Мир за прозрачными стенами

Глава 1: Пробуждение

Пролог: Падение

Ночь на Иссык-Куле была холодной, как всегда.

Я стоял на пирсе турбазы «Ак-Терек», курил дешёвую сигарету и смотрел, как луна отражается в чёрной воде. Ветер с гор резал лицо. Где-то вдалеке лаяли собаки.

Вдруг небо треснуло.

Яркая оранжево-белая полоса разорвала темноту, оставляя за собой густой дымный след. Она летела слишком низко и слишком медленно для метеора.

— Ёкарный бабай... — только и успел выдохнуть я.

Удар пришёлся в воду примерно в полутора километрах от берега.

Взрыв был не громкий, а тяжёлый. Будто сам воздух сжался. А потом озеро встало на дыбы.

Огромная чёрная стена воды поднялась и пошла прямо на меня.

Я бросил сигарету и побежал.

Но куда бежать, когда за спиной поднимается Иссык-Куль?

Волна догнала меня в считанные секунды. Удар был такой, будто грузовик врезался в спину. Меня закрутило, потащило вниз, в ледяную тьму. Лёгкие обожгло. Я пытался выплыть, но течение было сильнее любой руки.

Последнее, что я увидел перед тем, как сознание отключилось — слабое голубоватое свечение на дне. Оно пульсировало, будто живое.

А потом — ничего.

Глава 1: Пробуждение

Я открыл глаза и сразу пожалел об этом.

Свет был слишком ярким, белым, больно резал зрачки. Голова гудела, будто внутри кто-то бил кувалдой по наковальне. Попробовал пошевелиться — тело не слушалось, будто весило тонну.

— Он очнулся.

Голос женский. Спокойный, но с напряжением.

Я попытался сесть. Руки упёрлись в холодную поверхность. Только тогда я заметил, что мои пальцы... выглядят неправильно. Между ними была тонкая, полупрозрачная перепонка. Как у лягушки, только толще.

— Лежите спокойно, — сказала женщина, подходя ближе. — Вы ещё слабы.

Я медленно повернул голову. Передо мной стояла высокая брюнетка в белом халате. На груди — бейджик: «Доктор Лейла Маркова».

Маркова... не наша фамилия. Русская, наверное.

— Где я? — голос вышел хриплый, низкий, будто я месяц молчал.

— В специальном медицинском центре. Под Бишкеком, — ответила она, внимательно глядя на меня. — Вы попали в аварию на Иссык-Куле.

Аварию? Я чуть не рассмеялся, но горло сразу обожгло болью.

— Аварию, говоришь... Метеорит в озеро упал, а не авария. Я помню.

Лейла слегка прищурилась, но быстро взяла себя в руки.

— Вы должны отдыхать. Ваше тело пережило сильнейший стресс.

Я опустил взгляд на свои руки. Кожа была бледной, с лёгким синеватым оттенком, будто я неделю пролежал в ледяной воде. Вены проступали слишком явно, и они тоже отливали синим.

— Что со мной сделали? — спросил я тихо.

Она помолчала пару секунд.

— Мы вас спасли. Вы клинически умерли почти на восемь минут. Когда вас вытащили... вы уже не были полностью человеком.

Я медленно поднял руку и потрогал шею. Под челюстью что-то было. Небольшие щели. Жабры?

Внутри меня начало закипать.

— То есть вы меня... починили? Как машину?

— Это не так просто, Азамат.

Она знала моё имя. Значит, уже копались в документах.

— Мы ввели вам экспериментальный препарат, разработанный на основе материала, который нашли внутри метеорита. Без него вы бы не выжили.

Я посмотрел ей прямо в глаза.

— А теперь я кто? Человек или уже нет?

Лейла отвела взгляд всего на секунду, но мне хватило.

— Вы... эволюционируете. Очень быстро. Ваша мышечная ткань стала значительно плотнее, кости прочнее. Мы называем вас «Танк-прототип».

Я хмыкнул, хотя смеяться совсем не хотелось.

— Красиво назвали. Прям как в игре. А если я сейчас встану и сломаю тебе шею, это тоже будет «эволюция»?

Она не отшатнулась. Только чуть сильнее сжала планшет в руках.

— Вы злитесь. Это нормально. Но сейчас вы в безопасности.

— Безопасность — это когда меня держат в стеклянной комнате и наблюдают, как у меня растут перепонки между пальцами? — я кивнул на прозрачную стену, за которой явно были камеры. — Не вешай мне лапшу, доктор.

Лейла вздохнула.

— Пока вы не научитесь контролировать изменения, вам лучше оставаться здесь. Для вашей же пользы.

Я закрыл глаза и откинулся назад.

В голове крутилась только одна мысль:

«Если это и есть спасение... то лучше бы я утонул нахуй.

Я открыл глаза и сразу пожалел об этом.

Свет был слишком ярким, белым, больно резал зрачки. Голова гудела, будто внутри кто-то бил кувалдой по наковальне. Попробовал пошевелиться — тело не слушалось, будто весило тонну.