Миражи "Тесака"

Тухлое яйцо, или весть из прошлого

199 г. от начала движения

Валардала Феругзед вонзила в умирающую плоть аурифа свой утонченный клинок из молний с филигранным эфесом, напоминающий цветущий бутон летнего цветка. Она, накануне став старшим мерценасом «Тесака», не знала, что будет им еще семьдесят семь лет, пока ее сын не займет это место. Маленький Герсия уже пытался ходить, но все еще просился на руки каждый раз, как Валардала, вся в багровых пятнах и рваном снаряжении, заходила в их комнату с хлопотливыми няньками. Он был таким хорошеньким, думала она, что никто бы не пожелал ему такой судьбы, как у нее.

Мерценаска зарычала, прокручивая в сердце аурифа меч. Вырвав лезвие, плечистая Валардала вскочила на ноги и, обхватив эфес по-мужски крепкими руками, отрубила голову чудовищу. Ветер сорвал с ее головы шапку и растрепал черные, как смоль, волосы. Мерценаска смотрела вслед улетающей вещи, как вдруг на цепях подлетел темнобородый сиреневоглазый мужчина и выхватил головной убор из грозового потока. За ним показались остальные члены дежурного отряда.

– Совсем не бережешь мои подарки, – сказал бликзериец, тотчас оказавшись рядом. – Между прочим, эта шапка стоила половину моего жалования за неделю. Настоящая аурифская кожа и его лучшие волосы.

– Как же, я берегу твои подарки, Куаризз, – без колебаний заявила Валардала и приняла шапку. – Особенно тот, что сейчас спит в колыбели у меня дома.

Мерценасы из отряда неловко кашлянули и отошли назад. Куаризз почесал бороду, вместе с остальными пошатнувшись от качки «Тесака».

– Мы много раз обсуждали мальчишку и, казалось мне, сошлись на том, что я к нему не прикоснусь. Впрочем, разговор наш не об этом…

– А то как же.

Куаризза напрягал издевательский тон Валардалы. Он шмыгнул носом и сплюнул то, что там собралось.

– Я пришел за аурифом. Оружейники ждут поставку свежих материалов для пошива снаряжения.

– Да прибудет с тобой Всеоблачность в таком нелегком деле.

– Отойдешь с моего пути?

Валардала неспешно повесила остывший эфес на пояс, не сдержав легкой улыбки.

– Ты, видимо, забылся, мой дорогой, – при свете дня сверкнул нож в ее руках, и Куаризз, казавшийся рядом с могучей Валардалой бедным воришкой среднего роста, не до конца понял ее намерений. – Вчера король сделал меня главнее тебя, и эпоха, когда ты мог тянуть меня за ниточки, канула в туман Всеоблачности. Прошу тебя обращаться ко мне не иначе, как старший мерценас или командир.

– По какой фамилии к тебе обращаться? – съязвил Куаризз. – По моей, надеюсь? Феругзед?

– Это вопрос временный. Мой сын с рождения носит самую лучшую фамилию, фамилию моего отца, звавшегося Келгодом. Но, как ты выразился, наш разговор не об этом. Я имею право взять от убитого аурифа то, что мне нужно, а дальше поступай, как знаешь. Хотя бы пошей новые панталоны.

Куаризз сложил руки на груди в нервном ожидании. Валардала нагнулась над аурифом и вонзила в живот чудовища нож. Плотная белая кожа заглотила лезвие, но оно, ударившись обо что-то твердое, звякнуло, и Куаризз сразу заметил замешательство мерценаски.

– Что это там такое?

Куаризз округлил глаза, а подошедшие мерценасы скривились, увидев, как Валардала, не скорчив ни одной морщинки, сунула руку в живот чудовищу. Вскоре она нащупала округлость и потянула ее наружу.

– Ты это искала? – удивился Куаризз. – Что это вообще такое?

Валардала рассматривала покрасневшую вещицу размером чуть больше ее ладони с полукруглым низом и сужающимся верхом. Мерценаска принюхалась – в нос бросился запах, похожий на трупный. Она болтнула вещицу. Внутри что-то толкалось в ответ, словно пуская пузыри под водой.

– Я хотела взять немного кожи, – ответила Валардала, поднимаясь с колен и не отрывая глаз от находки, – но никак не это. Я понятия не имею, что это.

Она снова потрясла вещь и придумала ей применение. Кауризз нагло потянулся к ней.

– Дай посмотреть…

Валардала нахмурила густые брови и прижала к себе предмет.

– Ты хотел чудовище – забирай. И до скорых встреч. Не забывайте, мерценасы, о собраниях в вагоне общего сбора. Не отказывайтесь от них в пользу «Маневра».

– В наше время отказываться от него не так уж страшно, – Куаризз потер линзы защитных очков. – Хозяин «Маневра» ушел в мир иной, пусть небо будет ему теплой постелью, и, приди ты в любой час, вместо хорошей выпивки и еды получишь самую отборную гадость…

– Расскажешь об этом своим товарищам. Мне пора.

Валардала натянула шапку на голову, поправив выбившуюся густую прядь и защитные очки, положила найденный предмет в карман набедренной сумки и улетела на цепях.

Валардала вымыла находку и стерла остатки крови жесткой щеткой. Вещица теперь стала серой, с легким зеленоватым оттенком. Отвратный запах не отставал от шершавой плотной поверхности, и Валардала, между тем считая находку безопасной, припорошила ее детской присыпкой и дала подсохнуть. Стенки приобрели мягкий, приятный глазу цвет, сбивая тухлую вонь.

– Госпожа Феругзед, – послышался голос молодой миловидной няни. – Малыш требует вашего внимания. Не будет ли у вас немного времени?