Мне сегодня приснилась зима

лето_3

июль. июль. июль....Нечего говорить.

Когда наступил июль, воспоминание о новой (не)любви, мне позвонил Скворушкин. Предложил прогуляться.

-Это свидание? - Я недоумевала: как я могла дать ему свой телефон? Мужчина смутился:

-Почему нет? Есть один неплохой парк...

Я резко перебила его:

-Думаю, это лишнее. Я завтра к вам гипс снимать иду.

-Разве? Еще мало времени прошло. Нужно месяц, как минимум. А, понял! Ты подумала, что я на первое июля назначил, а я про август говорил...

-Что?!- я закрыла глаза на его фамильярность (по-моему, "тыкать" не совсем прилично). Еще месяц с рукой - поленом?

-О, да ты не заметишь, как время пролетит! Так что, как на счет свидания?

Я не стала церемониться, спросила напрямую:

-Сколько вам лет?

Своей резкостью я явно вводила его в недоумение:

-25... Я понимаю, это...

-Это прекрасно, - немного подумав, я будто дала ответ на вопрос Пташкина: - Да, мне нравятся мужчины постарше.

Я поняла, что разговаривала, как идиотка только тогда, когда мы уже договорились о встрече, и я нажала на "сброс".

Сама не знаю, почему согласилась.

Неведение выводило из себя.

Наверное, мне было бы легче, если бы я увидела Игоря в объятьях другой.

Хотя, кого я обманываю? Тогда бы я вообще умерла на месте.

На встречу я намерено пошла в джинсах и кроссовках. Не хотела притворяться для человека, на которого мне было все равно. Тем более, с Елизаровой мы из-за моей выходки поссорились. Она так и не сказала, какое наказание придумал Пташкин...

Невольно я сравнивала все происходящее с моим первым свиданием. Когда я была с Игорем.

Парк тот же. Как будто судьба смеялась надо мной, обнажив свои желтые цепкие зубы.

Но на мне нет ненавистных каблуков, дорогой шубы подруги, и мои волосы не завиты, а собраны в косу.

А на нем не черное пальто. И вообще он русый. Не урод, и не красавец. Обычный парень.

А Игорь был неземным, необыкновенным...

Миша пришел без цветов.

Игорь с шикарными розами.

Миша тут же по-свойски взял меня за руку.

Игорь ждал.

Мы пошли не в кафе, а вглубь парка. Уже темнело, и это выглядело так, будто маньяк вел свою жертву в лес.

Он начал говорить о своей любимой работе, хотя я тоже собиралась стать врачом, профессиональные термины заставляли зевать.

Игорь же всегда находил нужные слова.

Мне пришлось просить Мишу проводить меня до дома.

У подъезда он остановился, обнял меня за талию. Я сомневалась: нужно ли мне это? Зачем я здесь? Неужели, позволю поцеловать?

А мужчина не сомневался. Дотронулся до моих губ. Но не нежно и ласково, как пишут в романах. А будто... бесчувственно. Это можно сравнить с тем, как дети зазубренным механическим голосом рассказывают стихи.

-Ну, пока.

Он ушел.

Он проиграл во всех пунктах, кроме одного: Миша был здесь, со мной.

А Игоря рядом не было.

День Рождения я провела перед телевизором с банкой арбузного мороженого. Цифра 18 и статус " совершеннолетняя" ничего не изменили.

Ни-че-го.

В середине июля я проходила психологический тест в своем будущем ВУЗе. Нас было человек пятьдесят, сразу стало понятно: будут отсеивать.

Нас привели в душную аудиторию без окон и сказали ждать.

Обещанный профессор, который должен был начать тест, задерживался.

Многие волновались, разговаривали, шумели.

Тех, кто понял, что тест уже начался, можно было пересчитать по пальцам. Я была в их числе.

Села на свободное место, подметив несколько камер, расположенных под потолком. Спокойно положила руки на стол и ждала "подлянки".

Было невыносимо душно. Слишком маленькое помещение, слишком много людей.

А потом выключили свет.

И мы почувствовали запах гари.

Все в панике ринулись к запертой двери.

Мы, "догадавшиеся" старались успокоить панику. Кто-то произносил речь, я же объяснила, что нужно воспользоваться раковиной. Намочить какую-то ткань, приложить к лицу и лечь на пол.

Послушались немногие. Остальные пытались открыть дверь.

Я считала время. Сколько они будут наблюдать за нашей реакцией?

Две минуты сорок секунд.

Многим этого хватило, чтобы навсегда расхотеть становиться врачом -психиатром.

Когда включили свет, я удивилась сама себе.

Любить боялась, а оказаться в маленькой комнате вместе с испуганными людьми, в темноте, при псевдопожаре - нет.

"Догадавшихся" было восемь. Нас первыми записали в студенты.

Я была почти счастлива.

И даже не отказалась от очередного нудного свидания с Мишей Скворушкиным. Мы много виделись, и каждый раз он безучастно целовал меня, а я жмурилась и изо всех сил представляла другого человека.

Не получалось.

Август - сложно назвать воспоминанием. Ничего яркого не произошло.

Скворушкин снял мне гипс. А когда в очередной раз попытался дотронуться до моих губ (прямо в медкабинете!), я сказала:

-Все, Миша. Стоп.

-То есть?

- Надоело. Я тебя не люблю.

-Но...

Я ушла, так и не выслушав.

И весь август провела в гордом одиночестве. Родители уехали на дачу, я осталась в городе.

Ни с кем не общалась.

Никому не звонила.

Смотрела сериалы, читала книги по психиатрии. Вспоминала об Игоре. Отдыхала, в общем.

Но вот эти воспоминания о человеке, который, возможно, больше никогда не приедет, меня мучили. Полгода прошло. А я все так же люблю. Мне все так же больно.

И все же я надеялась, что осенью все изменится.

Или я, наконец, забуду.