Модистка Ее Величества

Глава 14

Именно в таком печальном и нервном состоянии застала меня няня Манон, войдя в спальню чуть позже.

— Доченька, почему ты всё ещё не разделась? И где горничные?

Я подняла на неё глаза и тихо сказала:

— Наверное, я совершила ошибку, няня. Граф оказался не тем человеком, которого я представляла.

Говорить с Манон о той мерзости, которую только что наблюдала в одной из гостевых спален, я не хотела.

— Как же не тот, милая? Он даст тебе защиту, титул, богатство.

— Но он бабник! Няня, почему ты раньше не рассказала о его любвеобильности?

— Но разве это грех, доченька? Все мужчины изменяют.

— Неправда.

— Правда, я прожила долгую жизнь и знаю, — закивала няня. — Давай я помогу тебе раздеться. Вот, я принесла мешочек со специальными ягодами. Положи несколько в интимное место, граф увидит кровь и…

— Няня! — перебила я её нервно.

Неужели все считали это нормальным? Что муж изменял в правый же день, а невеста подкладывала ягоды, имитируя девичью кровь. Похоже, что так. И это общество было нездорово. Хотя и я изначально согласилась на обман, но отчего-то сейчас начала жалеть обо всём. Ведь моя первая мысль была верна — сбежать от мачехи и замуж не выходить. Но я заглушила в себе этот порыв.

— Пойми, Сесиль. Ты его жена, это важно. А любовницы — так, развлечение. Это как нужду справить.

Она говорила о каких-то жутких вещах, которые были неприемлемы для меня, но Манон не считала их омерзительными или гнусными.

— Няня, прости, но ты всё же неправа. Спасибо за ягоды, но прошу, оставь меня одну.

— Ох ты! Деточка, неужто ты собралась мужу перечить? — испуганно спросила она. — Не дело это.

— Няня, я люблю тебя, но тебе лучше уйти, иначе мы поссоримся.

— Я-то уйду. Но зря не слушаешь меня. Я ведь тебе добра желаю.

Такого «добра» в виде блудника-мужа мне точно было не надо.

Охая и причитая, няня Манон всё же ушла, предварительно положив мешочек с ягодами на столик в надежде, что я передумаю.

В своих напряжённых мрачных раздумьях я сидела недолго. В какой-то момент раздался скрип двери, и в спальню пожаловал граф де Бриен. Его нетвёрдая походка и блуждающий взор говорили о сильном опьянении.

Я быстро поднялась на ноги и расправила плечи.

— Зачем вы здесь, сударь? — спросила я с вызовом, едва муж громко захлопнул дверь.

Он подозрительно молчал, приближаясь ко мне. Я едва не зажала нос, от него невыносимо воняло какими-то едкими духами: или его собственными, или его последней пассии.

— Что за глупый вопрос, Сесиль? Я твой муж и…

— А! — перебила я его, прищурившись. — Пришли выполнить свои нудные супружеские обязанности?

Он на миг замер, оглядывая меня подозрительным взглядом.

— Да, за этим.

— Однако, я думаю, мадам Лили уже выполнила их за меня. Потому прошу вас покинуть мою спальню, ваше сиятельство.

— Ты что, шпионила за мной?! — взвился он, повышая голос и наконец понимая, что я всё знаю о его шашнях с дамой в розовом.

— Этого и не нужно. Вы блудите со своими любовницами прямо во время свадебного бала. И даже не закрываете дверь. Наверняка все слуги видели это.

— Как ты смеешь так говорить со мной, наглая девчонка?!

Он сделал два стремительных шага ко мне и наотмашь ударил по лицу. От силы удара я неуклюже шлёпнулась ягодицами на кровать и тут же схватилась за горящую щеку. Это была уже вторая пощёчина за день, сначала мачеха, а теперь муженёк посчитал возможным бить меня. И для меня было это дико. Неужели все аристократы в этом времени ведут себя так гнусно?

Только на миг я растерялась. А потом гордо подняла голову и холодно заявила:

— Я хочу, чтобы вы ушли из моей спальни.

— Никуда я не уйду! Ты моя жена и обязана принимать меня в своей постели.

— Этого не будет.

— Значит, мне придётся наказать тебя за непослушание, — пригрозил он.

Жёстко схватив за локоть, он дёрнул меня к себе. Попытался поцеловать, но я начала яростно отталкивать его.

— Пойдите прочь!

— Нищая потаскуха! Решила показать свой норов? Так не выйдет. Я хочу тебя и возьму, — прохрипел злобно Рауль.

Наконец мне удалось вырваться, и я отбежала от него на безопасное расстояние.

— Тогда вам придётся брать меня силой, — твёрдо заявила я.

— И возьму, не сомневайся.

— Вы гнусный человек, граф. Я требую, чтобы вы ушли.

— Требуешь? Вижу, как чудесно воспитала тебя мачеха… ну ничего, пара недель в моих руках — и ты станешь покладистой и послушной...

Это прозвучало как угроза.

Весь лоск и нарочитая вежливость слезли с де Бриена, он был похож на трактирщика или грузчика, красного он гнева и бранящего по пьяни свою нерадивую жену.