Мирный камень: наследница пяти стихий

65.

*****

Над головами беглецов уже гремели выстрелы, на стенах мелькали факелы, трубили тревогу. Следом за всадниками Лирстона вылетела верхом половина гарнизона. Солдаты лились из ворот нескончаемой вереницей. А трое «несерьезных» беглецов сжались в тени крепостной стены и не могли отойти от нее ни шагу, чтобы их не заметили.

Когда погоня и беглые бунтовщики умчались далеко, а стража наверху крепости успокоилась, Рогодол скользнул вдоль стены, увлекая спутников за собой. Улучил момент перебежать дорожку между крепостной стеной и обычным городским кварталом, и нырнул в подворотню. Здесь уж вор чувствовал себя как дома и уверенно пробирался темными закоулками к торговой пристани.

— Хотите нанять лодку? — Мальта снизошла до разговора с «предателями».

— Посмотрим, — откликнулся Тибо. — Не знаю насчет лодки, но выбираться лучше всего по реке. Так… — перед выходом на освещенную набережную он придирчиво оглядел сообщников. — Рогди, бери барышню под руку, вы смотритесь более прилично. Идите впереди, изображая непринужденную беседу. Мальта, затяни шнуровку и поправь пояс. Ты выглядишь именно как только что из «сундучка»!

— Сказала бы я тебе… — шикнула Мальта, лихорадочно поправляя платье и растрепанные волосы.

— Потом. Я за вами, прослежу, всё ли тихо, — Дикий Кот скрылся в подворотне, а парочка вышла на пристань. В этот час тут прогуливался весь Молбурен, кроме маленьких детей и тех, кто вынужден сидеть дома.

Рогодол обнимал красавицу за талию, другой рукой оживленно жестикулировал, что-то шептал ей на ушко. Мальте ничего не приходилось подыгрывать, только не вырываться. Вор направлялся к главной достопримечательности города — огромному волнорезу, торчащему почти до середины реки. Вот где всегда толпа, и где легко затеряться от глаз погони, если она появится. По ту сторону мола, ниже по течению, куда нерезаные волны уже не доставали, пристроилась лодочная пристань.

— Чем ты открыл решетки? Они принесли отмычки? — Мальта имела в виду команду спасения Лирстона. Ее очень занимал этот вопрос, и нужно было для вида говорить о чем-то, чтобы каменным лицом не привлекать внимания прогуливающихся горожан.

— Счас, дождешься от них! — хмыкнул Рогодол. — Самому пришлось позаботиться. Нас бы, возможно, не стали ждать, если б я не мог открыть наши камеры. Они не хотел шуметь и задерживаться лишнюю секунду, и они правы!

— Так где ты взял подходящую железку? У тебя на просветке ничего не было!

— Точно, красавица, ничего не было, — загадочно усмехнулся маэстро. — Но когда они это записали и выключили свои адские лучи, ничто не мешало мне взять что-то подходящее в караулке. Там обычно всегда что-то находится, изъятое у других и полезное для меня.

— И никто не заметил?

— Что бы вы себе ни думали, но я это умею. Даже твой дорогой бык не заметил! Впрочем, он догадался, что я так и сделаю. Сразу спросил. Так что я мог открыть замки в любой момент, но стража в коридоре — это уж забота быка. Он обещал передушить всех, если бы нам пришлось тебя спасать из допросной! Потому что шанс бежать, обычно, один. Глупо тратить его на… сентиментальные глупости, — Рогодол не подобрал другого слова. Мальта задышала, как оскорбленная драконша, раздувая память о равнодушии мужчин к ее страданиям.

— Спокойнее, красавица. Улыбнись мне! — предупредил вор. — Бык знал, что ты выкрутишься. Я удивлен, что ты не знала.

— О чем ты? — сквозь зубы процедила Мальта, пытаясь изобразить непринужденную улыбку. К счастью, прохожие не присматривались к парочке, иначе позвали бы стражей порядка, спасая Рогодола.

— О твоей силе убеждения, принцесса.

— Какая я тебе принцесса? — Мальта отвернулась, сбросив маску. Ей было очень грустно и одиноко.

— Правда не знаешь? — развеселился Рогодол. — Ладно, пусть он тебе расскажет. А то снова буду я во всём виноват. О, лёгок на помине!

Они будто случайно столкнулись с Тибо. Тот шел им навстречу. Они с вором изобразили старых знакомых, из которых подружка одного недолюбливает другого приятеля.

— Лодка ждет, — сообщил им Дикий Кот. — А вот баржа долго ждать не будет. Погрузка заканчивается.

— Где взял деньги? — буднично поинтересовался вор.

— В своем кармане. Среди дюжины кафе на набережной, всех этих «Рыбок», «Волнорезов», «Парусов», «Русалок», «Поплавков» и прочих «Золотых ладей», есть кабачок «Вольная пристань» — наш, братства. Там меня ждали деньги и еда, — Тибор показал кожаный мешок на плече. Теперь он вёл сообщников, но не прямо к лодочной пристани, а к грузовой барже, на корме которой болталась маленькая спасательная лодочка с навесом из брезента.

Трое беглецов нырнули под брезент.

— Мы что, будем прятаться на фруктовой барже до самого моря? — спросила Мальта, явно не считая этот план побега из Молбурена близким к гениальности. — А если нас найдут?

— Нет, мы сойдем еще до рассвета, — заверил Тибо. — С матросом я уговорился. Когда отойдем подальше от пристани, он поможет нам спустить лодку. Рогди, знаешь какое-то укрытие на том берегу, где можно переночевать?

— Не то чтобы я сам бывал здесь, но, если повезет, найдем убежище, — уклончиво ответил вор, не обещая ничего заранее.

На пристани ударили в колокол. Баржа просигналила отход и отвалила от берега. Вниз по течению она шла на гребных лопастях в брюхе, которые посменно качали матросы в ходовом отсеке.