Мирный камень: наследница пяти стихий

133.

.

Большая лодка на полсотни мест с очень высокими бортами и кормой медленно плыла по течению. Солнце ещё не взошло, было холодно, над рекой стелился туман.

По ночным наблюдениям день обещал быть ясным — после полуночи тучи разошлись, сквозь щели в крыше амбара заглядывали звёзды. К отплытию лодки путешественники не опоздали, выспались на сеновале отлично. На ночлег двух бродяг пустили легко. Даже дали им свежего хлеба, сыра и молока на ужин. Но хозяин дома на выгоне поставил условие: закрыть дверь амбара снаружи.

— Если ночью вы взбеситесь и захотите убить нас, мы хотя бы услышим, как вы ломитесь из амбара. Может, успеем спастись.

— А если взбеситесь вы и подожжете амбар? — спросил Игрис. — Нам куда бежать?

— «Пустоглазые» никого не жгут без драки, даже тореллинги, — хмуро ответил хозяин. — Они сперва порубят стены, если услышат вас внутри, а тогда уж…

— Вот спасибо, нам уже намного спокойнее, — засмеялся странствующий артист. — Доброй ночи! — В благодарность за ужин он спел хозяевам вечернюю песню, чтобы дети скорее уснули.

Когда хозяин ушел, Рогодол впустил в амбар Мальту и легко выполнил условие, снова закрыв дверь снаружи, а потом пробравшись на ночлег через крышу.

Мальта не скрывала от своих спутников странной встречи в грузовых лабиринтах. Прежде чем заснуть, мужчины от души высказались о лесных методах и уловках ищеек, а каждому из них было что об этом сказать.

Перед сном спутники спросили Тибо, куда они должны отплыть завтра?

— Всё туда же, куда мы шли, — от души потягиваясь и зевая, ответил Дикий Кот. — Мы уже в Огнедышащих горах, это верно, но поздравить нас с благополучным прибытием на место пока невозможно. Мы не в долине Стражей Границы, а в соседней. Потому горы с того берега реки выглядят выше, чем здешние.

— Хочешь сказать, нам осталось переплыть реку и перейти через горы? — без воодушевления, с опаской спросил Рогодол.

— Если смотреть по карте — да, но в жизни не совсем так. Перевалить через цепь Стражей поверху невозможно, там как раз и ярятся неспящие кратеры, то плюнут огнем, то лавой, то дымным пеплом. Но чтобы подобраться ближе к перевалам, ведущим на Юго-Восток, есть другой путь. Под горами! Речной туннель ведет в соседнюю долину.

— И грузовая лодка уходит на рассвете, — кивнул Игрис. — Всего одна? А как же торговые караваны?

— Им не пройти против течения, внутри под горами есть очень узкое бурное место, так мне сказали, с немалым перепадом высот. Караваны предпочитают другой путь, где-то поверху, над самой дорогой. Сейчас он перекрыт.

— А как вернется лодка? — полюбопытствовала Мальта.

— Откуда знаешь, что она вернется? — с ухмылкой пошутил Рогодол. — Может, ежедневно отходит новая лодка, а их обломки в той долине прибивает к берегу?

— Порожняком лодка проходит тем же вечером, ее вытаскивают на блоках, в пещере натянуты специальные цепи, — не заметил насмешки Тибо. — Но риск и правда есть. Проходят далеко не все. Ущелье называют Вратами Тумана и на рассвете вход полностью скрыт от глаз. Только опытные лоцманы и кормчие его найдут. Раньше туман и час без солнца были залогом, что какие-то твари под горами в пещерах спят и можно пройти. Но сейчас плавание в тумане опасно из-за вспышек ярости. Возможно, пустые лодки проходят в долину, их вылавливают на нижней пристани. Но люди…

— Неужели нельзя придумать способ получше, чем лезть в туман, когда он опаснее всего? — спросила Мальта. — Хорошо, у нас есть мирная вода, но остальные?

— Вот завтра утром спросишь кормчего, что они думают об этом, — зевнул Тибо. — А сейчас лучше спи, сестрёнка, нам вставать до рассвета.

Кто зарылся в душистое сено, кто завернулся в одеяло, путники быстро согрелись и заснули. Ночь промелькнула незаметно. Встать до рассвета мог помочь хозяин, они договорились, чтобы он вовремя открыл амбар и разбудил бродяг. Но Рогодол проснулся раньше. Способность вора сбежать до того, как их обнаружили, не дала сбоя. Он снова выскользнул сквозь крышу и открыл засов. Так что ночные постояльцы ушли, не прощаясь. Точнее испарились без следа, ведь амбар снова был закрыт.

На рассвете Игрис получил эстафету с пташкой, и отправил в «Горный приют» сообщение, что Якорина Сольд жива, но стала заложницей леса. Он назвал своё имя и Глаурра как тех, кто больше знает о ней.