Мой альфа не такой как все

Глава 2

Прилизанные волосы, огромные очки и уродливая скучная одежда. Обычно я не нравлюсь окружающим меня людям. Себе тоже. Мама говорит, что это нормально. Что лучше уж пусть все воспринимают тебя, как какую-то фриковатую особу, чем как объект для удовлетворения низменных потребностей. Фриков, по крайней мере, берут на работу, доверяют им проекты и платят хорошие деньги, на которые можно содержать семью. Я знаю, что мама права. Но порой совсем немного мне хочется быть миленькой и ловить восхищённые взгляды как другие омеги. Мне ведь и надо для этого всего ничего — просто сделать нормальную причёску и снять эти дурацкие очки. Но…

— Юлия, где твои очки? — мама ловит меня в прихожей.

— Чёрт! Прости… — я скидываю кроссы и бегу обратно в свою комнату.

Мама наблюдает за мной из прихожей.

— Блокаторы приняла? — она терпеливо складывает руки на груди.

— Да, вот, — я показываю ей упаковку с маркировкой по дням. — На сегодня ночная доза только осталась.

— Молодец, — выдыхает мама и сдержанно улыбается. — Ты хорошо стараешься, милая. Я подумала, может, ты хочешь чего-нибудь? Какой-нибудь подарок, скажем, новую игру или коллекционную фигурку?

— А можно мне новую толстовку? — спрашиваю, завязывая шнурки. — Я отправлю тебе ссылку на неё в интернет-магазине.

Я скрещиваю пальцы за спиной.

— Толстовку? — удивляется мама. — Ну, ладно. Только ты помнишь, что мы не носим женственные цвета.

— Да знаю я. Потому выбрала жёлтую. Жёлтую же можно?

Мама пару секунд размышляет, а потом неуверенно кивает. Чувствую лёгкое разочарование. На самом деле мне очень нравятся бледно-розовый и фиолетовый варианты. Но я знаю, что мама никогда не позволит мне такое купить. Сама она носит всегда только серое и чёрное, из-за чего выглядит лет на пять старше своего возраста. Поскольку я всё-таки молодая девушка, мне повезло больше. И всё же женственные цвета, силуэты, элементы декора в одежде у нас под запретом.

Мы вместе выходим из квартиры и сталкиваемся с нашей соседкой.

— Здравствуйте, Валентина Сергеевна, — бросает она маме. — На работу собрались? А зонтик взяли? Сегодня дождь обещали.

— Спасибо, Тамара Владимировна, я в машине всегда с собой зонт вожу, — отвечает мама с холодной вежливостью. Я выглядываю из-за неё и тихонько здороваюсь с соседкой.

— О, и Юля тут, — улыбается она. — Здравствуй-здравствуй, милая. Вот смотрю на тебя и понимаю, что ты год от года всё больше на маму начинаешь походить. Прям, как две капли.

— Ну, так одна кровь, — отвечаю я улыбаясь. Соседка на некоторое время задумывается.

— Вы меня простите за любопытство, — вдруг начинает она, глядя на маму. — Но я ни разу не видела Юлиного отца.

Я замечаю, как мама напрягается. Больше всего на свете она не любит тех, кто лезет в чужие дела. Из-за таких вот любопытных Варвар, нам дважды приходилось переезжать на новое место.

— Ничего удивительного, что вы его не видели, — говорит мама с фальшивой любезностью. — Я ведь вдова.

Соседка неловко отводит взгляд. Мама же победно улыбается. Я толкаю её локтем в бок. Если она будет делать такое лицо каждый раз, после того как признаётся, что вдова, её примут за психопатку. Хотя, наверное, она ведёт себя так, потому что понимает, что ситуация позволяет.

Мама — юрист по профессии. Она отлично чувствует, когда нужно быть серьёзной, а когда можно прикинуться дурочкой. Именно поэтому ей и удавалось так долго скрывать свою истинную сущность. Ну, и знание своих прав сыграло не последнюю роль.

— В деканате сказали, что нашу группу расформировали, — произношу я мучительно, когда мы садимся в авто. — Что, если у меня возникнут проблемы из-за перевода в другую группу?

— Не переживай, — отвечает мама, пристёгивая ремень безопасности. — Нет такого закона, который бы обязывал тебя сообщать, что ты оборотень. А даже если кто-то из твоих преподавателей-оборотней догадается, то они несут юридическую ответственность за сохранение персональных данных студентов.

— Значит, никто не узнает? — произношу я со вздохом.

— Мы приложили достаточно усилий, чтобы этого не случилось, — говорит она ободряюще.

Порой мне даже хочется, чтобы моя тайна вдруг стала достоянием гласности. Жить, постоянно скрывая от всех, кто ты на самом деле нелегко. Приходится отказываться не только от красивой одежды. Я не участвую в университетских мероприятиях, и у меня нет друзей. Я намеренно ни с кем не сближаюсь, чтобы сохранить свою тайну. Говорят, студенческие годы самые весёлые в жизни. Но не в моём случае. Я всё время наблюдаю издалека.

Вот и сейчас я смотрю с последней парты, как мои новые одногруппники легко общаются между собой. Среди них больше всего выделяется Егор Васильев. Он оборотень и альфа. А ещё он самый красивый и добрый парень из всех, кого я знаю. Мы впервые пересеклись с ним на первом уроке во время общего кросса на три километра. Мы сдавали этот норматив в парке. И дорожки там, мягко говоря, оставляют желать лучшего — всюду корни деревьев торчат из-под земли. Неудивительно, что я на первом же круге споткнулась и растянулась. Егор был впереди всех и уже бежал второй круг. Он остановился и помог мне подняться.