Моё нежное безумие

16

Время пролетало незаметно. Мы пообедали в местной пиццерии, сняли в аренду квадрацикл и рванули к реке. В этот раз Диана сидела сзади, и я специально разгонялся быстрее, чтобы она теснее прижималась ко мне.

– Дэн! Я сейчас пешком пойду! – ругалась она, прижимаясь щекой к моей спине, но при этом смеялась от восторга.

Скорость действительно пришлось сбросить. Мы съехали на грунтовую дорогу, ближе к берегу, окружённому пёстрыми красно-жёлтыми деревьями. Диана стихла, и подняла голову, осматриваясь.

– Уже приехали, Диана. – Я остановил квадрацикл и помог ей слезть.

– Как тут красиво!

Она ступила ногой в золотистый покров осыпавшихся листьев и окинула взглядом излучину реки, сопровожденную высокими обрывами. Вид действительно завораживал, но я хотел ей показать совершенно другое. Потянул её за руку и провёл ближе к берегу.

– Посмотри вот туда. – Показал на два ближних дома, которые привлекали моё внимание последние полгода. – В крайнем доме есть большая голубятня, видишь?

– Да, – кивнула Диана, внимательно всматриваясь в стаю красивых белых голубей, продолжая идти со мной под руку.

Казалось, она совсем расслабилась рядом со мной и начала полностью мне доверять. Переплёл наши пальцы и заметил, как ещё щечки залил легкий румянец. Но возражать моя гордая птичка не стала.

 Мы подошли к ограде дома достаточно близко, я присел на бревно давно упавшего дерева и увлёк Диану за собой.

– Посмотри вон на того черно-белого голубя, что сидит за оградой. Он прилетает сюда каждый день к одной белой голубке. Не знаю, как давно, я наблюдаю за этой парочкой всего полгода. Да и начал только после того, как голубку впервые заперли, надеясь отвадить незваного жениха.

– Ты серьёзно? – прошептала удивлённо Диана.

– Конечно. Сначала я думал, что этой пернатый из другой голубятни. Но потом понял, что это дикий голубь. Он свёл себе гнездо по другую сторону реки и каждый день прилетает к своей голубке.

– Но ведь и хозяева это видят, правда? Почему не позволяют им быть вместе?

Я лишь пожал плечами, а Диана жалостливо смотрела за одинокую белую голубку, запертую в клетке.

– Временами я подумываю помочь этой голубке сделать ноги… то есть крылья, – поправился я.

– Я же говорю ты тот ещё бандит, – ухмыльнулась Диана, заглядывая с мои глаза. – Но, если всё-таки решишься, я буду твоим сообщником.

– Учту. – Не отпускаю её взглядом.

– Не думала, что голуби так верны друг другу… – тихо сказала она.

– Голуби бывают разные, Диана. Некоторые создают семью на несколько сезонов, а некоторые – на всю жизнь, – объяснил я и, помедлив, добавил: – Так же и у людей. Не стоит вешать ярлыки на всех парней мира, если в жизни повстречался один идиот.

Взгляд серых глаз тут же ускользнул, и между нами повисло неловкое молчание.

– Знаешь, ты и вправду свободный, – вдруг сказала Диана, поднимаясь с бревна. – Я хочу как ты: ездить куда хочу, общаться с кем хочу, учиться там, где хочу!

– Хочешь сказать, тебе запрещают?

– Немного не так. Указывают, как я должна делать, мотивируя тем, что лучше меня разбираются в жизни.

– Ты ведь учишься на креативного дизайнера?

– Да.

– А на кого хочешь учиться?

– На врача. Я всегда хотела помогать людям. Даже химию учила от корки до корки. Но отец не позволил поступить в медицинский.

– Почему?

– Потому что дизайнер – это престижно и востребовано в его мире. А врач – первые десять лет работает за гроши.

– В его мире? – переспросил изумлённо. – А ты значит к этому миру не относишься?

– Именно так. Себя я в этом мире не вижу…

Я по глазам видел, что маленькая гордая птичка совсем не лукавила в своём признании. Поднялся, как завороженный рассматривая её красивый профиль, лицо, купающееся в последних лучах солнца, и боролся с желанием прикоснуться к переливающимся золотом волосам. Кто же ты такая, Диана Герц?