Миры Отверженных. Метаморфоза.

Четвёртая.

Глава 13. Источник.

Яблоневый сад.

Оливковый сидел на ветке яблони и аккуратно разминал в руках нечто пластичное. Рядом с ним на ту же ветку, плюхнулся Изумрудный, неожиданно возникший в воздухе. – Ну чего, не ждал? Гость рассмеялся. – Вижу, что не ждал, вон как встрепенулся. Ну, чего делаешь, чем сейчас занят?

- Осторожно, - выкрикнул Оливковый, под силой удара подпрыгнувший на ветке, и едва изловчился поймать нечто, выскользнувшее из рук. – Ты совсем спятил? Я уже третий день над этим работаю, а ты чуть не испортил мне всё!

Изумрудный замахал крыльями, - Ой, прости-прости, не хотел. Ну, чего у тебя там такое, что ты так над этим трясёшься?

- Вот в том то и дело, что оно очень хрупкое. Пробую сделать прототип одной бабочки, а от этой тряски чуть крылышко ей не сломал.

Изумрудный вытаращил глаза – Чего, бабочки? А это ещё зачем? Ты что, спятил? Их уже столько разновидностей наделали. Какой смысл плодить ещё один вид?

- А вот такого вида ещё не было. - Оливковый с любовью погладил тончайшие крылья глиняной бабочки.

- А ну, дай посмотреть. - Изумрудный протянул руку, чтобы взять, но Оливковый отдёрнул руку в сторону.

Изумрудный обиженно протянул. - Да не бойся ты, как будто я не то же самое делаю?

- Ага, делает он. Сравнил тоже. Ты же с такими малютками вообще не возишься, тебе подавай только крупные формы, а мне наоборот, именно такие крохи и нравятся.

- Да ладно, не трусь ты. Давай-давай показывай, чего ты там напридумывал. - Изумрудный взял из рук Оливкового бабочку и внимательно начал её рассматривать. – Ну вот любишь же ты возиться со всякой мелочью. Как только тебе это нравится? То ли дело огромное плотоядное животное. Вот где мощь, сила, великолепие мускулов.

- Ну, знаешь, каждому своё. - Оливковый развёл руками.

- Это понятно, - хмыкнул Изумрудный. – Ну что сказать, вроде бы хорошо, неплохо так смотрится. А чего такого нового в ней, я чего-то не вижу.

- Это потому, что ты не привык работать с малыми формами. Не умеешь ты вглядываться в мелкие нюансы. Давай обратно.

Оливковый вернул себе бабочку. – Вон, взгляни внимательней, под самое её брюшко. Видишь, там небольшое утолщение, вроде сумки, как у кенгуру?

- Ну, вижу. И что, у тебя бабочки будут вынашивать своих детей там? И это твоё нововведение?

Изумрудный захохотал, схватившись за живот, и упал с ветки, но вовремя расправил крылья, замахал ими и снова уселся на ветку.

- Вот сразу видно, что полёт фантазии это не твоё. Тебе только ёрничать. - Оливковый ещё раз с любовью провёл рукой по крыльям бабочки. - Нет, это будет следующее перерождение бабочки. Сначала она будет как обычная гусеница, а потом она станет бабочкой, а потом она будет красивой рыбкой. Но я пока ещё не решил какой, возможно будет каким-то красивым морским коньком, у которого тоже есть крылья за спиной, правда, совсем маленькие.

Изумрудный с изумлением уставился на друга. – Вот это ты заморочился! И кто тебе утвердит этот прототип? В чём практический смысл такой твари?

- В чём смысл, в чём смысл? А красота живого мира не есть смысл? И ещё, это будет первое существо, которое может два раза перерождаться и покорять три стихии. Вначале это ползающая гусеница, потом это летающая бабочка, а потом это рыба, плавающая в морских водах. Никто из наших зелёных собратьев до сих пор до этого не додумался.

- Ну, не знаю, не знаю, - сомнительно покачал головой Изумрудный. - Во-первых, тебе это ещё надо согласовать с синими, как они вообще посмотрят на это. Вода ведь это их епархия. Нет, это даже во-вторых. Тебе придётся вначале убедить наших салатовых, что это хорошая идея, что уже само по себе пустая затея. И только потом они попросят согласие синих.

И в-третьих, самое сложное, почти невозможное, как на всё это посмотрит сословие херувимов-конструкторов, которые вдохнут жизнь в твой прототип. Говорят, последнее время они просто тормозят все начинания братства зелёных, мол, и так уже перенасыщение всеми видами. Что, мол, некоторые виды в реальности оказываются весьма нежизнеспособными и неприспособленными. Так что сейчас дать старт жизни какому-нибудь опытному образцу почти невозможно. Вот ты видел, кстати, жирафа?

Оливковый кивнул. – Конечно, а чего ты спрашиваешь?

- Значит, плохо видел, - продолжил Изумрудный. – А ты замечал, как они раскорячиваются, чтобы напиться? На это же без слёз смотреть невозможно. Так вот, я придумал пару вариантов с его передними ногами, чтобы им удобней было пить. Ну и что, ты думаешь, вышло в итоге? А вышло вот что. Попробовал я было эти варианты подсунуть салатовым, так мне сразу сказали, что мол, даже и не суйся. Типа, это изначально был проект одного из наших больших старейшин, и что это был его первый проект ещё на заре его молодости, пусть, в итоге, и не самый удачный. Нет, они сами всё понимают, даже сочувствуют. Но помогать в этом мне никак не будут. И что не стоит мне, ангелу Начала шестого уровня, беспокоить весьма уважаемого ангела Начала двенадцатого уровня. Так что ты зря это всё затеял, выбрось из головы, пустое это. Убери у неё утолщение, и просто раскрась ее какими-то необычными сочетаниями красок. Вот такое нововведение тебе точно утвердят, хотя смысла в ещё одной бабочке я точно не вижу. Ты не обижайся, а лучше послушай совета своего друга. - Изумрудный похлопал Оливкового по плечу.