Мой бесчувственный Зверь

Глава 5

Ночь медленно перебирала ногами, цокот её копыт по булыжной мостовой глухо раздавался в ночи. Мелкий противный дождь всё лил и лил с неба, и моё платье уже вымокло насквозь. У меня не было ни шляпки, ни плаща, ни хотя бы накидки – я ничего не успела с собою взять.

Волосы повисли мокрыми прядями, прилипли к щекам. Не ресницах собирались капли. Время от времени я вытирала глаза рукой, чтобы хоть что-то видеть. Пальцы совсем замёрзли, а ног я давно не чувствовала – бальные туфли моей покойной бабушки были совершенно не приспособленными для таких поездок, и старый белый атлас того и гляди грозил разлезться по швам.

После того, как я в третий раз подряд чихнула, поняла, что надо срочно искать место для ночлега, иначе мне придётся плохо. Но как, если у меня нет ни единой монеты? Даже комнату в ночлежке не снять. Искать заработок прямо сейчас? Пожалуй, про меня плохо подумают и станут предлагать совсем не ту работу, на которую я готова была согласиться, даже в таком безвыходном положении.

Клэптон оказался довольно большим и явно процветающим вблизи королевской резиденции городом, судя по обилию вывесок на главной улице, с которой я тут же постаралась свернуть. Даже странно, почему дорога, по которой я прибыла сюда, оказалась такой заброшенной и пустой.

В этот час горожане уже спали, в трехэтажных домах под черепичными крышами окна сонно темнели закрытыми ставнями. Лишь под одной вывеской горели огни – она изображала гуся с пивной кружкой в крыле.

Я испытала мучительный соблазн туда заглянуть.

Но чувство самосохранения подсказывало, что явиться в таверну среди ночи и в таком виде – лучший способ привлечь к себе внимание. Если меня будут искать – а меня будут! – совершенно точно поймут, что я здесь была.

В довершение всего у меня сильно забурчал живот. Есть хотелось ужасно… но нет, я сейчас не могу рисковать.

И я твёрдой рукой направила Ночь в безлюдный переулок.

Внезапно мой единорог заартачился и встал намертво.

Я погладила кобылу по мокрой и спутанной гриве.

- Ничего, ничего! Мы справимся. Надо только дождаться утра. И дождь закончится, и солнце… непременно будет солнце! Оно всегда восходит, какой бы тёмной ни казалась полночь.

Вот бы я испытывала столько же уверенности, сколько хотела показать.

Ночь фыркнула, показывая всё, что она думает о моей попытке. Ну и в принципе ей не особенно нравилась солнечная погода. Думаю, из нас двоих она легче всех переносила это вынужденное путешествие. Зато ко мне под платье пробрался ночной ветер, и я поняла, что начинаю дрожать.

Плохо.

Болеть нельзя.

- Ну же! Вперёд! – попросила я свою девочку. У нас с ней всегда было полное взаимопонимание, буквально с полуслова. Мне иногда казалось, что Ночь понимает человеческую речь. И тут вдруг такое упрямство!

А потом далеко впереди из тени вышла тоненькая, невысокая человеческая фигура.

- Единорог? Какая прелесть, - пропел девичий голос. – Леди Джейн была права, когда велела нам выйти на охоту этой ночью.

- Но обычно у нас совсем другая дичь, - недоумённый голос сзади. Мужской.

Я натягиваю поводья, и Ночь встаёт на дыбы.

Мы поворачиваем… но выход из переулка уже загорожен массивной фигурой человека в шляпе. У него широченные плечи и вообще такое чувство, что вширь он больше, чем ввысь. Такая ходячая глыба. Лица не видно из-под полей шляпы, а высокий воротник плаща поднят, так что рассмотреть что-то невозможно. Но голос низкий, грубый.

Мне становится по-настоящему страшно.

Я стискиваю зубы.

Что им надо от меня? Кажется, я попалась шайке настоящих грабителей.

Осторожно прощупываю пространство магией. Моя эмпатия притуплена усталостью, но я напрягаю все оставшиеся силы.

Так. Что у нас здесь?

От девчонки веет любопытством. На ней плащ с глубоким капюшоном, надвинутым низко на глаза. Но даже отсюда видно, что она практически тонет в объемной одежде, совсем хрупкая и не выглядит очень уж грозным противником. Пожалуй, если прорываться, то лучше с этой стороны.

Мужчина сзади трудно читается, как будто у него в принципе эмоциональный спектр примерно, как у придорожного камня. Но в целом его эмоции понятны. Там что-то вроде спокойствия, уверенности в себе, ещё чувствую лёгкую скуку и отчётливую усталость. Как будто я для него… нечто вроде работы, и ему не терпится её скорее сделать, чтобы пойти в таверну, выпить чего-нибудь горячего.

Вот только я не собираюсь становиться для этих двоих лёгкой работёнкой.

- Ночь, вперёд! – восклицаю я.

Моя умница бьёт острыми копытами в мостовую, осколки булыжников разлетаются в разные стороны.

С места в карьер.

Тонкая девичья фигурка приближается так быстро, что я на мгновение пугаюсь – вдруг не успеет отскочить? Даже если она собиралась меня убить и ограбить, я бы не хотела её покалечить.

Но кажется, она даже не думает убираться с моего пути.

- Эй, эй, полегче! – смеётся незнакомка.

Вскидывает руки. Изящные белые ладони мелькают на мгновение в широких рукавах, падающих с тонких запястий, обвитых десятками разноцветных браслетов из мелких бусинок.

И в мою голову врывается противный звук, от которого меня чуть не выворачивает наизнанку.

Наверное, у каждого из нас есть такой, который буквально сводит с ума – у кого-то это звук ногтя, скребущего по грифельной доске, у кого-то плач ребёнка, у кого-то скрип вилки по тарелке, у кого-то – фальшивая нота скрипки… вот это звучит для меня, как всё сразу.

Я вскрикиваю и зажимаю уши ладонями.

Ночь оглушительно ржёт. Кажется, и на неё действует тоже.

Перед глазами темнеет.

- Прости, но ты слишком сумасшедшая! Не хотелось потом искать тебя чёрт знает где всю ночь, - с усмешкой заявила девушка, подходя ближе неспешным грациозным шагом. – Погодка, знаешь ли, сегодня паршивая.

Громила оказался рядом в мгновение ока.

И просто стащил меня с единорога обеими ручищами, как мешок с мукой. Я не могла сопротивляться.