Моё ненавистное наваждение

Пролог

Гордеев накрывает мои губы своими. Жадно, требовательно. Я пытаюсь оттолкнуть его, но ноги напрочь отказываются твердо стоять. Вместо этого я цепляюсь пальцами за его одежду, чтобы не упасть.

Я ненавижу себя за эту слабость. За то, что позволяю ему это. За то, что предательски цепляюсь за его футболку и за то, что снова отвечаю, вместо того чтобы влепить пощечину.

Я вырываюсь из поцелуя, тяжело дышу. Смотрю в его глаза. Он знает, что победил в этой короткой схватке, и это невыносимо.

— Ненавижу тебя, — выдыхаю я.

— Врёшь, — он проводит большим пальцем по моей нижней губе, и от этого прикосновения по позвоночнику пробегает дрожь.

— Отпусти, — шепчу, но вместо твердости в голосе хрипота.

— Ты сама не знаешь, чего хочешь. Говоришь одно, а...

— Нас могут увидеть.

— Да плевать, — перебивает Артём.

— И неправильно понять, — наконец отстраняюсь и вдыхаю свежий воздух. — Как...

— Как кто? — выражение лица Артёма мгновенно меняется.

Господи, ну зачем я пытаюсь с ним вновь говорить?

— Неважно, просто уходи! — разворачиваюсь, но Артём удерживает меня, кладёт ладонь на мой живот и не дает двинуться с места.

— Если бы мою девушку тронул какой-то мудак, — шепчет на ухо, и его дыхание опаляет кожу. — Я бы переломал ему руки, потом ноги...

Моё сердце вновь набирает обороты.

— Сечёшь, насколько ты была дорога своему Лёше?

— Просто он другой... — голос предательски дрожит. — Ты ничего не знаешь.

— Ты сейчас со мной, стоишь и думаешь о нём не потому, что у тебя к нему чувства, а потому что испытываешь чувство вины.

Пытаюсь вырваться, но Артём держит крепко.

— Васильева, — он шумно вдыхает воздух, и я телом чувствую, как часто бьётся его сердце, моё вообще норовит вырваться из груди. — Теперь, когда все стало на свои места, я не намерен отступать.



Отредактировано: 08.07.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять