Модест: История одного вампира

Глава II

Как оказалось, обосноваться на новом месте было намного проще, чем Модест думал. Вампир на первое время решил поселиться в немецком городке Gera, куда приехал в 1340-м году, пообещав своему отцу больше никогда не появляться в его владениях на другом континенте.

Прошло всего пять лет и Модеста уже уважали все немецкие вампиры, считались с его мнением и иногда даже обращались за помощью. Вампир с первых дней проживания в Гере вполне доходчиво дал всем понять, что не потерпит никакого негатива в свою сторону: будь то какие-то насмешки или же попытки убийства.

Сидя на удобной скамейке в ночном саду, располагавшемся за двухэтажным особняком, в котором поселился Модест, вампир попивал крепкий алкогольный напиток, название которого он никак не мог запомнить за столько времени. Тишина ночной Геры всегда успокаивала мужчину, давала возможность его мыслям прийти в порядок после напряжённого дня, но только не сегодня. В памяти то и дело всплывали отрывки из прошлого, навевая грустные воспоминания о детстве, о брате, о доме…

***

Обычно у рождённых вампиров жажда крови появлялась только ближе к четырнадцати годам, плюс минус пару лет, но Модест с самого детства был необычным ребёнком. Помимо того, что он не был так хорошо развит физически, как его сверстники, Модест только в восемнадцать лет почувствовал вампирский голод. Имрич наконец мог выдохнуть с облегчением – сын становился настоящим вампиром.

Наблюдая за своим отцом во время охоты, а также за другими вампирами, которые могли даже среди белого дня напасть на одинокого путника и осушить его до последней капли крови, Модест никогда не чувствовал желания убить человека, впиться ему в шею, выпить кровь.

– Господин, я заточил ваш клинок, можете принимать работу.

Молодой вампир, который прислуживал Модесту, протянул серебряный сверкающий меч, наблюдая за довольной улыбкой господина. Когда Модесту исполнилось двадцать лет Имрич сделал любимому сыну подарок – тот самый меч, который десять лет служил верой и правдой вампиру.

– Прекрасно, Кай. Будь добр, поправь тренажёр, я хочу проверить меч.

Слуга низко поклонился и мгновенно исполнил распоряжение.

Нужно отметить ещё одну немаловажную особенность Модеста. Вампир был намного добрее своего отца и других вампиров, чем очень сильно выделялся из толпы. Но Имрич не считал это чем-то плохим, он всегда говорил, что придёт время, когда его сын сам поймёт, что доброе сердце ни к чему хорошему не приведёт и изменится без посторонней помощи.

Подойдя к деревянному тренажёру, на который была надета крепкая стальная броня, Модест ловко замахнулся мечом и рассёк часть брони, даже не почувствовав какого-то сопротивления.

– Кай, тебе бы не слугой быть, а оружейником! – восторженно воскликнул вампир, оборачиваясь к своему слуге.

В ту же секунду впервые в жизни Модест почувствовал настоящую тягу к крови. На шее Кая виднелась небольшая царапина от деревянного сучка, отлетевшего в сторону от тренажёра. Слуга провёл рукой по шее, вытирая кровь, и уже через несколько секунд рана затянулась, не оставив даже маленького следа на теле.

– Кай. Немедленно ступай за мной!

Парень испугался грозного голоса господина, но всё же послушно шёл рядом до самой комнаты Модеста.

– Господин, я чем-то провинился перед вами?

Прикрыв глаза, прислушиваясь к окружающим звукам, чтобы удостовериться в том, что на его этаже никого нет, и никто не станет ненужным свидетелем, Модест обнажил клыки и в одно мгновение оказался возле своего слуги.

– Не смей кричать!

Кай не был трусливым вампиром, но сейчас каждая клеточка его тела наполнилась липким страхом, который постепенно заполонил сердце и голову, не позволяя парню здраво мыслить.

– Г-господин…

Наконец Модест смог окунуться в то самое одурманивающее облако страха своей жертвы, вампир почувствовал эмоции, которые каждый раз переживают охотники, преследуя человека. Звуки вокруг стали тише, но появился какой-то посторонний звон, который ещё больше погружал Модеста в мир запахов и голода.

– Так вот какого это… – прошептал вампир, медленно прижимая Кая к стене – если не издашь ни звука я оставлю тебя в живых, обещаю.

Не дожидаясь ответа, Модест одним движением разорвал на парне верхнюю одежду и тут же вонзил клыки в шею. По ключице Кая потекла тоненькая струйка крови, плавно переходя на грудь и живот. Вампиров, питавшихся кровью своих собратьев, более-менее стали воспринимать в обществе только лишь ближе к двадцать первому веку, когда после двух мировых войн вампиры окончательно решили изменить свою жизнь и правила добычи пищи. К сожалению особенность Модеста проявилась задолго до этого момента.

Кай попытался оттолкнуть от себя вампира, но чем больше он сопротивлялся и напрягался, тем быстрее по телу распространялось странное чувство, отдалённо напоминающее сексуальное возбуждение. Уже через минуту руки парня начали ослабевать, попытки оттолкнуть Модеста и вовсе сошли на нет, зато эйфория накрывала с головой всё больше и больше. Кай перестал контролировать свои действия, взгляд сделался томным, а дыхание горячим.

– Господин…

Схватившись одной рукой за одежду вампира, слуга попытался свободной ладонью прикоснуться к лицу Модеста, да вот только мужчина уже практически утолил свой голод и вовремя заметил боковым зрением подлое движение.