Миссия в июнь 1939 года

Часть II

Электромобиль мчался по трассе Иваново — Москва. Солнце уже село, но было еще достаточно светло, и майор спокойно отжимал педаль газа до упора, смотря только вперед. Артем понимал, что сильно нарушает правила дорожного движения, но у него не было выбора, поэтому он старался не отвлекаться, чтобы вовремя отреагировать на всякие неожиданности и случайности на дороге.

— Только бы ничего не помешало и успеть вовремя, — твердил он про себя, а ему еще предстояло систематизировать видеофайл и бумажный носитель отчета проверки, в 8 же 00 он должен будет явиться непосредственно к министру Госбезопасности генерал-полковнику Орлову. — Нета сказала, что будет эксперимент с перемещением во времени, и в связи с этим меня и вызывают. Неужели додумались до этого, фантастика!

Транспорта на дороге было немного, это позволило майору довольно быстро миновать Суздаль, затем Владимир, много хлопот доставили уездные города Владимирской губернии, но вот, наконец, и Москва! Несколько раз электромобиль майора останавливали патрульные экипажи милиции, когда же он предъявлял удостоверение сотрудника Центрального аппарата МГБ СССР — учтиво отпускали и отдавали честь, предлагали помощь по пути следования. Довольно быстро добравшись до Лубянки, майор предъявил на входе служебное удостоверение и поднялся в свой кабинет. Достав из холодильника минералку и удобно расположившись на диване, он с полчаса обдумывал план своих дальнейших действий, затем поставил на рабочий стол ПЭВМ и, запустив ее, сел в кресло. Он работал до самого утра, пока не закончил отчет, и, лишь когда все было подготовлено, замертво свалился на диван.

Министерство Госбезопасности СССР

…Будильник персонального компьютера мелодично наигрывал, и Артем открыл глаза: быстро встав и сделав зарядку, он сходил в комнату гигиены на этом этаже, где принял душ, привел себя в порядок и, вернувшись в кабинет, надел форму; в служебной столовой с аппетитом проглотил бутерброд с маслом и сыром, запивая какао с молоком; без пяти восемь он уже сидел в приемной министра.

Когда часы показали 8:00, миловидная секретарша-лейтенант пригласила: «Товарищ майор, Глеб Агафонович ждет Вас, проходите». Зайдя в кабинет, майор вытянулся и, отдав честь, доложил о прибытии с отчетом о проверке. Министр встал из-за стола и перешел за длинный стол заседаний, где уже сидел непосредственный начальник майора Соколова полковник Холмогоров и еще несколько незнакомых Артему человек в штатском. Генерал-полков- ник предложил майору сесть напротив них, сам занял место председательствующего.

— Товарищ майор, видеоотчет передадите Вашему руководителю, сейчас же поговорим о другом... Мы вызвали тебя, Артем, вот по какому поводу, — министр перешел на «ты», и это было хорошим признаком. — В ближайшее время планируется осуществление научного эксперимента, связанного с перемещением во времени, операция строго засекречена. Не стану скрывать, дело малоизученное и просчитанное только теоретически. До нас этим занимались только американцы, но нас такая плохая управляемость процессом не устраивает, мы хотим отправить человека в прошлое и вернуть его назад. Требуется высокоподготовленный доброволец, 17-й отдел предложил твою кандидатуру. Что скажешь, Тема?

Майор хотел встать, но министр жестом остановил его:

— Родина может приказать, но здесь не тот случай. Здесь сидят представители ЦК ВКП(б), ЦК СПСС, теоретических вузов, всех интересует завершение формирования основ экономической сталинской модели как обеспечение базиса социализма — это или декабрь 1930 года, или февраль 1931 года. Именно в это время решено совершить перемещение с целью подтверждения и уточнения основных постулатов. Не нужно говорить о том, насколько важны эти изыскания для современного развития государства и общества.

Артем почувствовал, как пол поплыл у него под ногами:

— Неужели всему конец?! — подумалось ему.

В этот момент перед его глазами всплыл образ Неты и ее взгляд, полный отчаяния и надежды одновременно!

«Нет, — сказал он сам себе, — так просто я не сдамся». И, повернувшись к министру, уверенно спросил:

— А разве в других временных отрезках невозможно собрать более весомый фундаментальный материал, например, в 1939 году?

Генерал отрезал:

— Выбран именно этот период и согласован с Председателем Верховного Совета — это не подлежит обсуждению, ты должен или согласиться, или нет.

— А почему бы не привлечь к этому заданию более опытного Сергея Русичева или его друга Вадима Лаврентьева? — не удержался и съязвил майор.

Было видно, как министр прищурил глаза, но все же сдержался и ответил:

— Капитан 1-го ранга Русичев сейчас занимается модернизацией компьютерных систем атомного линкора, полковник Лаврентьев руководит целой службой, куда входит 17-й отдел, они и предложили твою кандидатуру, да и по годам оба уже не подходят, это задание именно для тебя, я жду ответа.

— Вы действительно не будете обсуждать другие варианты, товарищ генерал-полковник? — майор с надеждой посмотрел в глаза министру, затем полковнику Холмогорову.

— Нет, — вновь отрезал генерал. Полковник молчал.

— Хорошо! — Артем встал и положил на стол пистолет и удостоверение сотрудника Госбезопасности.

— Я ухожу из органов, и делайте со мной что хотите.

— Не волнуйтесь, майор, сделаем, — хладнокровно выдал генерал и нажал кнопку сенсора вызова личной охраны. — Арестуйте майора и проводите его в комнату временного заключения до моего особого распоряжения, — приказал он вошедшему дежурному наряду во главе с капитаном.

Артема проводили под конвоем в цокольный этаж и там изолировали в комнате с неплохим диваном, столом и стульями, был даже отдельный санузел, светильник проливал на стол приятный желтоватый свет. Он спокойно лег на диван и попробовал сосредоточиться: «Наверно, я поступил слишком радикально, но был ли у меня другой вариант? Скорей всего, не было, да это очевидно. Следовательно, паниковать бесполезно, а нужно просто успокоиться. Сразу в трибунал дело не передадут, а вот допрашивать будут, возможно, ночью, нужны будут силы и четкость мысли, нужно постараться как следует выспаться». Он с помощью аутотренинга погрузил себя в сон.