Мирный камень: наследница пяти стихий

96.

*****

Мальте отвели хорошо охраняемые покои во дворце коннора. Но там она только ждала, когда будут готовы к выходу в свет ее спутники. Помощницы королевы Ярруны так потрудились, что Мальте не пришлось даже поправить волосы перед зеркалом. Она была готова хоть сейчас предстать перед государем леса. Но всё-таки одну деталь коннор добавил к ее лунно-солнечному наряду. Легкий плащ оттенка светлой бирюзы с бело-серебряным шитьем по краю — родовые цвета Меловой долины. Не считая золотого перстня с прозрачным озёрным камнем, который дал ей отец.

Новоявленная принцесса чинно сидели на диванчике, сложив руки на коленях, и нервничала. Для взгляда со стороны — послушно ждала, когда ее позовут. Наконец слуги открыли двери, объявив о приходе коннора.

Мальта встала навстречу деду. Отметила его парадный костюм и мантию, но венец по-прежнему резко блестел светлой сталью, не серебром. Другого у него не было.

— Готова, внученька? К гостям тебя должен вести я, а не Зорьмил. Сама понимаешь, если он появится под руку с такой красавицей, об обретенной дочери подумают в последнюю очередь. Зато я могу смело представить внучку. Вы сядете за столом по обе руки от меня. И не дрожи! Выше голову! Ты — истинная дочь леса, ничьё разрешение быть здесь или иметь наше гражданство тебе не нужно. Это не милость, это право!

Бергроин старательно подбадривал внучку по пути в зал, в первую очередь потому, что Мальта заранее расстроилась. Их другу, маэстро Рогодолу, никак нельзя быть рядом с семьей коннора. Он сядет на другом торце стола как почётный гость, но советоваться с ним и слушать его шуточки они пока не смогут. Коннору самому жаль, но это — этикет. Внимание званых гостей должно сосредоточиться на Мальте и не рассеиваться.

— Я должна знать, кого вы пригласили? — спросила она.

— Тех, кого больше всего подозреваю. Так что там будет родня Серпоросов. Мне нужны главари, но если это не военный совет, а обед, ты приглашаешь одного, а он непременно придет с ближайшим кругом — жена, наследники, если есть, пара советников… Царёк Дубовой Дюжины Эль-Фраллер нам нужен позарез, поговорить о шантаже: кто там рассылает письма с его печатью и без подписи? Он туп, как пробка, но даже он догадается спросить сынка — что за фокусы? Красноклёны оказали нам такую услугу, им придется столкнуться с недовольством семьи… А вдруг да Серпы Росы полезут целоваться на радостях, снова восстановив подход к Меловому? Твой дружок дело говорит, кажется, им нужен доступ к вулканическим печкам и мастерам мело-метаморфоз. Раньше я думал всегда, им нужен мрамор, но теперь думаю, запросы покрупнее! Волшебные горные породы им подавай, а не простые превращения.

— Дедушка, для чего им мирный камень, как думаешь? На продажу?

— О, нет, совершенно точно — для себя. Он может врасти в почву, понимаешь?

— Да, крепкая связь у камня только с камнем.

— Вот-вот. Значит, на некоторых территориях Большого леса навек наступит мир. Для нас это дороже всего золота, титулов и прочих богатств. А если камень будет очень велик, или их будет несколько — глядишь, хватит и на весь лес. И эта власть удержать мир будет в руках одной семьи… Все остальные станут их вечными данниками. Это большая перспектива, внученька. Большое искушение. Ради этого можно пойти на всё…

— Но камень нужен в другом месте! Очень нужен! — воскликнула Мальта. — Целый край может взорваться и сгореть, а люди…

— Тише, тише. Если ты говоришь об Огнедышащих горах, то ходят у нас смутные слухи, что тореллинги нынче в большой беде. Что тот огонь, над которым они властвовали веками, вырвется и обратится против них. Люди возненавидят их и изведут под корень. И многие в лесу радуются этому.

— Почему?

Старик коннор усмехнулся, вспомнив, как мало знает его внучка о жизни леса.

— Лес, дерево, огонь, пожар… улавливаешь связь? Они для нас опасны. И полного доверия при всех союзах и уговорах никогда не будет.

— Но там в горах живут другие люди, самые разные, не только тореллинги, — растерялась Мальта.

— Лесу превыше всего в мире интересы леса! Где уж нам думать о здоровье чужаков, тем более, в далеких горах, — саркастично ответил Бергроин. Внучка сообразила, что в их роду есть горная кровь. Значит, она тоже немножко монт, как и Тибо! — Пускай горят хоть все миры, зато у нас наступит мир да благоденствие.

— Вы правда так думаете, дедушка?

— Это всего лишь версия заговора «мирников», — ответил коннор. — А сам я думаю, что не доверил бы им все нити управления большой политикой. Иначе, правда, до огня недалеко. Но золотое зерно в этом замысле есть. Если бы правда удалось разгадать и воплотить свойства мирного камня в искусственном метаморфе… Забудь сейчас об этом. Прогони тяжкие думы. Сияй, дитя, мы входим в зал!