Миры и Судьбы - 3

Глава пятая

Монотонные дни, заполненные рутиной, похожие один на другой, сменяли друг-друга. Регине было комфортно в этом медленном бессобытийном мире.

Страсти и житейские бури вскипали и остывали где-то там, в чужих жизнях, и не имели к девушке никакого отношения. Она все так же не торопилась покидать периметр клиники.

Когда пришло жаркое южное лето, Регина, окружив себя маленькими пациентами, сидела под вековыми липами, разостлав байковое одеяло в изумрудной траве.

Иногда на краешек присаживался Ангел. Долго слушал, как Регина разговаривает с детьми, как читает им стихи и сказки. Тонкий жемчужный кокон полностью закрывал девушку. Он пропускал лучи доброты и сострадания, которыми щедро делилась Регина со своими подопечными, но был непроницаем для отрицательных эмоций.

Больные дети, капризные, с искалеченной психикой, не умеющие себя контролировать, могли быть жестокими и неадекватными, но каждый выплеск недоброжелательности или злобы стекал тонкой грязной струйкой по кокону и уходил в землю, не причиняя Регине никакого вреда.

Однажды, увидев Ангела, девушка поинтересовалась:

- А где Чернокрылый? Давно с ним не виделась.

- Демону нет места рядом с чистыми душами, - Ангел нахмурился, гордо вскинул подбородок (уж его-то душа была чиста! Ему дозволено приближаться в маленьким детям так близко, как ему этого хочется).

- Вот как? - Регина горько усмехнулась, - Значит, моя душа не так уж и чиста...

Ангел опустил взгляд, поняв, что сказал что-то не то и, не зная, как исправить ситуацию:

- Ты обиделась? Но я вовсе не это имел в виду...

- Нет, я не сержусь. Просто передай Чернокрылому, что я скучаю. А кто это его Демоном назвал?

Ангел прикусил язык, чтобы не сболтнуть лишнего:

- Да так... его по-разному зовут ...

Легкий теплый ветерок дал знать о том, что Ангел улетел.

***

Регина продолжала жить вместе с Александрой Степановной.

Однажды девушка попыталась спросить, не мешает ли она, не доставляет ли каких-то неудобств, но наткнулась на такой обиженный и недоумевающий взгляд, что сразу поняла: не нужно поднимать эту тему, если не хочешь причинить боль этой доброй и внимательной женщине.

Александра так и не решилась рассказать Регине об их родстве. Все ждала подходящего момента, а он, момент, все не наступал.

Вечерами, сидя на крыльце домика, окутанные волшебным ароматом маттиолы, женщины тихо разговаривали, приподнимая по чуть-чуть покрывало тайны над своими жизнями.

Александра очень хотела узнать, что же произошло в жизни девушки, но Регина рассказывала только то, что считала нужным и только тогда, когда ей самой этого хотелось. Любая попытка расспросить поподробнее заканчивалась тем, что девушка отвечала:

- Это не важно, - и умолкала вовсе.

В начале июля, в один из вечеров наполненных покоем и негой, Регина, словно отважившись, взяла за руку Александру и, глядя ей в глаза, сказала:

- Мне нужно уехать, - добавила, заметив испуг во взгляде женщины, - Ненадолго.

- Куда уехать, Региночка ? Зачем?

- В Ленинград. Я в институте хочу восстановиться. Но мне отпуск нужен хотя бы на несколько дней и характеристика.

Александра вздохнула с облегчением.

Она понимала, что еще не время выпускать девушку из-под крыла в широкий мир, да и сомневалась, придет ли это время вообще:

- Ну так иди к главному, он даст разрешение на отпуск и характеристику подпишет.

- Я его боюсь, - Регина уставилась себе под ноги, - Он приходит иногда к палате, или на прогулке подходит незаметно, стоит и смотрит на меня. Что он хочет?

- Да ничего он не хочет, глупышка, - Александра улыбнулась, - Просто ты новенькая, вот он к тебе и присматривается.

Регина задумалась ненадолго: "Может и так, может Степановна и права. Но идти одной на прием все же страшновато".

- А Вы со мной пойдете?

- Регина, ну что за детский сад? Не съест тебя главный. Он хороший дядька, - Александра усмехнулась, вспомнив, что "дядька" младше ее.

На следующий день Регина записалась на прием к главврачу на ближайший "общий" день.

***

Регина сидела в приемной и ожидала своей очереди.

Из кабинета главврача слышался громкий разговор.

Какая-то женщина, срываясь на крик, что-то объясняла и доказывала.

В ответ раздавался спокойный, едва слышный голос главврача.

Спор продолжался уже какое-то время.

Регина не вслушивалась. Ей было не интересно и не любопытно, кто там и о чем беседует, она сидела в углу приемной, опустив голову и уставившись себе в коленки.

Дверь кабинета хлопнула. В приемную выскочила раскрасневшаяся женщина, все еще продолжавшая что-то недовольно говорить, обещавшая "на всех найти управу".

Женщина фурией пронеслась по приемной, не обратив внимания на сидящую в углу девушку. А вот Регина ее и увидела и узнала.

Что привело Нору в психиатрическую лечебницу? Зачем она здесь? Спрашивать и знать Регина об этом не хотела.

Следом за посетительницей вышел растерянный и обескураженный главврач:

- Ну и баба, и где только таких хабалок выращивают, - (секретарше), - проходите в кабинет, я буду через пару минут, - (Регине).

Регина вошла в кабинет. Не зная, где присесть, увидела в углу небольшой столик, заваленный журналами, и два кресла.
"Вот здесь и подожду" - открыла журнал, чтобы скоротать время.

Толстая глянцевая бумага была приятна на ощупь, и хотя журнал был явно медицинский, да еще и на английском, Регине доставлял удовольствие сам процесс переворачивания страниц.

Мало-помалу она начала вчитываться в написанное, понимая смысл едва не через слово.

Снова хлопнула дверь кабинета. Вошедший главврач смотрел на Регину:

- Повезло мне с санитарками! Одна с медицинским образованием, врач в недалеком прошлом, другая журналы профильные да еще и по-английски читает, начинаю себя как-то неловко чувствовать, - главврач улыбался, давая понять, что все сказанное всего-лишь шутка.