Мирея. Том I Надежда на будущее.

Глава 21 Болото

Грейс не понимал, как такое вообще могло случиться. Как опытный боец мог потерять голову, словно зелёный юнец? Но, видимо, возвращение истинного тела и сила, прибывающая с каждым днём, вскружили ему разум.

Теперь он сидел на камне, опустив голову, и краем глаза наблюдал, как Фло и Ингенс склонились над Элениэль. Ей досталось больше всех: почти каждая кость была переломана, а сознание так и не возвращалось. Маг и фея старались как могли, но, будучи почти полностью истощёнными, могли лишь поддерживать в ней жизнь.

Когда Грейс очнулся без доспехов и весь перевязанный, к нему тут же подскочил Стигур и залепил пощечину.

— Что ты наделал, придурок?! — рявкнул гном.

Его успели схватить и оттащить, но он продолжал кричать:

— Смотри! Смотри, что ты сделал!

Грейс повернул голову. На листьях лежала Элениэль — залитая кровью, страшно бледная. Рядом сидели качающийся Ингенс и едва живая Фло. Остальные были потрёпаны, но целы.

Скай подошла, взяла Грейса под локоть:

— Пойдём. Присядь вон там.

— Это… из-за меня? — хрипло спросил он, не сводя взгляда с Элениэль.

— Нет. Это из-за всех нас, — тихо ответила Скай.

Грейс сел и понял, что впервые за долгое время чувствует себя полностью бессильным. Да, он терял друзей и соратников, но сейчас всё иначе: из-за его безумного порыва могла погибнуть одна из них и сорваться вся миссия.

К нему присела Фло. Он заметил, что подошла она пешком, а не подлетела — знак полного магического истощения.

— Ты как? — спросила она.

— Не знаю… Паршиво, наверное, — выдавил он.

Он хотел добавить что-то ещё, но слова застряли.

Фло тихо сказала:

— Знаешь, почему ты мне понравился?

Он молчал.

— Сначала мной двигало просто любопытство. Но потом… с каждой встречей я всё сильнее чувствовала, что мы похожи. Словно две одинокие ноты, которые случайно совпали. Ты добрый, Грейс. Очень. Несмотря на суровость. И я знаю, что ты всегда делаешь всё ради других. Чтобы ни случилось — я рядом. Всегда.

Она положила свою маленькую ладонь на его руку, посмотрела большими фиолетовыми глазами:

— Не смей сдаваться. И не смей отчаиваться. Понял?

По щеке палладина, убивавшего драконов, медленно скатилась одинокая слезинка. Грейс отвернулся, быстро смахнул её. Фло улыбнулась. Попыталась встать, но он накрыл её руку второй ладонью.

— Спасибо… что ты рядом, — прошептал он и, поддавшись чувствам, поцеловал её в щёку.

— Дурак! — взвизгнула Фло. — Ты что творишь?!

Она вскочила и зашагала прочь, но улыбка сияла у неё до ушей.

Вечером решили остановиться и набраться сил. Завтра отправляться к эльфийскому поселению.

Элениэль всё ещё была без сознания, но Ингенс уверял, что сможет поддерживать её жизнь.

Стигур говорил с Грейсом неохотно, бросая злые взгляды. Палладин предпочитал молчать и держаться в тени.

Когда все поели и легли спать, бодрствовали только они вдвоём. Огонь потрескивал. Молчание длилось до рассвета, пока Грейс не вздохнул:

— Командир… я понимаю, что натворил. И хочу…

— Знаешь, кто я, Грейс? — перебил его гном.

Не дав ответить, продолжил:

— Я не только воин. Я легат второго гномьего легиона. Он был непобедим. Проиграл лишь однажды — и распался. Знаешь, почему мы побеждали?

Грейс молчал.

— Потому что каждый, каждый из нескольких тысяч бойцов доверял мне. И я им. Взаимное доверие и уважение. Я прошу немного. И когда это нарушают — я в ярости.

Гном посмотрел прямо в глаза палладину.

— Я…

— Я понимаю, что с тобой что-то происходит, — снова перебил Стигур. — Но сейчас не время копаться в душе. Сделаем вид, что ничего не было. Но знай: если ещё раз поставишь отряд под удар… я убью тебя сам.

— Я понял, — тихо сказал Грейс.

Гном кивнул. Достав из пространственного кармана доспех, щит и меч, сказал:

— Ты остался без оружия. Доспехи обычные. Щит тоже. А меч… — он на мгновение замолчал. — Этот меч выкован богом-кузнецом. Он мне очень дорог. Береги его.

Грейс осторожно взял оружие:

— Спасибо, Стигур. Я больше не подведу.

— Ладно, пошли спать. Завтра тяжёлая дорога.

До эльфийского поселения добрались без проблем. Но там тоже всё было неспокойно: очередная орда орков напала, и князь погиб, защищая своих. Теперь правителем стал Друлаван. Он принял отряд без вопросов и пообещал помощь.

Лучшие лекари занялись Элениэль. Остальным оставалось ждать.

Стигур был напряжён: Друлаван поделился, что тёмные всё чаще покидают запретные земли. Это совпадало с пророчеством богини — времени оставалось мало.

На четвёртый день Элениэль пришла в себя, вышла прогуляться. Она была слабой, шаталась, но улыбалась. Отряд облегчённо выдохнул.

Грейс подошёл и открыл рот, но Элениэль молча крепко его обняла.

— Всё хорошо. Я рада, что вы живы, — прошептала она.

— Ну всё! Хватит липнуть к моему Грейсу! — пискнула Фло.

Все рассмеялись, напряжение спало.

Через неделю Элениэль полностью восстановилась. Все были готовы двигаться дальше.

Друлаван выделил им эльфийский отряд до границы болота. Сам он не мог пойти: новый статус не позволял.

В дни ожидания, Ингенс вернулся к големам, провёл ритуал и заверил, что вскоре магическая энергия рассеется. Но ждать было невозможно — времени мало, а Стигур уже срывался от задержек.

Перед самым выходом из поселения их догнала одна из дриад — стройная, милая девчушка с зеленоватым оттенком кожи. Она стрельнув глазками в сторону Ингенса, протянула ладошки. В них было семечко неизвестного растения.