Мое время пришло

Глава 1

Прохладный ветер чуть заметно трепал волнистые темные волосы. Нежное прикосновение потоков воздуха казалось их обладателю нереальным – разве до него могут дотрагиваться столь ласково? Непривычное ощущение рождало дрожь и неудержимое волнение, заставляющее кровь нестись по венам, а сердечную мышцу неистово сокращаться.

А, может, это просто нервы шалят. Андреас уже не понимал, где действительное беспокойство, а где – надуманное. Он лег на спину, глядя прищуренными глазами на ослепительное летнее солнце. Ярко-желтый диск казался ему мрачным, словно его тепло жгло, а не грело. Чернота перед глазами заволокла небо, и Андреас ощутил знакомое чувство ледяной пустоты. Он мог заполнить ее только музыкой. Собственной музыкой, неукротимой, яростной, полной боли и злости, низвергающей самое темное, что таилось в его душе.

Он потер веки пальцами и снова открыл глаза. Конечно, никакой черноты. Только бескрайнее голубое небо, солнце и зелень листвы, что шелестела на ветру. Том самом ветру, что шевелил его волосы.

Андреас представил, что, имей ветер душу, он бы миновал его. К нему прилетел бы другой – холодный, сильный, обжигающий. С таким ветром они бы сроднились. А тут, нежности… Зачем они ему?

Он попытался вспомнить, кто в последний раз был с ним ласков. Девки не в счет – это просто физический контакт. Никто из них не питал к нему нежных чувств, им нужны были его деньги, слава, ну или просто секс – встречались и такие. Андреас не задумывался над тем, насколько он привлекателен, но девушки часто липли к нему. Даже когда он еще не был популярен. Парень чуть усмехнулся – надо же. Знали бы они, что он думает о них всех. Хотя, вернее было бы сказать – ничего. Они были и остаются для него пустым местом.

Тогда остается, наверное, только мать. Но это было давно, при ее жизни. Андреас настолько свыкся со своим одиночеством, что почти не помнил, как было иначе. Вокруг него всегда толпились люди – товарищи по группе, коя называлась “Nemesis”, менеджеры, поклонники… Но он словно находился за стеклом, подчас просто наблюдая за жизнью, что кипела вокруг него. Его коллеги-музыканты знали натуру Андреаса и никогда не вмешивались в его жизнь, чего бы он ни вытворял. Наверное, лишь благодаря этому группа оставалась единым целым.

Андреас мог сочинять гениальную музыку, когда его с головой накрывало «состояние пустоты», как он сам его называл про себя. Ему казалось, он дотрагивался до скрытого в подсознании, того, что обычным глазом не увидишь. Оно пугало его самого, пугало до холодного пота, потому что в такие моменты он не помнил ничего, не знал никаких границ и был способен на что угодно.

Многие могли бы счесть его наркоманом, узнай они об этом, но Андреас им не был. Он принимал что-то, когда был еще совсем молод, но потом завязал. Как говорил гитарист их группы, «его и без наркоты накрывает почище, чем с героина». Ну да, Дик знал, о чем говорил. Правда, третий год держался в завязке, чем не мог не радовать. Андреас не любил саморазрушения в других, ему хватало собственного.

Он задумчиво перебирал пальцами заклепки на ремне. Блеск металла контрастировал с красотой природы, которую Андреас не очень понимал, но не мог не замечать. Ему куда ближе были темные городские улицы, задымленные помещения и безумный вибрирующий грохот тяжелой музыки. Его стихия…

Зачем он согласился приехать сюда, за город? Конечно, менеджеры достали со своими навязчивыми советами о необходимости отдыха, но можно было бы и дальше упорствовать. Наверное, Андреас внял просьбам друга, пригласившего его, потому что сам понимал – пора сделать перерыв. Его стихи становились настоящим бредом, даже он сам подчас не мог понять, о чем они. А с музыкой вообще не клеилось – из-под его пальцев звучали только унылые аккорды без души.

- Тебе нужен источник вдохновения! – заявил ему друг. – Как насчет матушки-природы? Меня всегда отпускает, стоит только прогуляться по лесу.

Андреас лишь усмехнулся – чтоб его «отпустило», прогулки на природе недостаточно. По-настоящему хорошо ему бывало только на концертах и в процессе записи альбома, когда он полностью растворялся в музыке. В остальное время гнетущее чувство редко покидало Андреаса.

Но он, к собственному удивлению, согласился. Может потому, что действительно устал, и даже сил спорить у него не оставалось. Да и куда было ехать? Курорты давно надоели, да он и не любил их никогда. Море – пожалуй, но дикое, а пляжи, полные народа, вызывали тошноту. Можно было, конечно, поехать в тихое уединенное место, с его деньгами не было проблемой организовать любой отдых. Только вот оставаться в одиночестве Андреас не любил – неизвестно, к чему оно могло привести. Когда его демоны выползали наружу, не стоило давать им свободы.

А брать с собой ему некого. Постоянной подруги у него не водилось уже давно – девушки Андреасу были ни к чему. С сексом проблем у него никогда не было, а других причин встречаться с кем-то он больше не видел. Ни одна девушка не понимала его в такой степени, чтобы стать близкой, и никому не хватало ума держаться в стороне от его образа жизни. Каждая непременно пыталась «помочь». Кому нужна их помощь? Андреас не нуждался в сочувствии, и попытки вмешательства в его жизнь только раздражали его.

Впрочем, он не жалел, что приехал. Для начала он просто выспался, и с удивлением понял, что головная боль, бывшая его постоянным спутником на протяжении многих месяцев, утихла, а сознание не путается с угрожающим постоянством, как раньше. Однако, сил и желания творить по-прежнему не появлялось, а потому Андреас впал в полусонное состояние, пребывая в ленивой неге. Он без цели шарахался по окрестностям или гонял на машине по дорогам, изрисовал кипы листов изображениями жутких монстров, изрезал стенку в своей комнате разными знаками и рунами. Рой, увидев это, скривился, будто лимон съел, но промолчал. Ну, сам позвал. И знал, кого.



Юлия Ареева

Отредактировано: 11.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться