Младшая карта в королевской колоде

Партия 11

Если смотреть на происходящее со стороны, то все могло показаться каким-то нелепым фарсом. Но я была непосредственным участником, и мое чувства юмора внезапно отправилось в длительный отпуск.

Сообщение от консьержа пришло в шесть утра. Я едва сообразила, что происходит и куда мне надо идти. Направляясь открывать незваным гостям входную дверь, краем глаза выхватила отражение в зеркале. В дорогущей пижаме с маками шло какое-то совершенно незнакомое чудовище. Рассудила, что так им и надо – нечего припираться в такую рань.

За дверью обнаружились аж три человека в полицейской форме.

- Мейстерина Джасми? – неуверенно спросил рыжеволосый и бородатый, видимо, самый решительный из них.

- Еще вчера была ею, - не слишком любезно ответила я. – Во всяком случае, до того, как легла в кровать с надеждой выспаться.

Легкий намек на смущение обнаружился лишь у одного, самого молодого. Остальные еще больше нахмурились.

- Вам нужно пройти с нами, - снова сказал тот же.

- Ошибаетесь. Мне это не нужно.

- У нас ордер на ваше задержание, - подключился другой.

- И в связи с чем? – Мои брови полезли вверх. – Слишком плохо выгляжу по утрам?

- По подозрению в убийстве.

И вот тут меня прошиб холодный пот. Мог ли кто-то из тех придурков в Синем районе отдать Краху душу? Когда я уходила, они все точно были живы. И я всегда была аккуратной, даже близко не доходила до увечий, не совместимых с жизнью. Да ну, ерунда какая-то, не может быть, что в этот раз я так оплошала.

Внешне я своего смятения не показала, лишь немного нахмурилась и скрестила руки на груди.

- И кого же я, по-вашему, убила?

- Это вы узнаете в участке.

- В самом деле? А что, вы еще это не придумали? Вы не забыли, что пришли в дом к старшей крови?

Самый молодой побледнел, но двое другие держались молодцами. Рыжий снова заговорил:

- Мы в курсе, кто вы, мейстерина Джасми. И у нас есть документ, подтверждающий наше право на задержание. Поэтому давайте не будем усугублять ситуацию, и как следует во всем разберемся.

Я поняла, что от поездки в участок не отвертеться.

- Прежде чем я с вами куда-то пойду, я должна поставить в известность свой дом, - сообщила я.

- Ваш дом в курсе, - немного раздраженно заметил бородатый.

Проигнорировав его высказывание, я демонстративно прошла вглубь квартиры и взяла со стола зеркальный коммуникатор. Сдернуть амальгаму удалось не сразу, пальцы слегка дрожали. Кому же звонить? У меня был, конечно, наш координатор на случай экстренных случаев, и он должен брать трубку в любое время дня и ночи. Но если у меня есть только один звонок?

Я прислушалась. В квартиру они зайти не осмелились, так и остались в коридоре, и это радовало. Значит, смогу позволить себе даже пару звонков. Для подстраховки.

- Слушаю, - Маргарита ответила с пятого гудка, голос был сонный, но не сердитый.

- Марго, меня тут пришли арестовывать за убийство, забирают в полицейский участок. Кого, кто и зачем – без понятия, мне не сообщили подробности. Подстрахуешь?

Взгляд подруги сразу стал собранным.

- Спроси их имена и номера удостоверений, - распорядилась она. – Я включу запись.

Я вернулась к мужчинам. Они были не очень довольны проволочками, но протеста не выказали. По очереди представились и продиктовали данные. Я пошла в спальню переодеваться, а Маргарита, сказав, чтобы я не переживала из-за глупого недоразумения, отключилась.

Теперь можно было позвонить и координатору.

Он не спросил ни имена полицейских, ни уточнил каких-то других подробностей. Выслушал мое сообщения и коротко ответил, что все принято. Это меня здорово напугало, если честно. Потому что голос его звучал так, словно он уже был в курсе.

Что, в конце концов, происходит?

В машине мы ехали молча. Да и был ли смысл разговаривать? Подробностями меня они вряд ли побалуют, а делать вид, что все в порядке, было сложно даже молча. И изображать, будто я не встревожена, когда это совершенно не соответствовало истине, тоже.

Но когда мы припарковались у полицейского участка, я увидела черную машину с пиковыми номерами. Рядом с ней стояли двое: я узнала парней из отдела силовиков. Они не были картами, но давно работали на мой дом. Я помнила их в лицо, хотя никогда и не пересекалась по делам.

Они двинулись к нам, едва мы с полицейскими вышли на тротуар.

- Добрый день, господа, - любезно сказал один из них. – Мейстерина Джасми дальше поедет с нами. Спасибо за службу.

- Но у нас постановление… - попытался сказать самый молодой, но его одернули свои же.

- Забирайте.

И я снова оказалась в машине.

- Парни, что происходит? – спросила я. Со своими я чувствовала себя намного спокойнее, но все равно нервничала.

- Мы едем в дом пик, - сообщил тот, кто не был за рулем. - Там вам все подробно расскажут.

И то, каким тоном было это сказано, меня совершенно не успокоило.

Несмотря на то что не было еще семи часов и до начала рабочего дня оставалось еще куча времени, в резиденции было людно. Но никто не сновал по лестницам, коридорам и открытым площадкам пролетов – все будто замерли в напряженном ожидании. Я увидела несколько заплаканных женщин, мужчин с тревожными взглядами и вообще перестала что-либо понимать.

Похоже, без шансов, что жертвой убийства стал один из тех бандюг Синего района. Внезапно похолодели ладони, и на висках выступил холодный пот.

Мы зашли в кабинет, и я поняла, насколько все на самом деле плохо. За столом сидел сам мейстер Горгер. Десятка. Силовик. Тот, кто лично может заниматься лишь делами высшего порядка. Во что же я угодила?

- Проходите, мейстерина Джасми, - любезно сказал он, но его глаза были холоднее вечных льдов.

Я уселась на предложенный стул, и нас оставили одних. Сцепив руки на коленях, я уставилась на мужчину. Седеть он начал рановато: белые нити в темных волосах при таком довольно молодом лице, казались случайностью. Впрочем, я не знала точно, сколько ему лет – некоторые колдуны выглядят намного моложе своих лет из-за специфики своей силы. Второго дара у Горгера не было, все же десятка – это та же фоска, но нет в этом здании человека, который бы осмелился что-то подобное сказать ему в лицо.