Мое сводное несчастье

4

Мелисса

Я замираю на месте и поворачиваю голову. В паре метров от меня стоит Демьян, вальяжно опершись плечом о стену. Он выглядит крупнее, чем мне запомнилось. Сейчас он практически не уступает своему отцу в габаритах.

— Я не вламывалась. Дверь была открыта, – прочищаю горло и внимательно за ним наблюдаю.

В присутствии этого козла нельзя терять бдительность.

— С каких пор открытая дверь – это приглашение для всякого сброда?

— Уж ты то должен знать ответ, – крепко сжимаю кулаки. — Что ты здесь делаешь? Разве ты не должен сейчас пастись где-то на Альпийских лугах?

Мне бы заткнуться и не провоцировать его, но ничего не могу с собой поделать. Один вид этого высокомерного лица выводит из себя.

Он никак не реагирует на мой словесный выпад и просто сверлит меня равнодушным взглядом. Это немного пугает. Черт, где там мой перцовый баллончик?

— Я вернулся к себе домой, – он отталкивается от стены и неспешно идет в мою сторону. — Надеялся провести время с пользой, а потом выяснилось, что придется играть роль твоей няньки.

— Ч-что? Какой еще няньки?

Азарьев улыбается в притворном удивлении, но глаз улыбка не касается. В них только колючий холод.

— О, так ты не знала? Мамочка тебе не сказала? Моя новая любимая мачеха так переживала, что оставляет свою доченьку одну, пока той негде жить, что слезно просила меня за ней присмотреть.

— Ты не в себе! Она бы не стала этого делать.

— Можем вместе ей позвонить.

Хмурюсь. Если он врет, то это легко проверить одним-единственным звонком, а если нет… Боже! Не могу поверить, что мама могла так поступить!

— Так я и думал, – хмыкает Демьян, когда видит, что меня накрыли сомнения. — Что, уже продумываешь план бегства?

— Не дождешься, – ворчу я, хотя с радостью так бы и сделала. — Я здесь всего на пару недель.

— Тогда, если не хочешь, чтобы твоя жизнь превратилась в ад за это время, то слушай и запоминай. Правила очень простые даже для твоего понимания: не трогай ничего, что тебе не принадлежит. Не попадайся мне на глаза. Если увижу рядом со своей комнатой – пожалеешь. И последнее, даже не вздумай таскать сюда мужиков.

— Или что? Выгонишь меня на улицу?

— Не моргнув и глазом, – серьезно заявляет он, стоя от меня на расстоянии вытянутой руки. Еще чуть-чуть и я могла бы почувствовать тепло исходящее от его тела, но до меня доносится лишь терпкий аромат парфюма. — Если думаешь, что твоя мать теперь здесь всем рулит только потому, что подкладывается под моего отца, то ты еще тупее, чем я думал.

— Да пошел ты! Это не тебе ре…

— Я не закончил, – обрывает он. — Мне достаточно одного звонка, чтобы тебя выволокли за забор хоть сейчас, но это будет слишком просто. Если нарушишь правила, то поверь на слово, жилищный вопрос будет волновать тебя меньше всего.

От тона, которым он произносит свою угрозу, у меня невольно ползет холодок по коже. Больной психопат! Азарьев, не дожидаясь ответа, еще раз окидывает меня уничижительным взглядом и разворачивается, чтобы уйти.

— Скоро меня здесь не будет! – бросаю ему в спину, скорее для собственного успокоения.

— Добро пожаловать, рыжая, – не глядя отвечает он и скрывается за поворотом.

В этой фразе отчетливо слышна издевка вперемешку с обещанием. Он действительно настроен испортить мне жизнь.