Мистер Призрак, влюбись или исчезни!

Глава 13. Прогулки по лезвию бритвы

... заканчиваются, как правило, плачевно. Сначала ты выясняешь, что тебе нет равных по части игры на нервах. А спустя какое-то время оказывается, что нервы твоего начальства далеко не резиновые. Струны лопаются, концерт сорван, музыканты с позором покидают сцену. Нужно быть большим виртуозом, чтобы этого не допустить.

Сафро обнаружила, что ей нравится наблюдать, как Арсений раз за разом садится в лужу. Она толком не понимала, когда именно в ее душе зародилось столь предосудительное увлечение. Может, в тот момент, когда парень укатил в пароэкипаже, получив отказ? Или позднее, когда он притащился к кабинету директора с подносом, заставленным чашками?

Сафро с Гликерией его не впустили. Они по очереди приникали к замочной скважине, охали и многозначительно переглядывались. За дверью творилось нечто совсем уж эксцентричное. Ранэль танцевал. Конечно, если конвульсии заводной шарнирной куклы можно назвать танцем.

Его движения были рваными и энергичными. Аккомпанемент не лез ни в какие ворота. Из патефона лился «Запредельный джаз». Проще говоря, абракадабра. И тот, кто ее писал, похоже, утратил всякое чувство меры.

Ритм скакал.

Минор мутировал в мажор.

Глядя на шефа, Сафро невольно вспомнила свою детскую игрушку – змею-конструктор из жёлто-коричневых блоков. Как их ни поворачивай, змею не сломаешь. Ранеля тоже гнуло и корёжило под самыми невозможными углами, но ломаться он даже не собирался.

Отставив поднос, Арсений вклинился между Сафро и Гликерией.

– Пустите! – просипел он и припал глазом к замку. – Хм... Празднует очередной успех? Похоже на него.

У Сафро возникло острое желание сделать какую-нибудь пакость. Она жестом попросила Гликерию испариться, громко постучала в дверь и скользнула в стенную нишу. Арсений соориентироваться не успел. Дверь резко распахнулась, и он полетел носом вперед.

– Полундра! Шпионы-лазутчики! – вскричал Ранэль, возвышаясь над ним всей своей подтянутой фигурой. – Выкладывай, кто таков? Чью волю исполняешь?

– Да я это, я, – примирительно отозвался лазутчик и, вскочив с колен, бросился за подносом. – Чаю вот вам принёс.

– Ха! Чаю? – изогнул бровь изобретатель. – Ну что ж, идите-ка сюда. Идите-идите, – поманил он пальцем. – И вас милости прошу, – обратился он к Сафро, которая втихомолку давилась от смеха.

– А вы на себя не похожи, – отвесили ей комплимент, когда она очутилась внутри.

Сафро примостилась на краешке коричневого кресла, закатила глаза к коричневому потолку и потеребила оборку на коричневом старомодном платье, которое сидело на ней, как на чучеле – мешок.

Она обречена. Мало того, что дни ее сочтены, так еще и одежды человеческой не достать.

– Гликерия удружила, – мрачно поведала она и, косо улыбнувшись, протянула Ранэлю пакет, битком набитый мужскими брюками и рубашкой. – А это ваше. Спасибо за услугу.

– «Спасибо» на хлеб не намажешь, – оскалился тот. – Перед тем как перейти к основной части заседания, мне понадобятся ваши восторги и рукоплескания.

И он с ловкостью фокусника сдёрнул со стола коричневое покрывало. Под покрывалом притаился чайник. Ничем не примечательный чайник с отбитым носиком и потертыми фарфоровыми боками. Сафро приготовилась освистать Ранэля со всеми вытекающими, но тут чайник дёрнулся и поднялся над столом на несколько дюймов, неуклюже растопырив механические паучьи ноги.

– Надеюсь, ваш крушитель в маске остался дома? – осведомился изобретатель, исподлобья глянув на Сафро.

Та горячо закивала.

– Тогда вперед! Можете воздавать мне почести! – расхохотался он и толкнул речь. – Моё новое творение – «Чайный слуга». Он будет преследовать вас, куда бы вы ни отправились. Если приделать к нему прицеп – вот здесь – слуга будет бегать за вами с чашкой на прицепе и, если вам захочется пить, предоставит вкуснейший, свежий чай. Так что поднос, мой мальчик, теперь ни к чему. Можете уносить.

Арсений окончательно поник.

Чайник изверг столб пара, загудел, как уменьшенная копия пассажирского состава, и, соскочив на пол, резво припустил к дивану. А Сафро подумала, что Ранэль в прошлом наверняка изобретал пыточные устройства и что однажды ему придется воздавать не простые почести, а последние. С его-то пристрастием к взрывоопасным агрегатам!

Сложно, что ли, приготовить чай самому?

Ранэль проследил траекторию движения чайника, уловил упаднические настроения подчиненных и, устроив пятую точку на столешнице, потёр руки.

– Так-с, а теперь перейдем к делу. Экспедиция!

При слове «экспедиция» Сафро и Арсений синхронно вздрогнули и вытаращились на шефа. А шеф между тем выволок из-за шкафа огромный запылившийся ватман.

– Курс лежит на страну Желтых Полей, – сообщил он, сунув в рот незажженную сигару. Видимо, затем, чтобы говорить как можно неразборчивей. И разложил ватман на столе, придавив его с одной стороны тяжеленным компасом, а с другой – черепом ископаемого ящера.

Внутри ватмана оказалась карта.

– Мы – в точке «икс», – сказал Ранэль, ткнув пальцем в надпись «Страна Зеленых Лесов». – А это... – Он переложил сигару в правый угол рта и провел ногтем по мясистой синей «змейке». – Это, мои дорогие, подводный туннель. Поедете по морскому дну. Доберетесь до берега, сядете на... – Продолжение фразы он успешно зажевал вместе с сигарой. – И прибудете к станции «игрек», откуда отходят поезда в... – Здесь Ранэль подавился слюной и долго, с упоением откашливался. – В аномальной зоне, которую вам нужно изучить, эти поезда пропадают. Причину вы должны выяснить и тщательно задокументировать. А я потом проверю. Всё поняли? Повторять не буду.