Мое (не)любимое чудо(вище)

Глава 3

С ответом дракон не спешит, а вот его дыхание становится все ближе и это едва ли не доводит меня до истерики.

– Странно, что ты не ведаешь, – удивленно произносит, будто я должна была заранее прочитать автобиографию чудовища в википедии. – Ну, ясен день, юродивая. Диво еще, что меня еще разумеешь.

Стискиваю зубы и сжимаю кулаки, чтоб не ответить от всей широты души этому козлу чешуйчатому на красивом русско-матерном, моем любимом, на минуточку, языке.

Подумаешь, не голубых кровей, но я вполне себе симпатичная девушка. Ну, испачкала свои туалеты, и что? С кем не бывает? Меркурий же ретроградный, чтоб его! Со мной иначе и не бывает.

Вот помню, позвал меня как-то Петька Соболев в кино, в седьмом классе, так я пока до пункта встречи дошла, и коленки разбила, и сумочку потеряла, еще и бусы порвала, которые у бабушки стащила… В общем, Петька потом женился на однокласснице, а я с тех пор с невезением на короткой ноге.

– Меня величают Здебор Доброгнев Второй Великомудрый, – милостиво сообщает мне дракон, прерывая морок прошлого.

– Ага, великий мудак, это уж точно, – вырывается раньше, чем я успеваю захлопнуть свой рот. Ой...

– Именно! Великий и мудрый! – почему-то соглашается, не поняв подвоха. – Потому что людишки сами приносят мне то, что нужно, а за это я позволяю им жить без забот! Не чета моим предшественникам, кто от скуки сжигал до пепла целые поселения, – не без гордости голосит чешуйчатый. – Мне подобный досуг не по нраву.

Изверг мерзопакостный, да еще и зазнавшийся! Куда я попала? Где тут скрытая камера?

– Так, ну, ладно. С этим, вроде, разобрались. А я тут причем? Или вас, великомудрых не учили, что хватать невинных девушек и утаскивать, куда захочется, как минимум, неприлично? – чересчур смело заявляю, скрестив руки на груди. Ну, типа, вся такая независимая и неприступная, хотя внутри трясется всё, включая воображение.

– Ты же сама ко мне пришла! Аль забыла, какая это великая честь – спасти свой народ, стать невестой дракона?!

– Чего? – Я аж чуть не задыхаюсь от наглости. – А спину вареньем не намазать?! – тут же прикусываю свой язык. Блин, опять! – А у вас тут, как бы, где можно носик припудрить? – ляпаю, совершенно не представляя, как общаться с этим великосветским занудой.

– Надо бы тебе язык прижечь, раз мелешь им, чего не попадя. Не ясна твоя речь коренным образом.

– Да бог ты ж мой! Писять я хочу! Бежать куда?! Не в уголке же, да ещё и в твоем присутствии, нужду справлять!

Кажется, до чудовища, наконец, доходит смысл моих слов. Правда, по его растерянному виду, мне остается лишь догадываться, что может твориться в огромной головушке.

Неуверенный тычок лапой в неопределенном направлении явно говорит о том, что туалеты в этой пещере для невест явно не предусмотрены.

“Терпи, любимая, либо могу подставить ладошки”. Отвратительно! Хотя... ладошки-то огромные, можно и заблудиться.

– Ну, я тогда быстренько, если ты… вы не против, – щебечу и юркаю в открывшийся проход.

Несколько медленных шагов мне даются с трудом. Отчаянно хочется дать дёру. Но пока нельзя.

Ведёшь себя как послушная невеста, Дея, вспомни про диплом юриста и искусство переговоров! Хотя, какие переговоры, когда от страха коленки стучат...

Ещё чуть-чуть и можно будет попытаться сбежать от этого чудовища.

Шаг. Ещё один... Кажется, он не смотрит...

– Стоять! – грохочет голос за спиной, едва я ускоряюсь.

А затем срываюсь на полной скорости с места. Бегу, несмотря на слезящиеся глаза из-за нехватки дыхания. Болит бок, грозят отвалиться ноги, а еще кажется, что я сейчас упаду.

И, по закону подлости, запинаюсь о камень, и, вместо того, чтобы поцеловать землю, – лечу куда-то вниз.

Ма-ма. Это конец?!