Моё Солнце

1.

Бог жестокий.

Бог кровожадный.

Бог равнодушный.

Бог карающий.

Бог пылающий.

Бог Солнца.

Он никогда не стремился быть таким. Нет. На самом деле нет.

Это люди, смертные, жалкие, незначимые, это они наделили его качествами, о значении которых он и не задумывался толком.

Бог Солнца просто… был.

Когда не было людей. Когда они появились. Когда их не стало.

Вне времени.

Вне вселенной.

Слепящая точка в тексте бытия.

Бог Солнца протянул руку к столу и взял холодный запотевший бокал. Тихо звякнули кубики льда. Бог Солнца улыбнулся нежному звуку, прорвавшемуся сквозь тяжелые пошловатые басы потной клубной музыки.

Он с наслаждением пригубил напиток и поднял золотистый взгляд.

Перед ним на столе радостно танцевала девушка. Она прыгала, подняв руки к бетонированному небу. Она могла бы возносить молитвы, но она пьяно подпевала бессмысленной песне. Пленительный запах духов, легкий намек на дезодорант и волна аромата женского тела окатила Бога Солнца тошнотворной вонью кошачьего лотка. Он отвернулся, вновь потянувшись к бокалу, когда прелестная девушка в порыве вдохновения поставила на его плечо свою стопу, укутанную в блеск металлической туфельки.

Бог Солнца вскинул бровь.

Бог Солнца повернулся медленно.

Бог Солнца посмотрел на длинную стройную ногу.

Девушка взвизгнула пронзительно, неслышимо в хаосе ночного клуба. Запрыгала комично, пытаясь стянуть раскаленные цепочки со своей вздувшейся волдырями кожи, но только обжигала и обжигала ладони. Она соскочила со стола, печально трезвая, неуклюже ошарашенная и похромала в сторону, судорожно опуская короткую юбку пониже.

Бог Солнца улыбнулся.

Он снова притянул к себе бокал, но его губ коснулись только одинокие кубики льда.

Бог Солнца вздохнул, встал и направился к барной стойке.

Он мог, конечно, просто затребовать себе напиток. Создать. Воплотить. Выпить чей-то чужой. Но иногда ему нравилось делать вид, что он такой же немощный, как окружающие его люди, и делать что-то руками и ногами. Просто чтобы испытать эту слабость.

Бог Солнца мягко протиснулся между тучным бородатым мужиком, заказывающим напитки всем более менее симпатичным девчонкам, и девушкой, от которой исходила тишина.

Бог Солнца мотнул пустым бокалом бармену, и тот кивнул ему в ответ, показав, мол, сейчас отпущу эту компанию и подойду. Бог Солнца улыбнулся ему и перевел взгляд в сторону, на девушку, от которой исходила тишина.

Бог Солнца поставил бокал, вновь насладившись музыкальным звоном, и увидел картину. Там было море и белый домик на дюне, нарисованный пальцем девушки, от которой исходила тишина.

Бог Солнца поднял взгляд. Она пряталась, укрывшись за шторкой густых, плохо выкрашенных волос, поверх которых она нацепила огромные наушники, и тихо качала в такт неслышимой музыке головой, абсолютно не попадая в ритм и движение клуба. Бог Солнца, слегка зачарованный, приблизился к ней ближе, наклонил голову, ухом практически коснулся наушника… но не услышал ничего.

Тишина.

Она слушала тишину и улыбалась ей, рисуя пальцем на тарелке картину из крема, мороженого и крошек какого-то пирожного.

Щеки Бога Солнца коснулся холодный нос и, кажется, немного губ.

Он отодвинулся, коснувшись опаленной кожи кончиками пальцев, и улыбнулся девушке перед собой.

Она смотрела, в ужасе распахнув глаза, на его подбородок. Ее ресницы слегка подрагивали.

— Прости, — спокойно произнес Бог Солнца. — Не хотел тебя напугать, — ему было все равно, если честно. Она никак не отреагировала. — Слышишь меня? — он коснулся ее наушника и слегка оттянул его. — Прости, говорю!

Девушка в ужасе дернулась назад, прижав обеими ладонями наушники поплотнее к голове. Она упала бы, но за спиной у нее было месиво из потных тел, и девушка судорожно попыталась от них отодвинуться с выражением полного омерзения на лице. Она уткнулась бы в Бога Солнца, если бы тот не испытывал точно такого же отвращения к насекомым. Бог Солнца считал, что они разносят всякую дрянь. Поэтому он аккуратно коснулся плеч девушки, не давая ей упасть.

— Прости, — сново равнодушно бросил он.

— Громко, — очень тихо произнесла она.

— Ну… это клуб, — заметил Бог Солнца. Он перевел взгляд на бармена, но тот все еще был занят. — Что ты тут делаешь, если не любишь шум?

— Рисую, — ответила она его подбородку.

— Это я вижу, — вздохнул Бог Солнца. Он снова заглянул в ее тарелку. — Как тебя зовут? — ему было все равно.

— Майя, — ей тоже было все равно.

— Майя, — повторил Бог Солнца и улыбнулся. — А меня — Эллиот.

— Солнце, — улыбнулась Майя, не поднимая глаз, вздрогнула, развернулась к тарелке и сделала едва заметный мазок. На тарелке, над морем и домиком, появилось холодное пятно солнца из мороженого.