Мир, подаренный тобой

Глава 6

Мессир Гийом Шамероль, барон Орийак, сидел за столом, склонив голову над какими-то записями, в багровом, невероятной густоты свете: будто пламя свечей впитало в себя пурпур шёлковых обоев, которыми были задрапированы стены кабинета. Днём за этими стенами было шумно, по ночам же царил такой покой, точно барон жил не в Париже, а в глухой провинции.

Барон был вассалом герцога Шарля де Бурбон, которого он считал своим единственным законным сюзереном; в его глазах глава рода Бурбонов был истинным кумиром благодаря своей храбрости и полководческому таланту. Мессир Шамероль был готов служить ему верой и правдой, чтобы затем возвести его на французский престол. Он даже уже начал потихоньку выторговывать для себя чин коннетабля при дворе будущего короля.

Гийом Шамероль принадлежал к уважаемому во Французском королевстве семейству, взрастившему немало благородных рыцарей, но для себя он выбрал иной образ жизни. Барон был жаден, тщеславен и на редкость изворотлив. В годы службы в казначействе при дворе короля Людовика Двенадцатого он растратил большие суммы государственных денег; позже, привлечённый к ответственности, он подкупил некоторых из судей — и его оправдали. Среди участников заговора Бурбонов барон оказался не случайно: надежды на власть при новом короле побуждали его больше, чем верность своему сюзерену. И то обстоятельство, что ныне Шарль де Бурбон вёл переговоры с английским королём в Лондоне, а он действовал в Париже, под носом у короля Франсуа, возвеличивало барона в глазах соратников. Гийома Шамероля распирало от сознания собственной значимости.

Барон сделал вид, что не слышал шагов гостьи, о которой ему доложил слуга минуту назад.

- Я пришла вовсе не за тем, чтобы глядеть на вашу лысеющую макушку, мессир Шамероль, – недовольно проговорила Изабель, останавливаясь у стола. – Ради этой встречи мне пришлось покинуть Фретеваль, проделать долгий утомительный путь до Парижа и затем немало потрудиться, чтобы усыпить бдительность моего мужа!

- Мадам де Монморанси! Ваша светлость! Какое счастье снова видеть вас! – Барон поднял голову: низкий лоб, плутоватый взгляд глубоко посаженных тёмных глаз.

Изабель положила перед ним вексель:

- Вот то, чего вы ждали.

Развернув свиток и прочитав его содержимое, Гийом де Шамероль с довольным видом потёр ладони.

- Итак, герцог д’Амбуаз на нашей стороне! – воскликнул он. – Отличная новость! Это существенно укрепляет наше положение. В последнее время мы испытываем недостаток в денежных средствах: наши английские союзники готовы предоставить нам наёмников для грядущих сражений, но, как вы понимаете, этим воинам нужно хорошо заплатить...

Барон вдруг умолк и, выйдя из-за стола, какое-то время смотрел на Изабель. Судя по выражению его лица, думал он уже вовсе не об успехе заговора: взгляд его, жадный, раздевающий, медленно скользил по телу стоявшей перед ним женщины.

- О чём вы думаете, мессир? – насмешливо проговорила Изабель, без труда угадав его желание. – У вас такое странное лицо...

- Я подумал о нашем будущем, мадам, – ответил Шамероль хриплым голосом; он тяжело дышал, ноздри у него трепетали.

- Нашем будущем? – переспросила изумлённая его словами Изабель.

- Вы не ослышались: нашем. – Барон неожиданно покачнулся, точно был пьян. – Коль Господу будет угодно даровать моему сюзерену монархию, а мне место рядом с его троном, я разделю свою власть с самой желанной для меня женщиной.

Будь на месте барона другой, более привлекательный мужчина, Изабель не колеблясь ответила бы на его страстный призыв. Шамероль же был безразличен ей, а порою — как сейчас: с маслеными глазками и отвисшей толстой губой — вызывал отвращение. Даже мысль о том, что ему, возможно, суждено стать новым коннетаблем Франции — мысль, сама по себе волнующая и отвечающая её честолюбивым мечтам — не возбудила её. И оттого попытку барона обнять её Изабель сразу пресекла, заявив резким тоном, что у неё нет ни малейшего желания вносить его имя в список своих любовников.

Однако Шамероль, невзирая на её отпор, крепко держал её руку в своей влажной от пота ладони и, в исступлении целуя её, шептал:

- О мадам... О прекрасная Изабель... Только такая как вы... только вы, Изабель, достойны стать моей женой...

- Мессир, кажется, вы забыли, что я уже замужем. – С этими словами Изабель выдернула свою руку.

И в её насмешливом замечании, и в её взгляде Шамероль не мог не уловить холодного презрения.

- Замужем? И что же? Разве ваше положение ущемляет вас в ваших желаниях? Список ваших любовников удлиняется, и в нём нашлось место даже для герцога де Бриенн! И чем же он лучше меня?! – вскричал барон визгливым в припадке ревности и яростной обиды голосом. – А граф де Клермон?! А виконт д’Альбре? Или граф де Лиссак?.. А многие другие, имён которых вы, мадам, верно, и сами уже не помните?!

Шамероль принялся расхаживать по кабинету: порывистый в движениях, со сверкающими глазами, зловещий в багровом, напоминавшим зарево пожара, отсвете пламени свечей. Изабель не успела ответить ему: из вестибюля вдруг донеслись чьи-то возбуждённые голоса.

- Пришли ваши друзья, господин. – На пороге кабинета появился слуга. – Они требуют немедленной встречи с вами.

Взмахом руки Шамероль отослал слугу прочь и снова повернулся к Изабель.

- Прошу вас, мадам: не уходите. Они недолго задержат меня, – взмолился он.

- Я не хочу, чтобы меня видели здесь, – сказала Изабель, ответив на просьбу барона.

Однако уйти незамеченной она не успела: голоса прибывших звучали уже за дверью кабинета.

Избегая встречи с гостями Шамероля, Изабель поспешно шагнула в тёмную нишу, за один из дубовых шкафов, в которых барон хранил какие-то свои бумаги.

- Приветствую вас в моём доме, друзья! – произнёс Шамероль по-английски, едва гости вступили в таблиний. И затем, перейдя на французский, прибавил ворчливым тоном: – Но чем, однако, вызвано их неожиданное появление? Ведь, если мне не изменяет память, мы не договаривались об этой встрече?