Мне нужна учёба, а не романтика!

Глава 5. Экзамен по практическому безумию

Это не сработало. Падающая мебель не сработала. Она её КЛИНЬЯМИ ПОДПЕРЛА. Кто она такая?! У неё в голове вместо розовых бантиков – таблицы Менделеева и инструкции! Надо усилить давление. Надо сделать так, чтобы она ЗАХОТЕЛА сбежать в объятия. В идеальные, сильные, пахнущие древесным нотами и властью объятия Калеба! Он – её гавань, её предназначенная тихая пристань! Лучший способ – показать, насколько уродлив и невыносим мир без его любви. Устроим маленький апокалипсис. Но красивый. Романтический.

Утро началось с того, что небо над Академией было нежно-розовым. Не на рассвете. А в восемь утра, когда все шли на первую пару. И оно не просто было розовым. Оно перламутрово переливалось.

Я шла, уткнувшись в конспект по «Дифференциальным исчислениям в предсказательной магии» предстояла контрольная, и я намерена была получить «отлично», а не мужа, и почти налетела на Элиана. Он стоял, задрав голову, с каким-то сложным астролябием в руках, и что-то бормотал.
— Атмосферная аномалия, — сказал он, не здороваясь. — Концентрация частиц «розовой тоски» превышена в 300 раз. Источник – диффузный, по всей территории Академии. Цель – очевидна.
— Создать фон, — вздохнула я, поправляя ремешок переполненной сумки, из которой торчали линейка, угольник и трубка с синими чернилами для чёртежей. — Чтобы даже камень захотел признаться в любви гравитации.
— Именно. Рекомендую надеть респиратор. Или беруши. Сегодня контрольная по основам магической логики. Идеальное время для срыва.

Он был прав. Контрольная была серьёзной, от её результата зависел допуск к летней практике на строительстве нового кристаллического реактора. Автор, судя по всему, решил, что лучший способ заставить меня «упасть в объятия» – это сначала завалить мою учёбу, лишив меня главного.

Аудитория была набита битком. Преподаватель, сухая, как осенний лист, эльфийка, раздала пергаменты с задачами. Я углубилась в первую: «Рассчитайте оптимальную силу стабилизирующего импульса для удержания микро-портала диаметром 0.3 метра в условиях эфирного ветра…» Я уже видела решение – аккуратный ряд формул, выводимых на полях черновика обычным карандашом. Пока всё шло по плану.

Итак. Начало. Они все сосредоточены. Скучные, серые, уткнувшиеся в цифры. Как превратить это в праздник чувств? О! Я знаю! Их перья! Их самопишущие перья!

Я вывела первую формулу на чистовик, и вдруг моё магическое само-перо дёрнулось в руке. Чернила, только что чёрные, стали цвета спелой вишни. А вместо аккуратной цифры «7» оно вывело: «Твои мысли текут, как ручьи, а я бы хотел быть камнем на их пути…»

Я замерла. По аудитории прокатился вздох – не раздражения, а какого-то сладкого недоумения. Рыжий парень с первого ряда громко прочитал своё только что написанное: «…и в твоих глазах я тону, как корабль в море твоей доброты…» Он покраснел до корней волос и посмотрел на соседку, которая, в свою очередь, смотрела на него, и её перо выводило: «…твои веснушки – как созвездия на моём небосклоне…»

Это был вирус. Магический, сентиментальный, быстро распространяющийся вирус.

Да! Да! Идеально! Эпидемия любви! Все признаются всем! Хаос! Смятение! А она, моя «логичная» героиня, останется одна посреди этого безумия! Холодная, неприступная, непонятая! И тогда… тогда ОН, её истинная судьба, её Калеб, увидит её среди этой размягчённой толпы. Единственную твёрдую, разумную точку. И его душа, измученная глупостью окружающих, потянется к ней!

Преподавательница вскочила.
— Что происходит?! Прекратите это безобразие!
Но её собственное перо уже выводило на классной доске: «Молчание ваше – музыка, которой я жажду…»

Аудитория погрузилась в бархатный хаос. Пары, которые минуту назад не знали друг друга, держались за руки. Кто-то рыдал от переполнявших чувств. Кто-то пытался прочитать сонет, но путался в словах. Мой сосед слева, толстый добряк-гном, смотрел на свою огромную, квадратную кисть и шептал: «Твои поры… как кратеры на луне моей души…»

Элиан, сидевший через ряд, поймал мой взгляд и показал на свои уши. В них были затычки. Умный парень. Я порылась в сумке. У меня не было затычек. Но была стерильная вата из аптечки и… пара сменных фильтров от респиратора. Гениально.

Я быстро скатала два плотных шарика, обернула их марлей, пропитала нейтрализующим раствором из той же аптечки на этикетке было написано «против эмоциональных паров низкой концентрации» и заткнула уши. Сразу стало тише. Вернее, крики и признания превратились в приглушённое, комичное мычание.

Теперь надо было спасать контрольную. Я взяла запасное, самое дешёвое, «канцелярское» перо безо всякой магической начинки, купленное в обычной лавке канцтоваров, обмакнула в обычные чёрные чернила из личного пузырька и продолжила решать задачи. Моё перо не пыталось писать стихи. Оно честно выводило интегралы и символы стабилизирующих рун.

НЕТ! НЕ-ЕТ! ОНА ИГНОРИРУЕТ ЭПИДЕМИЮ! Она… она делает ВАТНЫЕ ЗАТЫЧКИ! Это же не эстетично! Это не по-женски!

Через пятнадцать минут бардак достиг апогея. В аудиторию вошёл ректор. Он шёл по коридору, услышав шум. Его лицо было каменным. На нём не было и тени «томной страсти». Было чистейшее, неподдельное начальственное бешенство человека, чей график вновь трещал по швам.

Он! Он пришёл! Теперь он увидит её, спокойно пишущую среди этого безумия! Контраст будет разит его, как молния!

Ректор Калеб Драконорожденный окинул взглядом аудиторию. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по обнимающимся парам, по преподавательнице, рисующей сердечки на доске, по гному, декламирующему что-то своему кулаку… и остановился на мне. На мне, с нелепыми ватными тампонами в ушах, в респираторе надетом на шею, но готовом к применению, сосредоточенно выводящей расчёты обычным пером.

— МИСС ЛАЙТВУД! — прогремел его голос, перекрывая все признания.
Я вытащила одну затычку.
— Да, господин ректор?
— ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!
— Массовое психогенное расстройство, господин ректор, — чётко доложила я, вставая. — Вероятно, спровоцированное внешним агентом, воздействующим на эмоциональные центры через каналы восприятия. Симптомы: нарушение концентрации, неадекватные речевые и поведенческие реакции. Рекомендую: немедленный карантин аудитории, изоляция источника, обследование систем вентиляции на предмет распыления психоактивных веществ. Я закончила работу. Могу предоставить.