Мне не нужен мужчина

Глава 4. Ужин и новая информация

Картина семейного ужина у большинства людей складывается благодаря отрывкам кинофильмов про большую и нерушимую крепкую братию, которая наперебой обсуждает события прошедшего дня, месяца, года – выбирайте, сколько они не виделись. Моя ситуация относится к другой категории фильмов – где все пафосно и максимально дорого, демонстрируя – видимо, самим себе – насколько же их род великолепен и непостижим. Тут даже чихнуть неловко, что уж говорить о словах.

Косые взгляды аппетита не прибавляли. Но я ловко расправлялась со стейком и даже до сих пор не подавилась.

- И как тебе живется в Америке? – Миса, обслужив отца, наконец переключила внимание на меня. Мегуми ухаживала за Виктором, скромно, но преданно поднимая на него взгляд. Обожаю внешне скромную сводную сестру. Ее актерскому мастерству позавидовал бы любой – не зря окончила театральное.

- Комфортно, - кратко отвечаю я, опуская подробности. Совершенно нет желания открываться перед этими людьми – они всегда были чужими, угрожающими. Мой постоянный страх быть погребенной под политикой тирана-отца и скрытого унижения остальной части семьи. Меня можно считать циничной и лживой тварью – пользовалась деньгами родителя, не оправдывая его надежд. Возможно.

- На чужие-то деньги, конечно, - фыркает женщина, из-за чего я крепче сжимаю нож в руке. Раздражает, что она не стесняется гостя и отца, достаточно открыто демонстрируя свое пренебрежение. Ожидает от меня бурной реакции? Не сегодня. Когда споришь с сенаторами штатов, учишься внешнему контролю.

- Не тебе об этом говорить, - с усмешкой отвечаю я, накладывая себе говядины с фасолью. На самом деле, Масаши ограничивал свое финансовое вмешательство в мою жизнь – тысяча долларов в месяц до того дня, как мне исполнится двадцать три, и обещание оплатить университет, который он выберет для своего первого ребенка. Проплаченные за год деньги улетели в никуда – менеджмент я бросила, не проходив на занятия и неделю. В свой день рождения я получила последнюю сумму, и краткое сообщение, что на этом его роль кошелька закончилась. Было обидно – отец обеспечивал новую семью всем необходимым, не ограничиваясь в финансовых вопросах – лучшая одежда, круизы и машины доставались моим сводным родственникам только за то, что они послушно выполняют его указания, не противясь воле главы семьи. Твое мнение здесь мало кого волнует. Но смирилась я достаточно быстро – на тот момент уже уверенно стояла на ногах, проводя бессонные ночи за нескончаемым потоком работы. Мы еще брались за любой заказ, не позволяя отказать клиенту. Это сейчас мы можем позволить выбирать, искать что-то необычное и даже сказать «нет».

- Что? Как ты…

- Достаточно, - отец перебил Мисаки резко, у меня рука дрогнула от холодного спокойного тона. Все же до него мне далеко в плане самоконтроля. Это сейчас я равнодушная, а стоит двери закрыться, я могу перевернуть комнату, чтобы успокоить внутренний шторм. – Ты работаешь?

Вопрос, конечно, интересный. Подавляю усмешку, чтобы не съехидничать. Заинтересованность родителя моей жизнью была на высоком уровне. Я прекрасно осведомлена, что он регулярно нанимает человека, чтобы проследить за моей жизнью – не мог позволить, чтобы я позорила семью, даже находясь в другой стране. Каждый раз удавалось перехватывать заказ и выкупать информацию, договариваясь о ложном отчете и сфабрикованных данных. Признаваться отцу в своих успехах не входило в мои планы в ближайшем будущем. Это было достаточно рискованно, с учетом того, что Игараси был прекрасным бизнесменом и мог обернуть любую информацию в свою пользу. Быть разменной монетой в мои планы не входит, а вытаскивать палки из колес своей жизни, что любезно мне может подкинуть Масаши, хотелось еще меньше.

- Отдел логистики в «SoF», - коротко информирую я, подтверждая отчеты частного сыщика.

- Туда берут без образования? Что за фирма такая? – возмущенно вскрикивает мачеха, демонстративно хмурясь. Смотрю ей в глаза, вопросительно приподнимая бровь.

- Загугли, - советую я женщине, делая глоток вина. Перебираю ножку бокала пальцами, обращая внимание на немых зрителей, что с жадностью глотали каждое слово. Самым незаинтересованным был Кинг – спокойно себе ел, редко обводя взглядом небольшую компанию за столом. Хоть здесь не вмешивается, и на том спасибо. – Тебе полезно для общего развития.

- Майя! – угрожающе прорычал отец, теряя терпение. – Ты забываешься.

Вытираю рот салфеткой, игнорируя взгляд свысока японки.

- Отец, - смотрю в темные грозные глаза мужчины, обрамленные паутиной морщин. – Если вас интересует причина, по которой я общаюсь к вашей семьей подобным образом, я сделаю это наедине. Обсуждать это при госте считаю нецелесообразным, - глаза отца сощурились, выдавая свое недовольство. Уверенно улыбаюсь в ответ, показывая, что его попытка манипулировать мной провалилась. – К слову, Мистер Кинг, - обращаюсь я к европейцу, больше не обращая внимания на Игараси. – Я думала, гости начнут прибывать через несколько дней. А вы здесь, судя по вашему поведению, явно не первые сутки.

Уголок губ отца дернулся – я привыкла замечать мелкие изменения в его мимике, говорящие о степени его злобы. От этого напрямую зависели мои наказания, когда я приезжала к нему в гости. Он имел и пользовался правом проводить со мной два месяца в году, вплоть до моего совершеннолетия. На приемы и званые ужины меня, разумеется, никто не брал, но мне на год вперед хватало впечатлений от родового поместья.

- Вы правы, - отвечает мужчина, откладывая приборы в сторону. – Ваши родители пригласили меня заранее.

То, что он здесь не ради колорита, было понятно с самого начала. Отец всегда с легким пренебрежением относился к иностранцам, считая, что лишь японцы знают, что такое работать и умеют это делать. Поэтому все контракты вел внутри страны, не спеша расширяться за пределы острова. Сеть отелей, которыми владел отец на территории Японии, по большей части предназначался для иностранных туристов и командированным лицам. Нередко здания арендовали под мероприятия различного уровня.