Мирный камень: наследница пяти стихий

82.

*****

Лесные красавицы не заставили себя долго ждать. Они снова ворвались в комнату порывом ветра — ну, точно, впорхнули в окна! И принесли несколько платьев, по их словам, подходящих к случаю.

— Какому случаю? — уточнила Мальта.

— К представлению лесной принцессы, кому бы ни пришлось ее представить, от государя до народа, — засмеялись помощницы.

— Сначала полировка! — строго заметила лючинга, потрясая двумя прозрачными бутылочками. В обеих плескалось что-то блестящее, жидкий свет разного оттенка. — Есть линейка солнечных номеров и лунных. Но у тебя тон какой-то странный, лунно-солнечный. Придется делать два слоя, только бы не ошибиться. Закрой глаза! Я брызну на ресницы.

Мальта зажмурилась, но даже сквозь веки перед глазами сверкнуло.

— Эй, мы же не в полиции! — возмутилась она. Дочери леса хрустально рассмеялись.

Люча продолжала поливать бальзамом волосы и расчесывать гребнем, прядь за прядью. Сперва она взяла лунный тон, а сверху тонкий слой золотого солнца. Не видя результата в зеркало, Мальта всё равно чувствовала перемены. Вес рассыпавшихся по плечам и спине волос был привычен, но сейчас он растаял. Она даже проверяла рукой, остались ли волосы на месте? Вокруг плеч витала воздушная волна. Каждый волосок лежал свободно, больше не оттянутый собственным весом. Они не стали виться, о чем Мальта когда-то в детстве мечтала, но струились и переливались шелком. Не путались, не цеплялись за одежду, скользили свободно. И не взлетали от малейшего дуновения, как пёрышко, а пересыпались, как золотые песчинки.

Феечка в это время полировала ногти Мальты. Можно было выбрать розовый теплый тон или такой же лунно-солнечный. Посовещавшись, помощницы решили, что розовый это чересчур. Кожа у Мальты перестала быть пещерно-бледной, ожила, но всё же, ей больше подходит прохладный блеск. Даже чисто-жемчужный лучше, чем розовый. Девушки насыпали немного порошка на длинные подушечки из замши и нежно шлифовали ногти, придавая им мягкий блеск. Они провели полировку и на руках, и на ногах, предупредив, что Мальте лучше привыкать ходить по лесу босиком. Если она желает обуться — нет проблем, но для проверки туфельки всё равно потом придется снять. Пусть ногти будут в полном порядке, самой приятнее.

— Я лучше так буду, у вас тепло, — Мальта осталась босиком.

— Намного лучше, — серьезно кивнула альвия. — Так быстрее восстановится твоя связь с лесом.

Настал черед примерки платьев. Собственно, их было только три, и все условно белые, но теплого оттенка. Гладкие, мягко облегающие, без узоров и украшений. Бледно-палевое с золотинкой в складках шёлка, чуть посветлее, матовое — цвета слоновой кости, и кремово-молочное, отливающее то серебром, то солнцем. Последнее одобрили все, включая Мальту. Ей выбрали тонкий жемчужный пояс, завязывающийся в три обхвата, и концы еще свисали почти до колен. И скромную диадему, практически, — гребешок, усеянный мелким жемчугом, точно росой. Вплели в волосы несколько ниточек живых белых цветов и любовались на свою работу, считая образ завершенным.

Мальта рассеянно провела руками от талии по струящемуся до пола шелку, книзу плавно расширяющемуся.

— Здесь нет карманов. Как вы носите с собой то, что нужно? Я не вижу у вас никаких сумок и ничего на поясе, но вы откуда-то берете ножницы, зеркальца и прочее. Я так могу? Или это особое волшебство?

— Само собой, — засмеялись помощницы. — Тебе нужен волшебный карман. Он не на платье, он в пространстве. Кто угодно складывает туда вещи, но каждый достает только свои.

— А где он?

— Где угодно. Он открывается по надобности. Вот, возьми ножницы. Теперь постарайся спрятать их. Сожми в ладони и стряхни. Ещё раз… Один раз получится, всегда получаться будет. Да, вот! Видишь, пропали. А теперь достань их. Хорошенько представь, что тебе нужно, и ты должна почувствовать, что эта вещь уже у тебя в руке. Если сумела спрятать, достать сумеешь! Потренируйся. Ходи с места на место и проверяй умение. Скрыла — достала, это легко! А нам пора! Удачи тебе, принцесса!

— Спасибо вам. Можно вопрос?… Кажется, вы любую деревенскую пастушку можете превратить в фею… Все эти штучки, особая лесная красота… Считаете, я правда могу быть лесной принцессой? Или только вашими стараниями сойду за нее, если не присматриваться?

Три феечки рассмеялись, заверив Мальту, что повидали дочерей разных народов. И она не похожа ни на кого, кроме лесных принцесс.

— Ты ведь знаешь легенду? Что дитя двух народов — шутка генетики, они бывают совсем не похожи на родителей, зато похожи между собой, как сёстры. В древности, во времена Великих Принцесс так называли единственную мутацию: дочь чистокровной феи и принца эльфов. Или наоборот: эльфийки и принца фей. В этом случае почему-то детей не бывает совсем или рождается единственная дочь, всегда светловолосая и светлоглазая. Ее врожденные способности были особенными, превосходящими обычных фей и все эльфийские роды. Поэтому их считали высшими наследницами леса. Мало кто рисковал вступать в брак, зная об этом, то ли непонятном проклятье, то ли благословении. Разве что по большой любви…

Но, вырастая, истинная дочь леса ни в одном лесном народе не находила себе пару. Их прозвали вечными невестами и слагали песни о том, как они встречали свою судьбу за гранью леса, в разных приключениях.

Сейчас-то чистокровных почти никого не осталось, но теперь точно известно: дитя большой любви от любого внешнего и любого лесного народа получается такой же лесной принцессой. Она внешне непременно похожа на принцесс древности, и превосходит способностями родителей, точнее, не наследует их способности, но обретает какие-то свои. В нормальном смешанном браке наполовину дэйк, наполовину фея так и будет сыном или дочкой своих родителей. Особенные — рождаются довольно редко и непредсказуемо. Других братьев и сестёр у лесной принцессы не бывает, разве что родители заключат другой брак. Но это почти нереально, ведь главное условие — дитя большой трудной любви. Такие пары не расходятся!