Моё желание

29

Глава 29: "Обманчивая игра памяти и горькая ирония судьбы"
"Кто вы?" – этот вопрос, сорвавшийся с губ Саши, прозвучал для Кати как издевка, как циничная насмешка над ее горем и унижением. Она не могла поверить в его забывчевость. Как он мог забыть ее? Забыть ту боль, которую причинил? Забыть их прошлое, пусть и омраченное его ревностью и властностью?
"Он прекрасно меня узнал," – пронеслось в ее голове с горькой уверенностью. "Это его очередная игра. После того, как он отказался помочь Андрею, после того, как его прислуга выставила меня за дверь, он решил потешиться моим положением, разыграть спектакль."
Другого объяснения она найти не могла. Жестокость Саши не знала границ, и эта показная растерянность казалась ей еще одной изощренной формой унижения.
Собрав всю свою волю в кулак, Катя подняла на него холодный, презрительный взгляд.
– Кто я? – с вызовом повторила она его вопрос, в ее голосе звучала неприкрытая ирония. – Кто я? Я – одна из дебютанток вашего шоу. Я пришла сюда на прослушивание на роль актрисы в вашей рекламе. Я делаю все возможное, чтобы заработать деньги. Деньги, которые так нужны мне для лечения моего больного брата.
Она намеренно подчеркнула последние слова, вкладывая в них всю свою боль и обиду, надеясь, что хоть это сможет пробить броню его цинизма.
– Вот. Теперь Вы знаете, кто я,, – добавила она, ее голос стал жестче.
В ее глазах не было ни мольбы, ни надежды. Лишь холодное презрение и усталость от его лживой игры. Она не собиралась подыгрывать ему, не собиралась делать вид, что верит в его амнезию. Он отказал ей в помощи, унизил ее – и теперь она ответит ему тем же. Холодностью и презрением.
Саша смотрел Кате прямо в глаза, пытаясь пробиться сквозь стену ее презрения и холодности. Он чувствовал искренность своего замешательства, мучительное ощущение потерянной связи.
– Понимаете… – тихо произнес он, его голос был полон искренней растерянности. – Мне кажется… я что-то забыл. Что-то очень важное. Скажите… а мы были с вами когда-нибудь знакомы раньше? До сегодняшнего дня… вы видели меня?
В его глазах плескалась надежда, отчаянная попытка ухватиться за ускользающие обрывки воспоминаний. Он ждал ее ответа, словно приговоренный ждет вердикта.
Катя смотрела на него долго. Ее взгляд был безжизненным, пустым, словно она видела перед собой не человека, а лишь неприятное пятно на ковре, которое хочется поскорее стереть. В ее глазах не было ни сочувствия, ни жалости, лишь холодная, непроницаемая отстраненность.
Наконец, после мучительной паузы, она произнесла слова, которые прозвучали для Саши как окончательный приговор, как захлопнувшаяся дверь в прошлое.
– Нет, – ровно ответила она, ее голос был лишен всяких эмоций. – Я сегодня вас впервые вижу. И надеюсь, что в последний раз.
Ее слова были подобны ледяному ветру, пронесшемуся по его израненной душе, окончательно гася последние искры надежды на восстановление памяти, на понимание той странной связи, которую он чувствовал с этой девушкой. Ее категоричное отрицание, ее холодное презрение отбросили его обратно в пучину неведения и одиночества.
В глазах Саши отразилось болезненное разочарование. Он чувствовал, как что-то внутри него надламывается. Он так надеялся, что эта встреча прольет свет на его потерянное прошлое, что эта девушка станет ключом к его забытым воспоминаниям. Но вместо этого он столкнулся с ледяным безразличием и категоричным отрицанием.
Он смотрел на Катю, пытаясь понять, что скрывается за этой маской холода, но видел лишь непроницаемую стену. И в этот момент он начал осознавать, что, возможно, он действительно никогда раньше не встречал эту девушку. Возможно, его сны, его странное чувство узнавания были лишь игрой его поврежденной памяти, болезненной иллюзией, не имеющей ничего общего с реальностью.
Боль от ее слов смешалась с мучительным осознанием собственного бессилия. Он не мог вспомнить свое прошлое, а она отказывалась быть его частью. Он стоял перед ней, богатый и влиятельный, но совершенно беспомощный перед ее холодным презрением и отрицанием. И в этот момент Саша почувствовал себя по-настоящему потерянным.