Мирный камень: наследница пяти стихий

117.

*****

— Явился? — пьяный Фрин поднял на вора мутные глаза. — Нам пришлось тебя долго ждать!

Рогодол молча выложил на стол перстень наследника. Принц Фрин сразу схватил его, надел на палец, потёр гранатовый дубовый листик о камзол на груди.

— Наконец-то! Твоя подружка-ведьма только пообещала вернуть, а не отдала, — пожаловался он, заплетающимся языком.

— Может быть, потому, что кто-то лежал в отключке? — хмуро спросил вор. — Да, мне рассказывали. Интересно узнать, чем вы убили действие мирной водицы?

— Дубовым соком, — похвастался Фрин. — Дело даже не в крепости, а в количестве! Я и хочу…

— Помолчите, ваше высочество, — резко вмешался советник Аграстий. Рогодол впервые видел второго заказчика с открытым лицом. У него действительно были тонкие темные усики и темные, зачесанные от лба волосы. — К делу. Мы вынуждены были вызвать вас, маэстро, ведь только вы можете перейти охраняемую границу Мелового, для нас это ловушка.

— Да, там сигнализация, — кивнул Рогодол.

— Вот видите, а вы почетный гость, вам это проще. Так что не обижайтесь, что вызвали вас к ночи, но дело срочное. Вы были в Лунном Овраге и видели обряд?

— Нет.

— А я видел. Даже мог бы заменить его высочество в роли кандидата в хранители. Но меня не пригласили. Пасебор, как называют учёные мужи наш объект, мирный камень, сейчас в руках Серпов Росы. Но что-то мне подсказывает, он может задержаться там недолго. Я прав?

Рогодол промолчал.

— Я вовсе не о том, что вы могли бы его выкрасть, — пояснил Аграстий. — Я опасаюсь непредвиденных физических особенностей камня, ведь в нем столько чудесных, пока неразгаданных свойств…

— Причем здесь я? — хрипло спросил Рогодол.

— Возьмите. Если я вдруг случайно прав, вам это пригодится, — Советник подал ему маленький черный мешочек на шнурке, чтобы удобно носить на шее.

— Что это? — насторожился вор, не касаясь «подарочка».

— Страховка, — непроницаемо сказал Аграстий. — Взгляните, маэстро. Вам это неопасно, если не задеть остриё.

Рогодол неохотно принял мешочек, вытащил из него крошечный костяной футляр, который открывался, как шкатулка. Внутри, на бархате, как драгоценность, «спал» длинный твёрдый шип акации. Судя по предостережению, отравленный. Вор перевел вопросительный взгляд на заказчиков.

— Паучье жало, — с некоторой гордостью пояснил Аграстий. — Особый яд, похожий на очарованный сон. Когда жизнь долго-долго теплится на грани. От него нет спасения, но жало действует так тихо, что жертва будто просто засыпает. Если вдруг случится что-то непредвиденное, обряд не подействует, и мирный камень рано или поздно снова объявится в вашей тёплой компании… Вы знаете, что делать.

— Нет, не знаю, — довольно резко ответил Рогодол. — Мне непонятен ваш заказ. Он, кажется, не связан с воровством.

— Это именно кража, — вкрадчиво возразил Аграстий, пока принц Фрин кусал губы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь грубость и вообще не взорваться. — Если у нас похитят камень, мы очень просим вас его вернуть. Тайно и незаметно. Когда хранительница уснёт, мирный камень наконец ответит на зов и сам явится к нам. Здесь его тоже ждет отличная крепкая связь. А вам придется проследить, и если так случится, потихоньку уколоть жалом обманщицу. Неважно, чья она родня, никто не заметит. Главное, сделать это до создания мирником прочной каменной связи в горах. В любой момент, на ваше усмотрение, маэстро. Лишь бы не поздно!

— Я не убийца, — Рогодол не сделал ни одного движения, чтобы взять или отстраниться от ядовитого шипа. Аграстий осторожно сам спрятал жало обратно в мешочек.

— Она и не умрёт. Не сразу… Для вас это тоже самое, что отключить секретную сигнализацию от камня. Ради спасения собственной жизни, я думаю, вы будете благоразумны, маэстро. Иначе, стоит нам куда-то воткнуть булавку и чуть сильнее повернуть ее, волосок лопнет и… сами знаете, чем это вам грозит.

— Полагаю, я буду свободен? — не дрогнул Рогодол.

— Да, но не только от нас, вообще от жизни.

— Дэйка так просто не убить, — буркнул Фрин, не в силах молчать дольше. Аграстий удивленно оглянулся.

— Ваше высочество совершенно правы! Спасибо, что напомнили. Нужна враждебная стихия, иначе не сработает! Что ж, нет ничего легче, сунуть булавку в огонь, и волосок сгорит. Огня вокруг вас в Огнедышащих горах будет достаточно, это сочтут несчастным случаем. Ну как? Не передумали, маэстро? Возьмётесь помочь нам до конца? Считаете, этот заказ стоит отдельной платы? Нет, всего лишь надбавки, потому что заказ всё тот же!

Вор молча стоял, словно окаменел. Его погасшие глаза смотрели прямо перед собой, ничего не видя. Принц Фраллерин без спросу накинул ему на шею черный шнурок и бросил мешочек с шипом за ворот рубашки.

— Он будет умницей! — Фрин фамильярно похлопал заложника по щеке, стараясь привести в чувство. — Всё сделает, никому ничего не скажет! Он ведь не хочет сгореть, нет? Рассказать всё равно не сможешь, даже не пытайся! Считаешь, это неоправданно жестоко? Зря-а-а-а… Теперь поймешь, что мы чувствуем, когда лес горит!

— Она лесная принцесса, — заморожено, едва шевеля губами, напомнил Рогодол. — Вы будете прокляты.