молодого страстного любовника она увидела своего старого слугу.

- А, это ты, Ренье! – не скрывая своего недовольства, проговорила герцогиня.

Вошедший в спальню человек, с плоским носом и большим ртом на тёмном сморщенном лице, тщательно затворил за собой дверь и приблизился к своей госпоже.

Сколько Изабель помнила себя, столько Ренье служил ей: преданный, как пёс своей хозяйке, он повсюду следовал за ней по пятам, готовый на всё, лишь бы услужить «её светлости прекрасной Изабель». Он был тем более полезен, что водил дружбу с астрологами и прорицателями. К тому же Ренье, простоватый вид которого не вызывал подозрений, был незаменимым соглядатаем, который добывал для герцогини важные сведения.

- Для чего ты здесь? Разве я звала тебя? – вопросила Изабель надменно.

- Мадам, если бы вас всерьёз беспокоили грядущие перемены, вы не стали бы дожидаться моего появления в ваших покоях только по своему желанию, – с некоторой дерзостью произнёс Ренье и, сложив руки на животе, учтиво поклонился.

Услышав интригующее заявление Ренье, Изабель невольно напряглась всем телом.

- Ладно, говори! Я слушаю тебя.

- Два дня назад близ Орлеана слышали раскаты грома невероятной силы... А жителям Блуа казалось, будто земля уходит у них из-под ног... Прошлой ночью в базилике Сен-Дени, в гробнице королей, церковники видели призрак Людовика Святого... – Ренье рассказывал медленно, с остановками, зловещим полушёпотом.

- Иными словами, – задумчиво произнесла герцогиня, – в этом году в нашем королевстве случится что-нибудь необыкновенное. Так, Ренье?

- Не нужно быть знаменитым прорицателем, чтобы уметь растолковать эти явления как предостережения Судьбы.

- И кого же она предостерегает?

- Тех, кто тайно или явно участвует в заговоре против короля. Ибо заговорщиков ждёт печальная участь.

Изабель помедлила в тревожном раздумье; затем, понизив голос, недоверчиво молвила:

- Может, всё это вздор? Мало ли что болтают шарлатаны и всякие лжепрорицатели?

Ренье пожал плечами.

- Воля ваша, мадам, но не верить всё же нельзя. Как не следует пренебрегать мерами предосторожности. И первым это понял виконт Марсель д’Амбре: вчера он уехал в Бургундию.

От услышанной новости Изабель чуть не задохнулась в негодовании.

Марсель уехал в Бургундию? И, значит, свидания, которое он мне обещал и которого я жду, не будет?! – Эта мысль вызвала в её душе настоящую бурю: прежде никто не смел пренебрегать ею.

Она вскочила и заходила по комнате из угла в угол, кусая сжатые кулаки, вся во власти охватившего её негодования. Волосы рассыпались по её плечам мерцающими золотом волнами; полураздетая — в одной лишь шёлковой ночной рубашке с глубоким декольте, – она была сейчас столь соблазнительна, что Ренье, позабыв обо всём на свете, словно завороженный, не спускал с неё загоревшегося взгляда.

Взгляд этот поразил Изабель, когда она, совладав со своей злостью, наконец утихла и будто только теперь заметила постороннего в своих покоях.