Миры и Судьбы - 3

Глава третья

До чего сложно и обидно заниматься организационными вопросами, решением бытовых и снабженческих проблем, когда все, чего ты в жизни хотел - это Служить Психиатрии. Даже не психиатрии в чистом, медицинском, понимании, а Психологии, Психоанализу.

Лавры Зигмунда Фрейда и Карла Юнга не давали покоя Сергею Владимировичу, главврачу психиатрической лечебницы, в которой находилась Регина. Но времена были сложные, и для того, чтобы сделать себе имя в науке, нужно было крепко стоять на ногах. Очень крепко.

К сорока годам необходимое положение в обществе вообще и в медицинских кругах в частности, было достигнуто. Не без помощи тестя, конечно, но и благодаря своим талантам и способностям тоже.

Свою жену Сергей Владимирович на дух не переносил.

Женился он на последнем курсе института только потому, что папа "избранницы" уже тогда работал в министерстве и помог молодому врачу устроиться в Столице, а не загреметь лечить доярок и скотников в сельскую больницу.

Если в первые годы брака молодая жена еще как-то пыталась вызвать если не любовь, то хотя бы доброжелательность в своем муже, то через десяток лет супруги просто ненавидели друг-друга.

Что, впрочем, не помешало им родить двоих прекрасных сыновей.

Совсем недавно Сергею Владимировичу предложили занять должность главврача психиатрической клиники в Городе у Моря, и он, ни минуты не раздумывая, дал согласие.

Жена не хотела менять столицу на "провинциальный" город, но кто у нее спрашивал?

Приехавшему главврачу, с протекцией от самых верхов, весь персонал клиники испуганно заглядывал в рот, не зная чего ждать от этой "новой метлы".

Обстановка была нервозной и напряженной на протяжении всего последнего года. Каждые два-три месяца Сергей Владимирович уезжал в Столицу, повидаться с сыновьями, решить вопросы в министерстве, выбить новые квоты на поставку медикаментов... да мало ли дел и проблем решалось только в кулуарах, при личном посещении власть придержащих.

Сергей Владимирович сыновей любил и не оставлял попыток уговорить супругу перебраться в Город у Моря, но упрямая баба ничего слушать не хотела, сидела сиднем в огромной квартире на Хрещатике и вспоминала о муже только когда получала денежные переводы на содержание детей.
После недельного визита в Столицу, обсудив интересующие его вопросы, порешав накопившиеся к этому моменту проблемы, нагруженный новыми книгами и журналами, он, наконец-то, закрыл за собой дверь кабинета, и устало опустился в кресло.

Сегодня был приемный день.

День, когда к нему могли обратиться и родственники больных и медперсонал, когда решались вопросы не медицинского характера, а скорее бытовые, один из тех дней, которые не вызывали ничего, кроме злости и раздражения, сожаления о том, что бесценное быстротекущее время потрачено не на то и не на тех.

Сергей Владимирович помнил, как накануне отъезда вызвал "на ковер" эту "странную" санитарку, которая когда-то работала здесь же врачом, а потом, после какой-то непонятной истории с замужеством дочери и смерти прошлого главврача, которому приписывали любовную связь с женщиной, "скатилась" до незавидной участи поломойки.

Какая-то дикая и непонятная история. Но, по большому счету, ему-то какое дело до всей этой "мышиной возни"? Жалоб на санитарку нет ни от врачей, ни от медсестер, а вот функции лечащего врача она, по мнению главврача, на себя взяла напрасно.

Сергей Владимирович просмотрел перечень сотрудников записанных на прием, хмыкнул, увидев внизу имя Александры Степановны: " Ну что ж, значит сегодня и поговорим. Хотя и не мое это дело, но сам нарвался тогда, неделю назад, у приемного покоя".

Александра специально записалась на прием последней.

Во-первых, для того, чтобы успеть сделать всю работу в отделении, запланированную на сегодняшний день, а во-вторых, чтобы иметь возможность поговорить с "главным" никуда не торопясь, не думая о том, что в приемной ждут следующие посетители (или просители... по-всякому бывает).

- Добрый день, Сергей Владимирович, - Александра тихо прикрыла за собой дверь и замерла на пороге кабинета.

- Здравствуйте-здравствуйте, уважаемая...- Главврач запнулся, поняв, что забыл имя посетительницы, - Проходите, присаживайтесь, что у Вас?

Александра улыбнулась, правильно истолковав заминку главврача, решив в разговоре вскользь упомянуть свое имя, не указывая собеседнику на забывчивость.

Сергей Владимирович смотрел в список посетителей, но там после фамилии шли только инициалы.
"Черт, да как же зовут эту санитарку? И спросить прямо неудобно. Но с другой стороны он и не обязан знать по именам весь младший медперсонал. Или обязан "?

Александра, словно поняв и прочувствовав терзания главврача, снова улыбнулась:

- Меня зовут Александра Степановна. Это не страшно, что Вы имя забыли, - и, словно прочитав мысли собеседника, добавила, - Да и не обязан главврач знать по именам весь младший медперсонал.

Сергей Владимирович вздохнул с облегчением, уже более доброжелательно посмотрел на посетительницу:

- Я Вас слушаю, Александра Степановна. Что там за история, непонятная, с той девушкой? Почему, вопреки всем инструкциям, она оказалась одна в неположенном месте и занималась не своей работой?

Александра, тщательно продумывая каждое слово, ни в коей мере не ставя под сомнение ни сам факт того, что абсолютно здоровая Регина оказалась в психушке, ни «убойный" метод лечения, ни профессионализм Мегеры, рассказала главврачу историю болезни девушки и тот факт, что, будучи выписанной из клиники, та окажется на улице. В том, что это будет именно так, Александра уже не сомневалась.

- Ну и что Вы от меня хотите? Я должен держать ее в больнице вечно? Или может мне нужно удочерить ее? - Сергей Владимирович усмехнулся, довольный удачной, по его мнению, шуткой.

- Ну зачем же так кардинально? - решила подыграть ему Александра, - В больнице постоянно не хватает санитарок, а Регина работы не боится, да и дети к ней тянутся, что немаловажно. В детском отделении как раз освободилось место. Санитарки стонут и жалуются, что тяжело работать при нехватке персонала, вот Вы бы и могли оформить ее на эту должность. С испытательным сроком, конечно. Посмотреть, как у нее пойдут дела, а потом уже принять окончательное решение.