Миссия вселенского масштаба: Не прибить напарника

1. Это провал!

«Да сколько можно уже трындеть?», – хотелось закричать, но я продолжала улыбаться через силу. Меня утешало лишь одно – как только я увижу рядом с агентом трагенов, могу его арестовывать (и получать заслуженное повышение)... Ну и заодно ненароком дать в нос своему «кавалеру», битый час рассказывающему мне о способах размножения пчёл. Хотя этот зануда обеспечивал прикрытие от подвыпивших мужиков, желающих «угостить такую красивую и одинокую даму».

Гр-р-р! Зла не хватает! Мне просто нельзя привлекать к себе внимание в этом тухлом баре. Но если отказывать с улыбкой – это тут же принимается за кокетство, а чуть строгое лицо становится хамством, ведущим к скандалу. Пришлось всё-таки соглашаться и... страдать от невыносимой скуки!..

Взрыв хохота за соседним столом показал, что скучаю тут только я... Я бы тоже хотела вернуться в беззаботную юность, как эти студенты, напялить чёрный бесформенный балахон и играть в настолки, заедая их бургерами. Даже алкоголь не нужен! Просто классная компания, в которой никто не пытается тебя затащить в постель.

Неожиданно один из парней за тем столом поймал мой переполненный тоской взгляд. Его глаза будто бы вспыхнули, а губы растянулись в широкой озорной улыбке. Я вздрогнула и поспешила отвернуться. Ещё не хватало, чтобы этот юнец полез знакомиться. Мало ли как «кавалер» отреагирует. Драки мне здесь точно не нужно.

– Прос-сти, я отлу... чусь н-ненадолго! – помурлыкала я и направилась в туалет. Агент всё равно сидит один в углу, практически не двигаясь... Как у него ещё не затекло всё на этих деревянных стульях?..

Мне срочно нужно было освежиться! «Кавалер» слишком старательно накачивал меня коктейлями, я хоть и цедила еле-еле, но была уже очень голодной и уставшей. Алкоголь ударил в голову, когда я встала. Пошатываясь и держась за стену, я кое-как добрела до туалета, борясь с тошнотой. Если в самом баре пахло пережаренным мясом, кислым пивом и мужским потом, то тут царила вонь затхлых нечистот. И что этому агенту по элитным ресторанам не сидится?!

В туалете запах усилился. Мельком осмотрев три пустые кабинки, я подошла к раковине, открыла кран и уставилась в заляпанное зеркало. Яркий макияж делал из меня даму лёгкого поведения, даже синяки под глазами не придавали мне «веса». Намочив салфетку, я стала аккуратно промокать лицо. Хотя хотелось плеснуть водой, смыть всё это и остаться строгой Валерией Михайловной, которая лишь чуть-чуть красит ресницы, чтобы подчеркнуть серые глаза.

Внезапно резко закружилась голова и я схватилась за раковину. Какая же дрянь, эти коктейли! Надо принять лекарство, которое прочищает мозги и быстро выводит алкоголь из крови, иначе я тут свалюсь прямо тут. Поставив сумочку на раковину, я принялась шарить в ней. Такие мелкие «кошельки» я никогда не ношу, но координатору часто приходиться «надевать маску».

– А вот и т-ты, моё с-спас-сение! – обрадовалась я, доставая пакетик с белым порошком.

– Ты что это творишь?! – прорычал кто-то за моей спиной.

Я вздрогнула всем телом и обернулась. Ко мне не так просто подкрасться, но сейчас я даже скрипа двери не слышала! Передо мной стоял тот самый парень, с которым мы встретились взглядами несколько минут назад. В чёрных глазах, да и на всём лице было такое осуждение, что мне стало стыдно.

– Всё ф-ф-ф п-порядке, мальчик, – успокоила я его, глупо улыбаясь. – Это лекарс-ство... Тёте надо подле... читься... Ик! – я потрепала парня по чёрным волосам, мимоходом удивившись их жёсткости. Чёрт знает почему я повела себя, как сорокалетняя проститутка со стажем, мне было всего-то двадцать семь. Но мозг уже окончательно перестал соображать, хотя где-то на границе сознания билась мысль о том, что нужно срочно протрезветь.

– Отдай сюда... «тётя», – с раздражением бросил парень, язвительно выделяя последнее слово. Он без труда вырвал у меня пакетик с моей последней надеждой. Я потянулась, чтобы вернуть его обратно, но пошатнулась и практически повисла на парне.

Мы были почти одного роста, он даже, кажется, чуть ниже. И вроде не шибко накаченный (впрочем, из-за толстовки не сразу понятно), но держал меня удивительно крепко. Правда за попу и с силой прижимая к себе. Я положила руки ему на грудь, пытаясь отстраниться.

– От-дай с-сюда... – потребовала я. Голова кружилась всё сильнее, в глазах вспыхивали искры, а содержимое желудка всё сильнее просилось наружу.

А парень одним махом высыпал мой целительный порошок в раковину, где я по дурости не закрыла воду, и пробормотал:

– Вот что ты с собой делаешь?..

«Пытаюсь протрезветь», – хотела ответить я, чувствуя, как набегают слёзы обиды. Вот за что он так со мной? Я же ему даже не отказывала! А подойди он раньше моего «кавалера», то предпочла бы посидеть с ним.

– Плачешь?! – удивился он. – Дура! Это всё зло! Не поняла, что ли, что он тебя спаивает?

Я шмыгнула и глупо заулыбалась. Ну надо же какой рыцарь! С каких пор молодёжь стала такой правильной? От его трогательной заботы защемило внутри. Схватив его за ворот дурацкой толстовки, я притянула парня к себе и поцеловала в знак благодарности. Только я хотела сделать это в щёку, но... он повернулся и наши губы встретились! Парень тут же воспользовался моментом, да так настойчиво, что моя и без того кружащаяся голова рванула каруселью, а по телу побежали мурашки.

Отстранилась я быстро, но возмутиться не успела – рвотный позыв стал просто невыносим, и я зажала рот рукой, промычав ругательства.