Мисс Агата служанка по особым делам.

Глава 5.

ГЛАВА 5

КОМПАНИЯ ДЛЯ ЧАЯ И ТЕНЬ ОТ ПИСЬМА

Джонатан приехал к обеду, как и было обещано. Не на лошади — на кабриолете, что уже навевало подозрения: молодой человек, предпочитающий комфорт провинциальному шику, был редкостью. На нём был синий жилет, не по сезону тонкий, а в руках — коробка с лентами. Не цветами, не сладостями — лентами. Я оценила. Без слов.

— Мисс Агата, — сказал он, с улыбкой, достойной рекламы зубного порошка. — Слыхал, вы любите кружево и иронию. С первым пока не разобрался, но второе — в процессе.

— Если вы соблазняете меня упаковочной бумагой, у вас странные стратегии.

— А вдруг сработают?

Мэри кашлянула из-за плеча:

— Будете пить чай в саду. И следите, чтобы не раскидывали взгляды по клумбам. Там капуста.

Мы уселись на старой скамье. Джордж принёс поднос: фарфоровый чайник, две чашки, печенье с анисом. Я кивнула Джорджу. Он подмигнул. По-своему, незаметно.

— Вы правда были… преподавателем? — спросил Джонатан, задумчиво перемешивая сахар.

— В другой жизни. До автобуса. До чепца. До вот этого варенья.

— Вас не пугает перемена?

— Уже нет. В этом мире, знаете ли, люди больше боятся правды, чем путешествий во времени.

Он задумался. Потом тихо сказал:

— Я приехал не только пить чай.

— Я надеялась. Тут чай с шиповником.

— Мне пришло письмо. От кузины. Она работает компаньонкой у одной пожилой дамы в Хартфордшире. Там случилось… что-то странное.

Он достал конверт. Сложенный аккуратно, но со следами влажных пальцев. Почерк женский, нервный. Местами чернила расплылись. Я взяла листок.

> «Джонатан, если ты можешь, пришли кого-то. Я не могу больше. Леди М. разговаривает сама с собой, говорит, что ей пишут духи. Но самое страшное — исчез дневник её покойного мужа. А ещё — странности в кухне. Кто-то подмешивает вещи в травы. Я знаю, звучит глупо, но мне страшно...»

Я отложила бумагу.

— Странности бытовые. Но если человек боится — значит, есть причина.

— Вы поедете со мной?

— Как служанка?

— Как Агата. По особым делам.

---

Мэри слушала молча, потом сказала:

— Дом старухи — это не поле боя. Но поле шахмат. Присмотритесь. Я верну вас через неделю, если не уедете раньше с похвалой.

Я упаковала своё лучшее платье — чёрное, скромное, без украшений. Взяла бабкин нож и щепотку лавандового мыла. На счастье.

Вечером, у камина, Мэри протянула мне письмо.

— От твоей предшественницы. Старая переписка. Я нашла в комоде. Похоже, она тоже не была проста.

Письмо было коротким. Почерк — юношеский, но фразы зрелые.

> «Мне странно это тело. Но я чувствую, что могу здесь что-то изменить. Хоть немного. Сначала — ради еды. Потом — ради порядка. А потом… быть может, ради справедливости. Имя моё теперь Агата. Пусть будет так.»

Я перечитала дважды. Сердце сжалось. Значит, я — не первая. Но, может быть, последняя.

И точно не просто служанка.

---

Утром мы уехали. Джонатан вел повозку. Впереди ждал особняк, духи, дневник и женщина, которая слишком долго оставалась одна.

А со мной — коробка с лентами, чай в банке и мозг, как скальпель.

Я — Агата. И у меня очередное дело. Без убийств. Без демонов. Но с тайнами.

И, возможно, с чем-то ещё.