Мирный камень: наследница пяти стихий

40.

.

Мальта проснулась от домашних, но не привычных звуков. Сквозь стену общей на две комнаты ванной ей слышался плеск и приглушенный мужской голос. Дикий Кот мурлыкал какую-то знакомую песенку. Нежится в медной ванне перед дальней дорогой. Наверно, тоже не мог заснуть или рано проснулся, не дождавшись рассвета.

Мальта не спала почти всю ночь. Только под утро провалилась в сон, но и там крутился недавний разговор об огненном безумии, последующее испытание и снова совещание — что делать. Мирный камень может «отключить» помрачение сознания только на время, но исцелить совсем… увы. Безумие возвращается, стоит отнять камень от опоры. Просветление также наступает, если дать камень в руку «безумцу» или приложить ко лбу. Но эффект длится пока камень очень близко.

— Значит, это не внешнее, а внутри них. Может, они надышались дыма вулкана, может, вдохнули туман, напились воды из реки… Противоядие должно войти в их кровь, иначе не сработает, — сказал Тибор.

— А что же с ними будет? — испугалась Мальта. — Держать их взаперти «безумными», не выход. Ты говорил, их сотни по всем краям! Куда их всех? Ловить? Или пусть всё громят?

— Попробуем сделать, как деревенские бабки, — предложила Анн-Ругастина. — Польём мирный камень родниковой водой, дадим им выпить, вдруг поможет?

— Если поможет, ладно, — кивнул Тибо, — а если только временно?

— Проверю! Подержу их пару дней.

— А дальше? Мы не можем оставить тебе даже кусочек «мирника», чтобы возобновлять лечение.

— Но сделать сразу большой запас воды, мы можем! — воодушевилась трактирщица. — Снова позвать Бэнгу или сразу на людях проверим?

На удивление такая простая глупая идея сработала. Эффект был лучше, если «безумцы» видели, что вода светилась, стекая с мирного камня. Тогда они успокаивались сразу, и пили добровольно. Так выпили крестьянин и бойцовый пёс. Но первому горняку пришлось заливать лекарство силой, а разжать его зубы было нелегкой задачкой.

— Как думаешь, если собаке нужно меньше воды, эффект у него будет короче или дольше, за счет концентрации «умиротворения»? — спросила Анн-Ругастина Мальту.

— Мне кажется, пёс раньше проявит злость, если средство временное. Следи за ним!

— Да я и эту парочку далеко с глаз не отпущу, пока не уверюсь, что всё в порядке. Как жаль, что ты уходишь… — она обняла Мальту.

— Наш братец пока не согласился взять меня с собой, но я не отступлю! Всё-таки, я хранительница?

— Само собой, но ты же знаешь его план с капсулой свойств. Даже не знаю, возможно, он прав? Там слишком опасно…

— Ты слышала всё то же, что и я, — серьезно сказала Мальта. — Разве это под силу одному? Тем более, мы знаем, безумие не коснется того, у кого в руке или в кармане мирный камень. Значит, хотя бы я сохраню трезвую голову. Если с Тибо что-то случится, я помогу ему.