Мистерисс. Часть 1 - Синяя птица

Глава 14 - Кэдвенц-ур. Часть 1

Подцепить хвост на тёмной малознакомой улице – определённо не то, чего Аластор мог желать. Он ещё раз быстро обернулся через плечо. Крытая карета с двумя бесшумными лошадьми держалась на достаточном расстоянии, чтобы скрываться от глаз в вечернем пыльном тумане. Виднелся только чёрный силуэт. Смутный, подозрительный, очень чёрный силуэт. Юноша поправил на плече старенькую сумку и ускорил шаг.

Странная радость теплилась в нём после вчерашнего вечера. Тихая и чудная, даже голова кружилась. Что там, даже Берта пару раз поглядывала на него с недоумением. А он был счастлив. Просто счастлив, и всё. Повод-то найдётся всегда, верно? И нашёлся ведь. Следующим же ранним утром он отнёс бланк к Агентство Невест. Впервые за несколько дней без стыда смог посмотрел на портрет Императрицы. Обещание выполнено. Выполнено, что бы это не значило. Остальное не имело значение - тем утром в начисто вымытых хлоркой коридорах, наполненных бодрым стуком машинок, дышалось куда легче. Глаза горели, и день начинался прекрасно.

Однако длилось это недолго. Стоило ему сесть за стол, как перед глазами вдруг как будто замаячила полупрозрачная записка:

- Люси! Люси! - вот и всё. Как будто оклик и, вероятно... окликали его. Но, может, и не его... Откуда только? Он огляделся, но его окружали лишь хмурые коллеги, с головой занятые трудом на благо Империи. Да кто же...

И в следующий миг весь этаж огласился звоном телефона. Имельда быстрым шагом явилась в кабинет Сильвестра и сообщила, что кто-то без остановки звонит, блокирует все линии, и на том конце требуют некую Люси. По фамилии Гатлинг.

Уй-й... Он съёжился, уже предсказывая своё ближайшее будущее. И, вот тебе и раз: «Гатлинг!» - повторило грозное эхо. Мда... Даже прямо немножко скучно, если бы не...

- Синьорино, вы успели влипнуть в историю?! Идите и разберитесь с этим безобразием! Сейчас же! - удар кулаком по столу живо отрезвил его и всех даже за дверями кабинета.

Идушну, как суровый конвоир, под строгим надзором проводила Аластора к своему столу и с сильным нажимом приставила трубку ему в уху. Не успел он как следует рассмотреть любопытный прибор, оказавшийся удивительно холодным, как откуда-то из глубины трубки донеслись щёлкающие и булькающие звуки:

- Здравствуйте! Здравствуйте, слушаю! – затараторил он, растерянно покосившись на секретаршу, подающую знаки. Ничего.

- Люси! – возопила трубка. Он едва не взвизгнул от испуга. До чего же дико, когда разговаривает что-то кроме фонографа, - Люси!

- Кто это? - Имельда сверлила его взглядом, слушая каждое слово.

- Люси! Ты меня слышишь? Твой номер-таки выудился!

- Это номер офиса ИИА! Кто это? - он опёрся о стол, говоря изо всех сил «чисто и отчётливо».

- Знаю! Рос!

Голос надрывался, но прислушиваться приходилось изо всех сил, чтобы расслышать хоть что-то. Звук точно шёл из болота сквозь толстый слой жирной зелени.

Аластор с трудом удержался, чтобы не закричать.

- Что тебе… кхм… - он оглянулся на Имельду, - Что вам нужно, мистерисс?

- Ты! – голова вынырнула на мгновение, - Ты! Люси!

- Что такое люси?

- Ты! Люси! – хрюканье, грохот, скрип, голос прорывается снова, - Ты! Нужен! Вечером! Сегодня, приходи… буль… хрюк…

- В… смысле? В смысле!.. Не бросайте трубку! Россиндулат! - Имельда упрямо отводила трубку от него, приходилось торопливо тянуться.

- Это важно! Приходи, пожалуйста! Бух, хрюк, звяк…. Приходи! Пуси-пуси (Обыкновенное для Венгрии телефонное прощание)…

Трубку бросили. Тонкие брови идушну изогнулись и приподнялись. Ярчайшее выражение удивления, виденное когда-либо на её лице.

- Кхм… - он безуспешно попытался объясниться, - Кхм… Это… сестра. Католичка, она… кхм… Я поговорю с ней.

Он торопливо развернулся и зашагал назад к кабинету, незаметно для себя, как и всё утро, насвистывая: «Идею в сердце сохраня, во всеуслышанье, друзья…»

- Кхм-кхм.! Гатлинг.

- Да, м… ассонём?

- Место для песен и плясок – в театре и на бале. - отчеканила Имельда сухо, - Без причины поют и пляшут только язычники или сумасшедшие. Ступайте.

И вот он пошёл, как только кончился рабочий день. К отчайхане. Зачем? Ну… Подобный звонок не мог не встревожить… Куда только улетучился весь восторг? Просто растаял, как сладкая вата! Нет, теперь он сердился. Он сердился, действительно сердился, и решил, что сегодня определённо, всенепременно наконец покончит с этим. Всё валилось из рук весь вечер, будь он неладен. Даже Бэрри отобрал у него перчатки и не хотел отдавать… Доскакал до самой лестницы, носился егозой, тявкал, прыгал и колбасился, пока не отхватил как следует по носу носовым платком. Все будто взбесились! С каждой мыслью его шаг становился твёрже, дыхание тяжелее, а из ушей собирался идти пар, пока слух не уловил тихое поскрипывание за спиной. Сколько уже эта карета следовала за ним, юноша не знал. Зачем – знал ещё меньше. И отнюдь не горел желанием узнавать.

Аластор ещё прибавил шаг. Конечно, бежать от экипажа с парой лошадей... ну, как там... глупость сверх меры. Не придумав иного решения, он остановился у витрины, увлечённо рассматривая подержанные подсвечники. Карета поравнялась с ним и остановилась. Юноша уже решил было что, вероятно, ошибся и зря струсил, и он тут вообще не при чём, и больно он вообще кому-то нужен со своей сумкой… Но всё равно было как-то весьма неуютно.

Спиной он ощущал взгляд кучера. Волосы на голове чуть зашевелились. Стало слегка холодновато.

- Мистер Гатлинг! – кучер громко окликнул его.

А фамилию-то он откуда знаешь? Вроде бы, ведь неоткуда... Может, это рэндлишмэн? Или фиакр? Ну конечно! Аластор, ну ты и балбес! Обернуться и разобраться – вот и всё, и не лопать тут трагедию. Но как-то…

- Мистер Гатлинг!

Он повернулся потихоньку.

- Извините, вы?..

- Садитесь! – кучер кивнул на дверь, - Это за вами.

- О… Правда? А от кого?..

Юноша аккуратненько глянул на дверь магазина в тихих раздумиях.