Мивия Императрица Песков

Глава 3

Мивия…

Голова раскалывалась. Казалось, кто-то орудовал внутри нее кувалдой, методично и безжалостно. Веки налились свинцом, а во рту выросла настоящая Сахара. Я застонала, и мой стон гулко отразился от чего-то каменного. С трудом разлепив глаза, я увидела над собой закопченный каменный свод. Все тело ныло и протестовало.

Последнее, что я помнила – это как вытаскивала Вианию с того света. По идее, после такого меня должны были отнести в лазарет, отпоить целебными настоями и уложить под мягкое одеяло. Но это… это точно не лазарет. И уж тем более, мои руки не должны быть прикованы к стене. Я дернула запястьями, и в ответ раздался неприятный, зловещий звон цепей.

Паника начала медленно, но верно подкрадываться к сознанию. Где я? И почему я здесь? И это здесь пахнет сыростью, плесенью и чем-то еще, неуловимо зловещим. Я попыталась приподняться, но тело ответило острой болью в спине и ногах. Кажется, я не просто лежала здесь, а меня еще и изрядно поколотили.

Собравшись с силами, я осмотрелась. Каменные стены, тусклый свет, проникающий сквозь узкую щель под массивной деревянной дверью. Ни окон, ни других выходов. Только дверь и цепи. Цепи, которые больно врезались в запястья, оставляя красные следы на коже. Я снова дернула, на этот раз с большим усилием, но цепи лишь противно звякнули, оставаясь неподвижными.

Нужно успокоиться. Паника – плохой советчик. Нужно вспомнить все, что произошло после спасения Виании. Огонь, крики, хаос... Потом темнота. И вот я здесь. Кто меня похитил? И зачем? Виания... она в порядке? Эта мысль пронзила меня, как удар молнии. Если со мной что-то случилось, то и ей может грозить опасность.

Я попыталась встать, опираясь на стену. Ноги подкосились, и я едва не упала. Собрав волю в кулак, я медленно, шаг за шагом, начала двигаться вдоль стены, ощупывая каждый камень в поисках хоть какой-нибудь зацепки, хоть чего-то, что могло бы помочь мне освободиться. Может быть, слабое место в кладке? Или какой-нибудь инструмент, оставленный моими похитителями? Любая мелочь могла стать ключом к свободе.

Голова продолжала раскалываться, но я не могла позволить себе сдаться. Где мои подруги? Где моя Эли? Я не ощущал нашей связи и меня начало уже потряхивать. Не знаю от чего больше, от холода и сырости, или от волнения за своих близких.

Внезапно мои пальцы нащупали что-то отличное от грубой кладки. Небольшая выемка, углубление, словно кто-то когда-то пытался выковырять камень. Сердце забилось быстрее. Я прижалась к стене, пытаясь разглядеть в полумраке хоть что-то. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я смогла различить контуры выемки. Она была неглубокой, но достаточно большой, чтобы просунуть туда пальцы.

Собрав последние силы, я уперлась плечом в стену и попыталась расшатать камень. Он поддался не сразу. Сначала лишь слегка дрогнул, словно не желая покидать свое насиженное место. Я надавила сильнее, чувствуя, как боль пронзает виски. Камень заскрипел, и в щель пробился слабый луч света.

Надежда вспыхнула ярким пламенем. Я продолжала давить, вкладывая в каждое движение всю свою отчаянную волю к свободе. Камень сдвинулся еще немного, и я смогла увидеть узкую полоску неба.

С новым приливом сил я ухватилась за камень обеими руками и потянула. Он выскочил с глухим стуком, оставив после себя зияющую дыру в стене. Воздух, свежий и влажный, ворвался в темницу, обжигая легкие.

Сквозь узкую щель в стене открывался вид на запущенный дворик, поросший сорной травой. Вдали темнела полоса леса, манящая обещанием спасения. Воздух свободы казался почти осязаемым. Я отчаянно принялась расширять лаз, кроша камень пальцами. Каждый осколок, падающий вниз, отзывался болью, но мысль о друзьях, об Эли и остальных, придавала сил. Я должна их спасти, вырвать из этой западни.

Когда проход стал достаточно велик, я собрала остатки сил и протиснулась вперед. Острые края камней рвали одежду и царапали кожу, но я не чувствовала боли. Еще немного, и я буду на свободе.

В этот момент звон цепей, сковывающих мои запястья, вернул меня в реальность. Но не от того, что я пыталась выбраться, а кто-то сильно дернул и н себя и я спиной полетела назад, больно приложившись о каменный пол.

– Куда-то собралась? – раздался сверху издевательский, до боли знакомый голос.

Боль пронзила спину, отзываясь в каждом позвонке. Я зажмурилась, стараясь унять тошноту, подкатившую к горлу. Открыла глаза и увидела над собой знакомое, искаженное злорадством лицо. Карие глаза, обычно такие теплые, сейчас горели холодным огнем.

– Ты… – прохрипела я, пытаясь подняться. Цепи на запястьях больно врезались в кожу, не давая сделать это.

Наставник приставленный к нам во дворце усмехнулся, присел на корточки рядом, и его дыхание опалило мое лицо. Запах старого камня и чего-то терпкого, знакомого, но отвратительного, заполнил мои легкие.

– Думала, сбежишь? Наивная. Ты же знаешь, я не позволю тебе уйти. Никуда.

Его пальцы грубо сжали мое подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Я увидела в них безумие, отчаяние и… что-то еще, что я не могла понять. Что-то, что пугало меня больше всего.

– Эли… остальные… – прошептала я, надеясь, что он услышит.

Его лицо исказилось еще больше.

– Эли? Они не важны. Важна только ты. Ты – моя.

Наставник отпустил мой подбородок и поднялся. Я попыталась отползти, но цепи не давали мне свободы. Он подошел к двери и захлопнул ее, оставив меня в полумраке. Только свет из узкой щели освещал мое место зточения.

– Подумай над своим поведением, – бросил он через плечо. – И помни, я всегда наблюдаю.

Замок щелкнул, и я осталась одна, в темноте, с болью в спине и отчаянной надеждой в сердце. Я должна найти способ выбраться. Ради Эли, ради остальных. Я не позволю ему сломить меня. Никогда.

Я прислушалась. Только тишина. Давящая, всепоглощающая тишина, которая казалась даже более зловещей, чем его слова. Я попыталась расслабиться, чтобы хоть немного унять боль в спине, но каждая мышца была напряжена, словно натянутая струна. Нужно было думать. Анализировать. Что я знаю о нем? О его мотивах?