Мой адский возлюбленный

1. Сделка с демоном

— Я правильно понимаю, — медленно протянул Асмодей, и его низкий, с хрипотцой голос обволок меня, словно густой дым, — что ты решила подписаться на вечные муки и добровольно гореть в первом круге ада только потому, что какой-то плебей неудачно выгулял своё достоинство?

Я стояла перед ним, до боли сжимая кулаки. Ногти впивались в ладони, но эта боль была ничем по сравнению с той, что раздирала меня изнутри. Глаза обожгло горячими, непрошеными слезами. Казалось, кто-то острыми когтями медленно выдирал мою душу, методично и безжалостно.

— Они… они поспорили на меня! — вырвалось у меня хрипло, почти со всхлипом. — Мой парень и моя лучшая подруга… Затащить тупую, наивную Лору в постель, снять всё на видео и пустить по всему универу. Я… я не могу это простить.

Перед глазами снова вспыхнула та отвратительная картина: их сплетённые тела на его кровати, приглушённый смех, насмешки надо мной, пока я сидела в тёмном, душном шкафу, зажимая рот ладонью и молясь, чтобы не зарыдать вслух. Внутри всё рвалось. Словно кто-то когтями рвал мою душу на части.

Твари… Настоящие твари.

Асмодей приложил ладонь к груди, изображая притворное удивление. Красивые губы искривились в презрительной усмешке.

— Оу. Какое вопиющее предательство. Наверное, первый такой случай в истории человечества, — язвительно протянул он. — Но знаешь… Я, князь ада, и я ещё не опустился до того, чтобы поддерживать такую жалкую, мелкую драму.

Он медленно облетел меня по кругу. Воздух вокруг вдруг стал плотнее, горячее, почти осязаемым. Я физически чувствовала его взгляд на своей спине, на шее, ниже… Кожа покрылась мурашками.

— И поверь, я сам удивляюсь, что это говорю… Но я не могу позволить тебе продать душу за такую ерунду.

— Да пошёл ты! — злость смешалась с обидой и выплеснулась наружу. — Это моё право — пожелать чего угодно!

— Конечно, — произнёс он, презрительно кривя красивые губы. — Твое право. Но если уж ты отдаёшь мне душу, я бы предпочёл, чтобы это было за что-то по-настоящему стоящее. Мировое господство, бессмертие… хотя бы красота.

— А тебе вообще какая разница?! — эмоции окончательно сдавали, голос сорвался. — Я так хочу! Хочу, чтобы они страдали! Чтобы каждый их день превратился в настоящий ад на земле!

Асмодей негромко хмыкнул и откинул голову назад. Чёрные, словно сотканные из самой тьмы, крылья дрогнули за его спиной. Он шагнул ближе — так близко, что жар его тела обжигал меня даже сквозь одежду.

— Вот теперь ты начинаешь говорить на моём языке, — тихо, с тёмным удовлетворением проговорил он. — На языке настоящей жестокости. Но… нет смысла делать всё настолько дешёво.

Воздух между нами сгустился, атмосфера стала слишком тяжёлой. Демон наклонился ещё ближе, и по моему позвоночнику пробежал острый, искристый разряд.

— Есть и другие способы отомстить, милая. И они гораздо… интереснее.

— Какие ещё способы? — мой голос предательски задрожал.

— Мстить — это искусство, а ты хочешь просто устроить грубую истерику, — произнёс он с ленивой снисходительностью. — Нуу, такое признаться честно. — Его брови чуть приподнялись, а на губах расцвела хищная ухмылка. — Но я помогу тебе разнести их маленький мирок. Ты станешь главной сучкой на их кошмарной вечеринке жизни, а я… я просто буду рядом и наслаждаться представлением.

Он приблизился вплотную. Кончик его горячего пальца медленно прошёлся по моей нижней губе. Я инстинктивно отступила и наткнулась спиной на стену. По телу прокатилась волна — опасная, пугающая и притягательная одновременно.

— Пусть у него не просто отвалится всё, что ты там упомянула… Пусть он молится, чтобы вернуть тебя, и страдает, когда не сможет даже смотреть на тебя без стона.

Я покрылась мурашками. От его голоса. От близости. От того, как он это сказал. Злость и обида никуда не делись, но теперь они смешались с чем-то совершенно другим, чему я отказывалась давать название. Он умел одновременно бесить и сводить с ума. Чёрные волосы, острые скулы, невероятно горячее тело — настоящий демон искушения!

— Ты хочешь использовать мою боль как развлечение? — прошептала я. Слова едва поддавались.

— Вовсе нет, — усмехнулся он, явно наслаждаясь происходящим. — Раз уж ты вызвала одного из князей ада, давай играть по-крупному. У нас с тобой целых шесть месяцев для этого. А я, знаешь ли, не люблю скучать.

Большая горячая ладонь легла на мою шею, затем кончики пальцев медленно скользнули ниже — к ключице, к вырезу декольте, невесомо, почти нежно, словно прикосновение пера.

— Ты станешь королевой мести, Аделория. А я — всего лишь твоим инструментом. Весьма роскошным инструментом, смею заметить.

Его губы оказались у самого моего уха. Горячее дыхание обожгло кожу.

— Желаешь чтобы они страдали? Хочешь стать той, кто управляет чужой болью, но сама больше не страдает? Заставить их смотреть, как ты расцветаешь, как становишься той, кого хотят, но невозможно получить? Хорошо. Но сделай это эффектно. И тогда мы вместе посмотрим, как они ползут к тебе на коленях.

— Да… — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. — Да. Я хочу этого!

Асмодей улыбнулся — медленно, хищно, самодовольно. Затем наклонился и впечатал в мои губы короткий, обжигающий поцелуй, словно ставя на них печать.

Я застыла, глупо хлопая глазами.

— Я обещаю, — прошептал он, — что ты станешь их ночным кошмаром и самой грязной фантазией в одном лице. И поверь… именно я, демон, дарует тебе все что ты захочешь.

Вот так началась история, как хорошая девочка открыла дверь в ад. Но давайте я расскажу всё по порядку…