Моё тёмное солнце

9 марта

Они с Ри вели странствующий образ жизни, подолгу нигде не останавливаясь и зачастую прикидываясь бардами. У светлых эльфов от природы невероятный слух и прекрасный голос, благодаря чему Лариисиэль всегда собирал вокруг себя зрителей, а вот Найри не умела петь, но пыталась писать песни, которые временами ей даже удавались.

Только куда сильнее Лариисиэля беспокоила сила малышки, которая росла вместе с ней. Хранитель понимал, что девочке надо выбрать какую-то школу, ведь его магия сильно отличалась от людской. Вот только Найри так и не прошла обряд инициации. Впрочем, она не особо расстраивалась, с удовольствием впитывая всё, что рассказывал её друг. Найри была прилежной ученицей, которой с легкостью давались даже самые сложные заклинания. Ри удивлялся способностям девочки, ведь людям не подвластна чистая сила стихий или природы, обычно они обращаются к ним посредством магических формул и специальных  поочередных действий с направлением собственного резерва. Она же не знала заклинаний и действовала интуитивно, совсем как эльфы, поэтому Ри до сих пор не мог понять, какая именно сила преобладает у Найри. Девушка в равной степени умело черпала светлую силу Имары и атакующую магию Огненного бога. Возможно, имей эльфы способности к темной магии, Ри смог бы увидеть и силу Рангора? Он не знал, в который раз настаивая, что лишь по одним его знаниям Найри не постигнет свою сущность. Однако сейчас им обоим было не до занятий, ведь они попали в самый разгар Лугнада, который традиционно отмечался не только на Муро, но и в Светлой Империи. Задорная музыка нариатцев мгновенно захватила их в свой быстрый круговорот.

Найри впервые познакомилась с местной народной сарабандой или, как его еще здесь называли, танцем урожая, а потому немного стеснялась в движениях, боясь опозориться перед остальными. Впрочем, даже если бы у девушки ничего не вышло и она позорно запуталась в собственных ногах, нариатцы бы закрыли на это глаза, наоборот воспользовавшись, случаем, чтобы помочь и заодно познакомиться поближе с красавицей экзотической внешности. Нариатцы всегда были горячим народом, а потому наличие партнера вовсе не смутило некоторых, что в наглую попытались дважды пригласить незнакомку.

Девушка сперва отказывалась, но в какой-то момент в нее словно вселились демонята и она согласилась, с интересом пытаясь отследить эмоции на лице Ри. Но её спутник в привычном равнодушии уступил даму, тем самым вызывая в юном сердце обиду и боль. Однако она не показала истинных чувств, принимая руку нового партнера. И не знала, что защитник и друг прекрасно уловил изменившееся настроение своей подопечной. Он никогда не говорил ей об этом своем секрете, не желая смущать ребенка или чувствовать себя в его присутствии неловко. Впрочем, Ри лукавил – Найри никогда не смущалась своего Хранителя, воспринимая как кого-то очень родного и близкого. И теперь, наблюдая со стороны за танцующим пламенем – как он про себя прозвал когда-то маленькую девочку, что выжила в огне и сама походила на огонь – не мог не отметить, что она в самом деле уже выросла.