Младшая пятая жена дракона желает развестись

Глава 1 Развод - дело тонкое

— Господин! Я прошу вас о разводе!

Всё, что видит господин, это коленопреклонённую младшую жену перед собой. Золотые волосы с седыми прядями рассыпались по плечам, вместо шпилек жемчужная сеточка с монетами, которые жалобно трясутся в такт женским рыданиям, а заодно напоминают о низком статусе младшей супруги.

Господин хмурит смоляные брови, видимо пытаясь припомнить как выглядела его пятая жена в молодости. Эти смертные так недолговечны! Кажется, только недавно он присоединил её город Арнад к своему царству, и её принесли ему в дар (ну и в качестве гаранта исполнения договора) и вот... не успел опомниться, а она уже постарела.

Яркие синие глаза дракона внимательно всматриваются в фигуру женщины. Тело-то должно помнить! У них же была брачная ночь! А точно была? Несмотря на обилие женщин в своём дворце, да и в целом в жизни, женщин он любил. И никогда не пренебрегал своими жёнами, не говоря о наложницах и прочих… скажем так, дорожных и разных приключениях.

Фигура у младшей пятой жены... посредственная. Утончённые гаремные одежды не дают скрыть это. Может, старость на ней так сказывается? Он не мог припомнить, чтобы какая-то жена ему сильно не понравилась. Конечно, по чести говоря, он находил свои прелести в любой достойной деве. Каждая была хороша по-своему, главное — правильно посмотреть, настроиться. У него даже русалки были, и кентаврианки, везде можно найти свои... милые особенности.

А в гарем к нему свозили лучших. Тем более в качестве жён. В случае младшей жены, правда, другие интересы были. Политическую подоплёку с городом Арнад он помнил хорошо. Намного лучше, чем супругу из этого города.

Ему очень нужна была общая граница с Тайши, горным царством его собрата дракона. Это помогло бы создать коалицию против Западного морского государства. Так что городок этот с его страданиями от набегов разбойников пригодился. Позднее он ещё и неплохой доход казне приносить стал. Так что ситуацию эту он помнил хорошо, а вот супругу новую, которая так быстро постарела — нет.

А ведь его предупреждал брат:

«— Зачем тебе простая смертная в жёны? Она не протянет долго в твоём гадюшнике!

— Мой гарем — произведение искусства! Как и сам дворец, как и все мои женщины! — возмутился он тогда.

— Ну, я и говорю: гадюшник. Это место обитания змей. А в случае с твоими жёнами ещё и ядовитыми. Каким бы прекрасным цветком не была смертная, она быстро у тебя завянет.»

И судя по тому, что он видел перед собой, смертная действительно завяла. Но почему она просит развод? Надо бы с этим разобраться.

Дракон и господин, расправил свои мощные плечи, откинул назад длинные переплетённые с золотыми нитями смоляные волосы, и встал со своего тронного места.

Полупрозрачная туника обтянула великолепный торс, и кто-то из служанок восторженно застонал. Вот это он любил, вот это он понимал. А то, развод...

— Я понял тебя… — он слегка повернул голову, и писарь-помощник шепнул ему быстро сориентировавшись:

— Госпожа Адалия.

— Так вот, жди моего решения, Адалия. Я сам позову тебя.

Бедная женщина, покорно встав с колен, собрала свои волосы, поклонилась и тихо выскользнула из зала.

Я шла плавно, тихо, незаметно. Нельзя привлекать к себе внимание. Даже при условии, что старшие жёны не считали меня соперницей, а кое с кем из младших я даже дружила, узнай они (или хотя бы одна из них), что я навещала Господина, быть беде! Причём беде со мной.

Все жёны дракона очень ревностно относятся друг к другу. И на почти ежедневной основе ведутся настоящие сражения за место в его постели, за ночь (или день) с ним.

Причём сражения ведутся столь искусно, что Господин о них не в курсе. Для него всё тихо, мирно, благородно и красиво.

Для проигравших соперниц (а иногда и выигравших) это выдранные волосы, порезанная кожа, синяки, экземы на прекрасных телах, тошнота от отравления, похищенные для пыток близкие слуги, собственные сломанные конечности, разгромленные покои во дворцах. А порой и сами дворцы: пожар или локальное землетрясение — не проблема для владеющих чарами. А все младшие супруги (не считая меня, конечно) были чародейками, причём выдающимися.

Например, первая младшая госпожа Бадрия, Лунная дева, в совершенстве владела чарами своей Матери Луны, и по ночам могла не только сама принимать разные образы (чем и удерживала внимание венценосного супруга много лет), но и превращать других во время полной луны в нечто неприятное.

Как-то она превратила третью младшую супругу госпожу Динву в огромную паучиху, с жала которой капала вонючая слизь (превращение произошло прямо на брачном ложе, и так как все жёны знали, так сказать, о «всеядности» супруга, вонь и слизь должны были удержать того от любовных утех наверняка, а то вдруг ему покажется интересным опыт с паучихой). Вина Третьей Госпожи была лишь в том, что дракон захотел послушать её волшебные песни в ночь полной луны (время, которое Бадрия считала закреплённым за собой навечно).

А песни Третьей Госпожи были поистине восхитительны (это нам и помогло сблизиться, относительно, конечно). Третья супруга была из рода сладкоголосых гурий и была избрана в гарем дракона за свой невероятный талант. Какой мужчина не захочет к себе в постель красавицу, что поёт ему о нежной и страстной любви?

Так что я не была в одной весовой категории с младшими жёнами. Что уж говорить о старших супругах!

Там битва за любовь Господина велась на совершенно другом уровне. Во-первых, все они были матерями сыновей дракона (сыновей могли иметь только старшие супруги, чтобы чистота рода была соблюдена, младшим было позволено рожать дочерей полукровок, наложницы же существовали только для услады Господина, детей у них быть не могло. Во избежание, так сказать). А где сыновья, там и сила родов, чиновников и прочих политических раскладов. В результате, старшие жёны по мелкому не пакостили, во дворце всегда друг другу сладко улыбались и называли себя сёстрами.