Мнимая любовь

Глава 20. Подвал

«Ты сумасшедшая, Кристина. Ты совершенно выжила из ума. Ты упустила единственный шанс на спасение, чтобы остаться в этом кошмаре вместе с Матвеем. Чтобы он просто не был один?».

Кристина, опираясь на стену дома и другой рукой вытирая слёзы, подходила к люку в подвал.

— Матвей, — прошептала она, когда добралась до цели.

— Крис? Почему ты ещё тут?! — возмущённый голос Матвея застал ее врасплох.

Он хотел, чтобы она уехала. Он желал ей добра. А она сглупила. Кажется, она совершила самую большую ошибку в жизни!

— Я... Я не смогла.

Голос Кристины сорвался, и она, всхлипнув, зажала рот рукой, чтобы не разрыдаться громко.

— Не смогла? — упавшим голосом переспросил Матвей.

— Я не смогла бросить тебя здесь одного. Ты тоже заслуживаешь сбежать из этого места. Ты должен сбежать вместе со мной!

Матвей почему-то замолчал, видимо, раздумывая над словами Кристины.

— Дура, — неожиданно выпалил он. — Ты просто дура.

Кристина уставилась на люк круглыми и красными от слез глазами. Она осталась в этом кошмаре, чтобы выслушивать это?!

— Что? Да ты... Давно бы мог придумать что-то и сбежать! А ты сидишь там, как беспомощный ребёнок, и только ноешь о том, как все плохо! Ты хотел бы мне помочь? Так помоги! Чего зря распинаться?! Или ты настолько слабак, что не можешь и пальцем пошевелить, ради собственной свободы.

Матвей не отвечал. Кристина зло пнула близ лежащий камень подальше и медленно побрела в дом. Она совершенно забыла о том, что ее может увидеть Марат и может задавать какие-то вопросы. Например, о том, что она делает на улице. И почему она не в своей комнате.

Но ей было плевать. Она медленн, но верно двигалась в сторону своей комнаты, зашла и уселась на кровать, уставившись в одну точку. По ее щекам все ещё катились слезы, но она не думала о них.

Она думала о Матвее. И не могла его понять.

Неожиданно в комнату ворвался Марат и резко подсел к девушке на кровать. Она подняла на него уставшие глаза и молчала. Мужчина вытер со лба испарину и зацокал языком.

— Ты плачешь? Это было так больно?

«Ещё как больно. Ещё как».

— Очень больно, — подтвердила Кристина и тяжело вздохнула.

Марат притянул ее к себе и поцеловал ее в нежные губы. Слезы снова потекли из глаз Кристины: теперь уже от отвращения и безысходности положения. Но она вскоре успокоилась, потому что Марат, видимо, решив, что девушка сегодня выглядит не слишком привлекательно, отложил момент вожделенной брачной ночи.

Она глянула на себя в зеркало и впервые в жизни обрадовалась своим опухшим глазам, красному носу и дрожащим губам. Она выглядела отвратительно. А сегодня это было как раз то, что нужно!

Кристина не могла уснуть, переворачиваясь с боку на бок. Нога все ещё болела, а мысли не давали покоя. Она представляла себе лицо Максима, когда он поймёт, что в багажнике ее нет. Наверняка он решит, что она сумасшедшая; подумает, что ей нравится жить в постоянных страданиях и физической боли. И она больше его не увидит. Разумеется, не увидит.

Чтобы не терзать себя этим, Кристина переключилась на мысли о Матвее.

«Нет, наверное, я слишком погорячилась. Человек сидит в запертом подвале. Кормят ли его там вообще? И чем кормят? А я вообразила, что так просто оттуда выбраться. Действительно, дура».

Кристина поднялась на локтях. А затем, аккуратно свесив ноги с кровати, взяла халатик и сжала в руках.

— Нет, я должна пойти и снова поговорить с ним. На этот я раз я объясню ему все спокойно, и он, конечно, поймёт меня. Он ведь не слабак. Кто угодно, только не слабак...

Кристина все ещё прокручивала эту странную ситуацию в голове, осторожно крадучись по темному коридору. Нужно было двигаться очень тихо, чтобы ее муж ни в коем случае не услышал ее шагов.

Кристина боялась даже подумать о том, что будет, если он застанет ее рядом с люком в подвал, где теперь обитал Матвей. Поэтому все нужно было проделать тихо и очень аккуратно.

На цыпочках она вышла из дома. Нога ныла и очень сильно отвлекала, но Кристина изо всех сих старалась не обращать на неё внимание. Важнее было быстро добраться до подвала и поговорить с Матвеем. Возможно, придумать новый план. Нужно было что-то сделать. И сделать это немедленно!

— Матвей! — девушка шепотом позвала парня по имени, и он сразу же откликнулся.

— Крис? Ты?

— Я.

Кристина помедлила. Она не знала, что конкретно хочет сказать. Вернее, как подобрать слова, чтобы быстрее донести до него свои мысли.

— Я погорячилась. Прости меня. Просто это был очень трудный день. И одно из самых сложных решений в моей жизни. Давай лучше подумаем в очередной раз, как нам сбежать из этого ада. Мы с тобой справимся. Стоит лишь приложить немного усилий...

Кристина замолчала. От волнения в горле пересохло, и она громко сглотнула слюну. Затем бросила короткий взгляд в сторону люка, и Матвей будто бы почувствовал это.

— Ты не знаешь всего, — неожиданно сказал он. — Ты не знаешь. Здесь все не так просто.

— О, дай-ка угадаю, ты внезапно безумно полюбил папочку?! — Кристина вовремя опомнилась и заговорила тише. — Не говори мне о сложностях! Их так или иначе можно решить!

— Нет. Это невозможно как-то решить!

Кристина отмахнулась рукой, будто бы светловолосый мужчина мог ее видеть.

— Глупость! Наверняка, этот люк очень просто открывается, и замок на нем не такой уж и крепкий. Стоит лишь...

— Да оставь ты меня в покое!

Матвей явно нервничал, и Кристина непонимающе сдвинула брови.

— Я же знаю, — проговорила она вкрадчиво, — что ты не на их стороне. Я видела это тогда в церкви. Так почему ты стал таким послушным сейчас? Что сделало тебя таким покладистым?

Матвей молчал. Девушка смотрела на люк, не отрывая взгляда. Она думала о том, как сильно хочет его открыть и наконец увидеть лицо Матвея, которое она так хорошо запомнила.