Миссия вселенского масштаба: Не прибить напарника

4. Улыбка маньяка

Траген уклонился ровно настолько, чтобы моя рука проехала ему по плечу, а я, по инерции двинувшаяся следом за кулаком, оказалась к парню нос к носу.

– Привет, малышка, – промурлыкал довольный траген. Я зарычала от ярости и схватила его за горло. Дальше всё как в тумане...

– ...Неподобающее поведение для координатора! – продолжал выговаривать Богдан по дороге в наше отделение.

Я же молча кивала с самым виноватым видом. Только вот вины не чувствовала, лишь сожаление, что не получилось закончить своё дело. У меня даже времени бы хватило, если бы траген не сделал себе жабры...

До меня успело дойти, что я едва не погибла в чужой перестрелке на безопасной (казалось) миссии, куда я пошла без оружия и прикрытия. Я не должна была задерживать трагена, только подтвердить факт его присутствия. Паническая атака тоже уже успела накатить постфактум и перейти в оцепенение и тупой стук в висках. Но ненависть... ненависть разрывала изнутри...

Говорят, что со временем уходит всё – боль, ненависть, желание отомстить. Видимо, это говорят те, кто не видел своих близких, лежащих в крови, и... трагенов рядом с ними... Я пошла в агенты, чтобы потом поступить в космические войска и отправиться на поиски убийц моих родителей. Но физических данных не хватило для зачисления в солдаты – я хоть и тренировалась, как безумная, однако вес не набирался и мышцы были неубедительные. А ещё нежелание подчиняться приказам и умение найти обход правил сделали своё дело. Поэтому меня рекомендовали в секретную организацию... где на одном из первых заданий выявилось моё чутьё на трагенов.

Но почему в этот раз оно подвело?! Парень использовал свои способности несколько раз и только так я его вычислила. Ну и по этой неизменной широкой улыбке...

В фургоне всё стихло, поэтому я с удивлением посмотрела на Богдана. Он говорил с кем-то по телефону. Рядом со мной сидел врач-координатор Игнат – его сняли со смены, чтобы все доступные координаторы находились рядом с трагеном.

Мы следовали букве протокола задержания, хотя это и не требовалось – траген не сопротивлялся, не менял внешность и даже не отдавал приказы. Впрочем, против последнего у нас уже имелось средство – Игнат нацепил нам и омоновцам специальный чип за ухо. Он должен блокировать приказы трагена. Ну и чем больше людей рядом, тем меньше у трагена шансов командовать всеми сразу. Сейчас траген ехал за нами в клетке в прицепе, совершенно один. Так безопаснее.

– Ты же та самая Валерия, у которой чуйка на трагенов? – внезапно оживился Игнат. Я в задумчивости кивнула. Он захохотал, тыча меня локтем в бок:

– Ну теперь понятно, как она работает!

Я отодвинулась и, нахмурившись, уточнила:

– О чём ты?

– Трагены предпочитают землянок! – выдал Игнат с важным видом и руками изобразил, как будто сжимает грудь. Я скрипнула зубами с досады. Не объяснять же теперь, что траген оказался глупым юнцом, поставившим свои физиологические потребности выше миссии по привлечению агентов на свою сторону.

– А ну прекрати! – прикрикнул суровый Богдан. Игнат помрачнел и, опустив голову, зажал руки между коленей. – Координатор Валерия делает то, что тебе и не снилось. И повышения до старшего с таким отношением к коллегам ты не получишь. Хочешь к агентам вернуться?

Игнат сконфузился ещё сильнее, покраснел и пробормотал нечто выразительное себе под нос. Я с благодарностью посмотрела на Богдана. Он кивнул и вернулся к разговору. В отличие от агентов, мы старались не конкурировать, а наоборот поддерживать друг друга. Но правда не всегда выходило...

Когда мы приехали в отделение, я отпросилась у Богдана, чтобы принять душ и переодеться. Всё равно мне никто не даст разговаривать с трагеном. А там и наш босс приедет. Богдан отпустил, а сам занялся вопросами перевода трагена из прицепа в допросную. Ночка у него предстояла долгая...

Спокойно насладиться душем мне не дали – Игнат заколотил в дверь, а когда я, завернувшись в полотенце, открыла, ожидая услышать, что траген сбежал, врач меня шокировал:

– Эй, Валерия! Выходи! Траген отказывается говорить с кем-то, кроме тебя. Богдан зовёт.

И ушёл, оставив меня в недоумении мёрзнуть от сквозняка. Они не смогли заставить трагена говорить? Пойдут на нарушение протокола? Пустят меня к представителю расы, которую я ненавижу?!

Улыбка серийного маньяка убийцы сама собой расплылась на моих губах. Я быстро смыла с себя остатки шампуня, наскоро высушила волосы и, натянув форму на влажное тело, пошла наслаждаться своим положением. Я знала, как закрыть дверь в допросной так, чтобы было невозможно открыть снаружи. А пока они будут выламывать, я смогу сделать всё, что захочу.

Вымотанный Богдан с тёмными кругами под глазами и чашкой кофе ждал меня в кабинете, соседствующей с допросной. С той стороны было зеркало, а с нашей – большое окно. Я увидела, что траген сидел, развалившись на стуле и закинув ноги на стол. Он раскачивался взад-вперёд, глядя прямо перед собой. Рыжий, длинный, нескладный...

Однако стоило мне войти внутрь кабинета, как траген внезапно замер, с шумом втянул воздух и повернулся в сторону зеркала.

– Привет, малышка! – его лицо засияло от радости.

Мы с Богданом удивлённо переглянулись.

– Ты знала, что у морфов такой нюх?