Мирея. Том I Надежда на будущее.

Глава 13 Поединок

Стигур вышел из темноты и сорвал с себя лохмотья, служившие ему накидкой. Дошёл до центра комнаты и встал в свой полный, хоть и невеликий рост. Короткие штаны, босые ноги, голый торс. Мускулы обтягивали его тело, будто стальные канаты. Несмотря на рост, гном выглядел могущественным и несгибаемым воином.

Богиня улыбнулась и встала напротив него.

— Ты будешь сражаться на голых кулаках? — изогнула она бровь.

Гном усмехнулся — и тут же тело его стало обрастать доспехами. За секунды он оказался в полном стальном облачении, ослепительно блеснувшем в луче света.

— Хм… необычный доспех, — отметила богиня.

— Ещё не всё, — прогремел Стигур. Он увеличился почти втрое, тяжело нависая над богиней. — Теперь всё.

— О. Боевая форма короля гномов, — удивлённо произнесла Многоликая.

Комната вздохнула. У всех вытянулись лица, кто-то даже пригнулся от внезапно возникшего давления силы.

— Ладно, гном. Я тоже покажу тебе кое-что, — она усмехнулась. — Ты знаешь, почему меня зовут Многоликая? Навряд ли. Нападай.

Она встала боком, и в тот же миг на ней проявился полный доспех паладина золотого цвета — щит, меч, сияющее сияние от божественной плоти. У Стигура в руках возникла простая на вид чёрная палка.

Многоликая едва не приоткрыла рот:

— Непостоянный металл… Я думала, последний был у Бога-кузнеца. Ты удивляешь меня, Стигур. Теперь мне действительно интересно.

Она шагнула к нему.

Гном перехватил палку — и та стала двуручным топором. Он нанёс удар. Богиня выставила щит, но от удара её пронесло по полу на несколько шагов.

— Прекрасно! — воскликнула она.

Рядом Ингенс тревожно глянул на Оракула. Тот же прикрыл глаза, будто слушал музыку, а не бой титанов.

Богиня сорвалась с места и кинулась вперёд. В полёте её сияние сменилось: тяжёлые доспехи исчезли, уступив место лёгкой коже и паре кинжалов. Она двигалась так быстро, будто телепортировалась между ударами. Лезвия мелькали вспышками. Стигур отмахивался, но она была слишком быстрой.

Затем она взмыла вверх. И прямо в воздухе снова изменилась: лёгкий доспех, части кожи, в руках — лук. Она начала стрелять ещё до приземления. Стрелы били, как град. Стигур сменил оружие на щит и прикрылся, будто скала посреди шторма.

Не успела последняя стрела коснуться стали, как богиня вновь исчезла — и появилась уже рядом. На ней снова сменился облик: тяжёлые доспехи, словно литой металл, а в руках огромный двуручный молот.

Она шагала медленно, каждый шаг гремел, будто удары сердца Миреи. Стигур выпрямился. Его оружие снова менялось: меч, арбалет, копьё… и, наконец, в руках появился огромный двуручный меч.

Она подошла к нему и обрушила молот.

Звук удара прокатился по храму и взмыл ввысь. Богиня нанесла второй, третий, четвёртый… Стигур упал на одно колено. Его доспех был смят, одна рука безвольно опущена. Последним ударом она выбила меч из руки гнома и, не продолжая, переместилась к креслу, вновь приняв свой спокойный лик.

Стигур дрожащими ногами поднялся, снял измятый шлем. Дышал он тяжело, грудь ходила ходуном. Глаза сверкнули яростью, и он потянулся за мечом.

Богиня хмыкнула. Над ней начали появляться сферы из стихий: огонь, лёд, ветер, земля, молния. Они кружили вокруг неё, словно послушные духи. Она подняла руку ладонью вверх. В центре ладони появился маленький шар, в который стали втягиваться стихии. Шар сиял всё ярче, пока не превратился в ослепительный свет. Всех придавило к полу страшной силой.

— Я покажу тебе часть моего могущества, гном! — выкрикнула Многоликая.

Свет стал невыносим. Она уже была готова обрушить шар на Стигура…

Но Оракул шагнул вперёд и встал между ними. Он едва держался на ногах.

— Моя госпожа… умоляю… не надо! Вы уничтожите всех! Ваши планы… не будут исполнены!

Богиня посмотрела на него — и он оцепенел. Она была прекрасна и ужасна одновременно: её ярко-жёлтые глаза сияли, как звёзды, волосы пылали кроваво-красным вихрем, и сама она излучала силу, которую не может вынести смертная плоть.

И в тот же миг всё исчезло. Силовой буре будто отрезали нить. Свет — погас. Стихии — исчезли. Лишь лежащий без сознания гном и остальные, поднимающиеся с пола, напоминали о том, что могло случиться.

Оракул поднял взгляд. Многоликая уже сидела в кресле, рассматривая ногти, словно ничего и не было.

Когда все поднялись, а Стигур сидел на полу, мотая головой, богиня сказала:

— Извините. Я немного заигралась, — мило улыбнулась она и пустила по залу волну исцеляющей магии. — Ты проиграл.

— Да… признаю твою победу… великая, — неохотно пробурчал гном.

Богиня грустно улыбнулась.

— Ты воистину сын своего отца. Он тоже тяжело переносил поражения. Но для твоего успокоения скажу: ты уже превзошёл его.